Соня Вишнякова – Идеальная жена (страница 2)

– Да мне плевать серьёзно или несерьёзно. Иди туда! Завтра я подаю на развод, – мотаю головой.

– Нет, нет, нет, прошу тебя, давай поговорим! – пытается удержать дверь машины.

– Завтра я подаю на развод, – проговорила, не глядя ему в глаза, захлопываю дверь, дёргаю ключ зажигания и давлю в пол педаль газа.

Стас дёрнулся, отскочил от машины. Поднял руки и растопырил пальцы. Последнее что я увидела в зеркало заднего вида, это, как он прижав к голове кулаки, стоит и смотрит вслед моей машине.

– Боже, Боже! Боже-боже-боже, – еду и бью кулаками по рулю, – боже!

Как же это, как же так?!

Рыдание рвётся наружу, уже не могу себе сдерживать. Проехала несколько улиц, остановилась и дала волю слезам.

Глава 2

Домой вернулась только через пару часов. Долго-долго сидела в машине, обдумывала, представляла, как теперь будет. Какие последствия у моего нежданного визита.

Что лучше – то, что я об этом узнала, или, чтобы не знала.

Зачем поехала?

Теперь наша жизнь уже не будет прежней. Как легко и просто разбилась семья. За одно обычное мгновение. В голове не укладывается. Надеюсь уложится, пока домой доеду…

– А… ты чего… уже вернулась? – мама вышла из комнаты, заслышав, что я копошусь в прихожей. Стараюсь тихо, но мама спит чутко.

Я повернулась, глянула, устало провела рукой по лицу. Сжала губы, только бы не заплакать, не начать жаловаться. А как хочется… господи, как хочется кинуться ей на грудь и плакать, просить, чтобы объяснила, помогла всё исправить.

– Что-то случилось? – щурится мама.

– Дети спят?

– Полтретьего ночи, Ань. Конечно спят, а почему ты вернулась?

Я села на стульчик в прихожей, сложила на коленях руки, придерживаю полы пальто.

– Дочь, не молчи, ты меня пугаешь.

– Он был там, – говорю и сразу чувствую по носу снова бежит слеза.

Мама присела передо мной на корточки, заглянула в лицо.

– Он был там? – переспросила.

– Да, – я безвольно кивнула, провела ладонью по щеке, – он был не один, – только и смогла выдавить. Не могу держать в себе. Не умею.

Мама открыла рот и тут же прикрыла его ладонью.

– Ах ты, – села на пол рядом со мной, обняла мои колени. С минуту мы сидим беззвучно, я смотрю в пол, а мама, пытаясь как будто меня согреть. Наконец она, засуетилась начала вставать. – Так… так… ты давай иди, ложись уже… не нужно тут сидеть. Потом… потом поговорим. Завтра.

– Мам, что мне делать? – беспомощно смотрю ей в лицо.

– Давай, дочь, наверное, уже утром об этом будем говорить. Сейчас можно много чего сказать и много чего нарешать. Обрубить можно много. Давай лучше сделаем это утром, – как беспомощную больную, поднимает меня со стула.

– Не знаю, как я буду спать, – говорю дрожащим голосом. – Я ему сказала, чтобы домой не возвращался.

И снова поток слёз.

– Девочка, девочка, боже мой. Что же это такое? – обнимая меня мама тоже заплакала. – Давай, поднимайся, – потянула в спальню, снимает с меня пальто, глянула на бельё, сокрушаясь, мотнула головой, – ложись, ложись. Ничего. Ничего.

Я легла в кровать, мама укрыла меня одеялом, погладила волосы, поцеловала в лоб.

– Ты сейчас просто поспи. Старайся ни о чём не думать. Забудь. Завтра утром мы обо всём вспомним и решим что делать дальше.

Я закрыла глаза, попробовала представить, как будто ничего не было, как будто я не видела его голым, никто не звал его, не кричал… Я попробовала, и, вроде бы, получилось. Закрыла глаза и в абсолютно серой прострации – заснула.

-–

– Мама, просыпайся! Нам уже в школу пора, – слышу голос Насти.

– Сейчас, малыш… сейчас мама встанет, – разлепила веки, нехотя открыла глаза.

Хотела откинуть одеяло, но вовремя вспомнила, что я всё ещё в чёрном кружевном белье, которое надела для своего дорогого мужа, хотела его соблазнить. – Иди к бабушке на кухню. Я сейчас приду, – пытаюсь привести мысли в порядок, вспомнить, почему они оказались в беспорядке.

В прихожей хлопнула дверь.

– О, пап, привет! А где ты был?! – голос малого.

Я быстро села на кровати, схватилась за халат, натянула его за одну секунду. Подошла к двери спальни, крутанула замок, кто-то сразу подёргал за ручку.

– Аня, ты тут? – голос мамы.

– Да, сейчас, мам. Переоденусь и выйду. Хорошо?

– Хорошо, не торопись. Там Стас пришёл. Я накрыла всем завтрак.

– Спасибо, мамочка. Сейчас иду.

Отошла от двери, стянула с себя чулки, пояс, сунула их подальше в шкаф, чтобы не напоминали. Достала большое, белое полотенце и подошла к двери.

Сейчас я должна вести себя так, как будто ничего не произошло. Дети не должны ни о чём догадываться.

Вышла из спальни.

В кухне все сидят за столом. Стас в белой рубашке, с закатанными по локоть рукавами, открывшими крепкие, волосатые руки.

– Привет, дорогая, – натянул осторожную улыбку, – что-то ты долго, – говорит, как будто ничего не произошло.

Мама краем глаза зыркнула на меня и продолжила полоскать что-то под струёй воды.

– Привет, – я подошла, потрепала Ваньку за непослушную, кудрявую шевелюру.

– Мам, чего ты так долго спишь?

– Мама работает, поэтому и спит, – отвечает за меня мама, – давай, ешь быстро, в школу опоздаешь. Я там рюкзаки им собрала, – на меня посмотрела. – Вызвала такси. Через 10 минут приедет. Я их отвезу, не волнуйся. Спокойно собирайся на работу.

– Мы что поедем в школу на такси? – Настя уплетает хлопья и шоколадные шарики.

– Прикольно, – Ванька тоже почему-то доволен, – давно на такси не ездили. А что папы машина сломалась?

– И у мамы тоже? – Настя ко мне повернулась.

– Маме некогда и папе некогда. Вы что думаете, вы одни опаздываете? – деловито склонилась над детьми мама, – Доедайте, у вас 3 минуты на доедание.

– Бабушка, ты как командирша, – хмыкнул сын.

– Жду вас в прихожей, уже через 2 минуты, – мама пошла забирать свою сумку. Вернулась, – всё Анечка, я завезу их в школу и потом домой, – посмотрела на Стаса, он опустил взгляд в тарелку с омлетом, который мама ему приготовила буквально за пять минут.

Мама его любит. Уважает. Ценит. Эх… какое для неё разочарование.

– Хорошо. Спасибо, мам, – я отпила из чашки чай недопитый Настей.

– Спасибо.

– Спасибо, бабуля.

Дети встали из-за стола, по очереди подошли ко мне, я их поцеловала. Потом к Стасу, он тоже чмокнул обоих.

Идеальный отец.