Соня Мармеладова – Десять свиданий с недотрогой, или Сам напросился! (страница 4)
– Ой, ну не будь занудой, – закатывая глаза, простонала Стася. Вжикнула молния… – Я заступилась за тебя сегодня, а ты так и не записалась в клуб. Обещала ведь, уже четыре дня прошло… – она смешно надула губы, что я не удержалась и усмехнулась.
Четыре дня… за эти четыре дня я видела Соколова чаще чем собственных родителей. Наваждение какое-то… То яблоко своё дурацкое сунет, то за косичку дёрнет, то помощь свою так настойчиво предлагает, что мне самой хочется ему помощь оказать. Медицинскую.
Мы вышли за ворота и повернули к остановке по проспекту Славы. Рядом, скрипя тормозами, остановилась чёрная тонированная иномарка. Я ни на шутку испугалась, даже вздрогнула, а вот Стася восторженно заверещала.
– Это же Соколов! Смотри-смотри, это он! – прижала пальчики ко рту и призывно замахала, улыбаясь от уха до уха. Ну что за глупыха? Мы же одногодки, так почему у меня чувство, что сестра года на три младше. А может, и четыре…
– Игнорируй его, – произнесла бесстрастно и ускорила шаг.
– Эй, недотрога, – насмешливо позвал казанова, свесив локоть на улицу в открытое окно. Ему ветер в салон не задувает, нет? – Садитесь, подвезу.
– Ясь! – взмолилась сестра, состроив жалобные глазки.
Я даже не рассматривала такой вариант и готова была идти на любые жертвы, только бы не садиться в машину этого избалованного мажора.
– Ты же хотела, чтобы я в клуб записалась. Вот и пойдём, – дёрнула сестру за руку и повела в обратном направлении, оставляя Соколова недоумённо смотреть нам вслед…
Странное дело, стоило мажору потеряться, Стася стала собой. Привычно хладнокровной, я бы даже сказала слегка надменной. Идёт, наушники в уши вставила, жвачку жуёт.
Недоверчиво покосилась и пихнула сестру в бок: та недовольно вынула наушник и уставилась на меня, мол, ну что ещё?
– А чего ты визжишь при виде Соколова?.. не глупая вроде.
Стася хмыкнула.
– Ну, он красивый.
– И это вся причина? – искренне удивилась я. Перекинула косичку на спину и поёжилась. Не любила холод. Холод и сырость. Грязь.
Сестра вытащила второй наушник и убрала их в беленький футляр.
– Ну я же не собираюсь с ним спать. Но позалипать на красавчиков никто ведь не запрещает, тем более, когда у нас в уневере их не так много, а в группе вообще три с половинной калеки, одни девки, – красноречиво фыркнула она, как будто я не понимаю простой истинны. – Ну что ты глазами хлопаешь? Соколов пользуется девчонками, почему нам нельзя попользоваться им? Прокатиться на крутой тачке, может, сводит в кафе и пусть его комплименты пустые, слушать их всё равно приятно.
– Ты страшная женщина, – произнесла не то восхищённо, не то в ужасе.
Мимо мчались машины, дымя выхлопными газами, у светофора толкались люди, всё больше заставляя меня нервничать. Любое случайное прикосновение вызывало во мне внутреннюю дрожь и стойкое до тошноты отвращение.
– Ясь? – серьёзно обратилась сестра. – А что плохого в том, чтобы приятно провести с кем-то ночь без обязательств? Если обе стороны всё устраивает, то какие могут быть проблемы вообще? Нет, конечно, стоит подумать о безопасности и контрацепции, но в остальном не вижу причин отказываться от удовольствия, если парень сам не против.
Я покачала головой.
– Это ты понимаешь, что с такими как Соколов, только ночь без обязательств и светит, ничего больше. А другие, я уверена, надеются на нечто большее, питают надежды на продолжение знакомства.
– Ну, это проблемы других, – невозмутимо констатировала Стася и махнула рукой. – Нам на ту сторону, придётся через подземный перед идти, главное, не наткнуться на дохлую крысу как в прошлый раз.
– Ты специально? – скривилась брезгливо. Мёртвая плоть… страшно представить какая там зараза размножается. – Пойдём уже…
За стеклянной стойкой ресепшена нас встречал улыбчивый парень с модной укладкой, пирсингом в ухе и галстуком-бабочкой на шее. Стася тут же расцвела, а я лишь вымученно закатила глаза.
– Добрый день, леди, – на губах парня заиграла обворожительная улыбка. – Чем могу вам помочь?
– Мы хотели бы заполнить анкеты в ваш клуб, много о нём слышали и читали отзывы, – кокетливо защебетала сестра, а я смотрела на наше отражение в высоких зеркалах, которыми были отделаны стены. Надо же, мы, правда, похожи. Всегда удивлялась этому факту, настолько разные у нас характеры.
– По правилам клуба, все новенькие участники должны сначала ознакомиться с правилами, а после прочесть договор о конфиденциальности и предоставлении платных услуг и подписать, – администратор нырнул под стойку и выпрямился уже с двумя комплектами документов. – Можете устроиться вон там, – улыбнулся, показывая на круглые столики с мягкими креслами.
Я молча развернулась и пошла в указанном направлении. Стася взяла бумажки и, ворча про себя, поплелась следом. Я никогда не трогала посторонние предметы в незнакомом месте, будь даже это обычная бумага, и сестра это знала. Знала, на что подписывается, когда предлагала пойти на свидание вслепую, пусть теперь не дуется.
Прежде чем сесть, я протёрла стол влажными салфетками, кресло… Обработала руки антисептиком. Если администратор и удивился, то виду не показал. Очень профессионально…
Договор был стандартным, правила ожидаемыми. Не приходить на свидание в пьяном или наркотическом опьянении, не курить в месте проведения свидания, не материться, если возникнут сложности – связаться по телефону с персональным менеджером по подбору партнёров.
Плата за одно свидание, не скажу, что внушительная. Для нас с сестрой вполне себе подъёмная. Летом мы обе подрабатывали в театре, да и родители щедро спонсировали, даже несмотря на то, что мы отказывались. Достаточно сберегательного счёта, открытого на наше имя, но им казалось этого мало.
Нас баловали, чего уж. Родители хотели и могли себе это позволить, конечно, нам было бы приятней, проводи они больше времени дома, но, честно, не на что жаловаться. В выходные мы почти всегда уютно проводили время. Настольные игры, просмотр фильмов в домашнем кинотеатре с заказанным на дом попкорном и пиццей, хотя я и такое не ела, только всё домашнее. И тяжело осознавать, что родные не выходят куда-то не потому, что не хотят, а просто из-за меня. Потому что я не могу никуда выйти…
Наверное, это основная причина, по которой я решилась прийти в это место. Очень хотелось уже побороть свою фобию и жить нормальной полноценной жизнью, не обременяя родных.
Когда договор был нами подписан, администратор выдал анкеты. Вопросы были дотошными, начиная от роста и веса, заканчивая вредными привычками и личными предпочтениями в выборе партнёра. Каким он должен быть?
Не тупым? Сойдёт за ответ? Мне вот всё равно, брюнет или блондин, но вот, наверное, лучше студент с какими-то планами на будущее, не курящий и не увлекающийся играми…
Я зависла. Оказывается, у меня завышенные требования, когда сама далеко не подарок. Напишу, без вредных привычек, студент, этого будет достаточно. Мне важен сам факт сблизиться с незнакомым человеком и избавиться от фобии, а развитие отношение вторично. Даже если ничего не получится, я не расстроюсь, если моя жизнь при этом станет нормальной. Полноценной.
Стася писала увлеченно. Карамельные глаза светились азартом и предвкушением, а я закончила быстро. Осторожно подвинула пальцем свою анкету в сторону и убрала в рюкзак ручку. Чужими я не пользовалась.
– Может, стоило написать про мизофобию? – спросила шёпотом, всё ещё сомневаясь.
– Ты чего?! Не думай даже! – воскликнула сестра, вскинув голову. – Так ты себе вообще никого не найдёшь.
– Да тише ты… – буркнула, озираясь. Администратор был занят новыми клиентками и в нашу сторону не смотрел. Вот и хорошо. – Давай заканчивай уже. Домой хочу…
А дома я снова приняла душ, полностью сменила одежду, а ту в которой была, сразу отправила в стирку. И наконец я могла нормально поесть. Выдохнуть. Почувствовать себя в безопасности.
Настолько расслабилась, что даже про анкету забыла, а через два дня со мной связалась менеджер…
Глава третья
Это были две самые поганые недели в истории поганых недель. Ян чувствовал, как звенят нервы натянутой струной, как раздражает любая мелочь, даже самая незначительная. Как терпение готово лопнуть, словно мыльный пузырь…
Сначала отец снова завёл свою бесконечную шарманку об учёбе за границей по обмену, потом настоял посетить с ним научную, самую скучную в мире, конференцию, на которой приходилось обворожительно улыбаться, соблюдать манеры и быть до омерзения вежливым. Ни вдохнуть, ни выдохнуть. Напряжение тугим узлом скручивало внутренности и тревожность не отпускала ни на минуту.
И тут, будто чувствуя неподходящий момент, появился задрот с факультета режиссуры, решивший бросить предъяву. Видите ли Ян у него девку увёл. Она же не корова, чтобы её уводить. Сама пошла. Ножками. И эти самые ножки раздвинула тоже сама. Даже с удовольствием.
О чём Ян и сообщил ревнивому парню.
Как же хотелось втащить уроду… Аж руки затряслись! В крови бушевал адреналин, толкая на глупости, но разум оказался сильнее. Нельзя. Никаких промашек. Стойко стерпел рыхлый удар и даже улыбнулся. Исполнил шутовской поклон, подмигнул перепуганной девчонке, которая явно получала удовольствие от происходящего, ведь дрались за неё, и отправился по своим делам.