Соня Мишина – Орчиха в свадебной фате (страница 34)

Невестам-ориссам других намеков и подсказок не понадобилось. Отец-Ор был у них непререкаемым авторитетом, как и любые магические проявления. Так что обе ориссы быстро послали женихам, отмеченным милостью своего божества, приветственные кивки и улыбки, а тех двоих, которых окутало пылью, предпочли даже не замечать.

Убедившись, что все ориссы-невесты и орки-женихи наконец-то разбились по парам, я заиграла легкую и веселую мелодию. Ветер улегся. Пары снова принялись дуть каждая на свое перышко, подгоняя их к пылающим прямо в воздухе огненным кольцам.

― Давай, давай! ― закричала тетушка Хави. ― Сильней поддувай!

Ее речевку подхватили остальные орки, начали гомонить, стучать в барабаны, как записные футбольные болельщики.

Под весь этот шум, грохот и трели моей филомелы одна из пар, изловчившись, сумела подуть на свое перышко с двух сторон так, что оно, несомое единым потоком, резво двинулось вперед. Пара мгновений ― и оно влетело в огненный круг, вспыхнуло, объятое пламенем, и рассыпалось прахом. Огненный обруч тоже погас.

― Есть! Готово! ― закричали, зашумели довольные орки. ― Вручайте призы, магварр, Барбра!

Магварр тут же легким движением руки погасил все оставшиеся огненные кольца. Я встала рядом с ним, взяла в руки поднос со своим брачным нарядом, а Алаир ― со своим. Парочка победителей приблизилась к нам под приветственные крики и преклонила колени, словно испрашивая у родителей благословения на женитьбу.

Мы с мужем торжественно вложили в протянутые руки подносы со стопками одежды, поверх которых возлежали рогатые шлемы, и поклонились своим, если так можно выразиться, преемникам. Те встали с колен и ушли, унося драгоценную добычу и держась за руки, а к нам с магварром снова подошел Лэрг ор-Тунтури.

― Есть еще одно дело, магварр, ― обратился он к Алаиру. ― А не желаешь ли ты принять на службу одного или нескольких наших вольных воинов-наемников? Они принесут тебе клятву верности на весь период службы, и эту клятву подтвердит сам Ор, дух Великой Степи!

Мне было очень интересно понять, как станет магварр выбирать наемников. Но муж и тут сумел удивить.

― Кто знает своих воинов лучше, чем глава клана? ― почтительно склонив голову, произнес он. ― Я доверюсь тебе, Лэрг ор-Тунтури. Кого назначишь мне в отряд, тех и приму. Уверен, что это будут лучшие твои ученики.

Лэргу такие слова явно пришлись по душе. Он медленно опустил веки, что, видимо, означало согласие. Развернулся к строю молодых орков, которые стояли одной слитной группой, хотя и составляли часть круга, образованного членами клана.

Молодые наемники тут же зашевелились, втянули животы, расправили тяжелые плечи, демонстрируя мощь своих мускулистых фигур.

― Абсалон. Лаурист. Понтус. ― Начал вызывать Лэрг ор-Тунтури.

Названные орки один за другим выходили из тесного строя, изо всех сил стараясь сохранять на лицах невозмутимое выражение ― такое, как у их главы. Однако невольное подрагивание губ и довольный блеск глаз все равно выдавали их радость.

Дойдя до Ардэна, сына Туна, Лэрг на мгновения запнулся. Ноздри главы клана ― небывалое дело! ― дрогнули, выдавая какие-то эмоции, которые, впрочем, он тут же преодолел и… назвал имя другого молодого орка, который стоял в строю следующим.

Ардэн потемнел лицом, что с его оливковой кожей выглядело так, будто его щеки внезапно обрели коричневатый оттенок. Оскалив клыки, он мелко затряс головой, сжимая кулаки и тяжело дыша. Но все же не произнес ни звука ― не посмел прервать торжественное действо.

И только когда все десять имен были названы, и девять молодых орков и одна орисса ― та самая дочь Туна ор-Тунтури ― встали за спиной Алаира Виатора, явно гордясь назначением и своим новым командиром, Ардэн произнес рычащим голосом:

― Позволь спросить, отец-командир.

― Слушаю, Ардэн, спрашивай, ― согласился Лэрг.

― Разве не я победил сегодня в поединках? ― голос молодого орка все же дрогнул.

― Ты. ― Согласился глава клана.

― А не я ли унаследовал оружие своего отца? ― задал следующий вопрос Ардэн.

― Ты. ― Лэрг ор-Тунтури был по-прежнему немногословен.

― Тогда отчего среди десяти имен не прозвучало моё? ― пытаясь не перейти с приглушенного рычания на гневный рёв, задал главный вопрос сын Туна.

Уж не знаю, чем там руководствовался сам глава клана, а я Ардэна в отряд своего мужа ни за что не включила бы после того, как этот зеленокожий женишок попытался заявить на меня права. Возможно, мудрый Лэрг думал о том же. Но вслух он этого говорить не стал.

― С сего дня ты ― вольный наёмник, Ардэн, ― ответил он вместо этого. ― А это означает, что и командира, которому станешь служить, ты должен отыскать сам. Иначе в чем же твоя воля?

Ардэн сменил цвет лица с коричневого на синюшный, что означало смущение. Такого довода он явно не ожидал. Впрочем, как и я, и, судя по удивленным возгласам, многие члены клана.

― Значит ли это, что я могу сам обратиться к магварру с просьбой нанять меня? ― сумев справиться со смущением и сменив тон на просительный, уточнил Ардэн.

― Можешь.

«А может, не надо?!» ― захотелось закричать мне. Я перевела на Алаира умоляющий взгляд, а когда он вопросительно приподнял бровь, чуть заметно мотнула головой: не бери! Откажись!

Муж чуть прищурился, дернул уголками губ, обозначая улыбку, и отвернулся, так и не показав своего отношения к моей безмолвной просьбе.

― Позволь обратиться, великий магварр! ― вышел на пару шагов из строя и преклонил перед ним колено Ардэн.

― Слушаю тебя, орис Ардэн ор-Тунтури, ― не забывая о церемониях, отозвался Алаир.

― Прими меня под свою руку, ― тут же озвучил просьбу Ардэн. ― Клянусь служить тебе со всей доблестью и страстью и не посрамить честь своих предков-воителей!

Я аж дышать забыла в ожидании ответа. Впрочем, как и сам Ардэн, который, надо заметить, ни разу в мою сторону за все это время даже не посмотрел. Может, и напрасно я опасалась, что он станет оказывать мне ненужные знаки внимания, если окажется в числе нанятых мужем воинов?

― Почел бы за честь принять тебя, Ардэн, ― тем временем заговорил магварр. ― Однако, десятка уже названа. Одиннадцатому бойцу в ней роли нет. А один в поле, как ты и сам понимаешь, не воин. Сумеешь собрать свою десятку ― приводи ее ко мне. Испытаю, и, ежели покажете себя сработанной командой ― приму под своё начало.

Ох, каков дипломат мой супруг! Вроде и отказал, а вроде и пообещал! Умеет же!

Я выдохнула с облегчением: пока-то Ардэн себе девять собратьев по оружию найдет, пока пройдут они боевое слаживание ― глядишь, мы уже в землях хунгров окажемся и до загадочных артефактов доберемся. А там, может, мне уже ничего решать и не придется. Заберет меня Дух Нового года из этого мира, отправит обратно на землю…

От этой мысли мне вдруг захотелось завыть в голос: за что?! Чем я так провинилась в своей жизни, чтобы обрести свою любовь, семью в другом мире и потом потерять все ― и мужа, и мир, который оказался для меня более родным, чем тот, в котором я была рождена?

Пока я моргала глазами, чтобы прогнать непрошенные слезы, и старалась незаметно утереть вдруг рассопливившийся нос, Ардэн встал с колена, вернулся в строй и пообещал уже оттуда:

― А и соберу! Лучших приведу с собой! Жди меня, магварр!

― Все, полно. Сделаешь ― тогда и будешь кичиться, ― остановил его Лэрг ор-Тунтури. ― А теперь новоявленные супруги отправятся отдыхать. Барбра ― в женское крыло, магварр ― в мужское. Четвертая ночь, по традиции ― прощание с родным домом, и молодая жена должна провести ее с семьей.

То есть, это меня еще такой послесвадебный девичник ждет? Вот незадача! Я как-то не готова с названными сестрами и тетками всю ночь беседы вести!

По счастью, тетушка Хави и тут пришла мне на выручку.

― Ежели пожелаешь, Барбра, ― подбежала она ко мне, взяла за руку, повела прочь с центра двора и подальше от мужа, ― то в баньке помою, а потом с твоей подругой-музыкантшей в одной комнате устрою. Тебе перед дальней дорогой хорошенько выспаться следует. Вид у тебя такой, будто молодой муж все три ночи тебе сна не давал!

Вот тут уж настала моя очередь синеть от прилива жара к щекам. Но отвечать на игривый полувопрос-полунамек любопытной банщицы я не стала. О том, какой темпераментный у меня супруг, посторонним знать совсем не обязательно!

― Согласна с твоим предложением, тетушка, ― я поспешила кивнуть, ― баня на дорожку ― дело правое.

Тетушка Хави привела меня в уже знакомые помещения, где, кажется, никогда не рассеивался пар, исходящий от наполненных горячей водичкой мини-бассейнов. Узнать, как их называют сами орки, я так и не удосужилась.

― Скидывай одежки, ― пожилая орчиха кивнула мне на вбитые в каменную стену железные крючья, ― и ныряй.

Нырять мне было предложено в серную ванну. Слегка поморщившись от запаха тухлых яиц, я погрузилась в горячую воду, пристроила голову на скругленный бортик и позволила телу расслабиться и слегка всплыть над поверхностью.

— Вот отмокнешь немного, потом разотру тебя песочком, ― заворковала тетушка Хави, присаживаясь рядом, — а пока дай-ка руку: буду лак с ногтей снимать.

— Это больно? ― памятуя о том, как накануне свадьбы мне делали пилинг и восковую депиляцию, насторожилась я.

― Даже не почувствуешь! ― пообещала тетушка, и не обманула.