Соня Марей – Огненная няня для дочери генерала (страница 10)
– Но-но, нечего на меня злиться.
Лиэлль подошла к окну и выглянула на улицу.
– Ну вот, улетел, – протянула она разочарованно и повернулась ко мне. – В Золотом Клене давно не видели фениксов, раньше здесь было их гнездовье. Только потом эти птицы стали исчезать, – закончила девочка с грустью, но уже через пару секунд просветлела лицом. – Может, он вас почувствовал, госпожа Элени? Вот и прилетел познакомиться.
Я задумчиво глядела вдаль, на покрытые лесом зеленые горы. Солнце светило ярко, и силуэт феникса был едва различим.
А если это правда, и я притягиваю к себе огненных созданий? Мэтр Орион говорил, что моя магия вылечила ягуара, вдруг эта птица хочет от меня того же?
Наше молчание затянулось. Немного отойдя от потрясения, я улыбнулась Лиэлль.
– В любом случае он уже разведал сюда дорогу. Мне кажется, этот феникс прилетит еще раз, и мы с ним познакомимся поближе.
А сама подумала: «Ну уж нет, хватит с меня хвостатых неожиданностей».
Глава 8. Первые опыты
Этот безумный день подходил к концу. Лиэлль побыла в гостях еще немного и убежала, оставив меня в компании Тотошки и с мечтательной улыбкой на лице. Да, я поймала себя на том, что улыбаюсь, глядя ей вслед.
Благодаря этой девочке получилось наконец смириться с попаданием в другой мир. Нервозность и страх отпустили, внутри разлилось теплое, уютное спокойствие. Лиэлль казалась «своей», ничем не отличающейся от земных детей. Так же смеялась, задавала каверзные вопросы, любила котят и была донельзя любознательной.
Не к месту вспомнила, что у меня когда-то должна была родиться девочка. Но лучше не думать об этом, не вспоминать. Я пережила и пошла дальше.
Пока я изучала предоставленные покои, неугомонный Тотошка ходил за мной хвостом и преданно заглядывал в глаза. А чуть позже на меня налетела толпа служанок, и я, не привычная к такому, слегка опешила.
Эти дамочки явно получили генеральский приказ: отмыть, отчистить и сделать из гостьи белого человека. Иначе как объяснить их маниакальное рвение содрать с меня кожу мочалками?
Да меня в последний раз так мама в детстве купала! И то, что мои телеса увидят шесть чужих женщин, напрягало. Тело, конечно, не мое, но все же…
Мои попытки возразить пресекли на корню.
– Госпожа Элени, генерал Райол выгонит нас, если мы будем плохо делать свою работу, – отчеканила сурового вида тетушка с глубоко посаженными черными глазами, похожая на Мойдодыра из мультика.
Она убрала волосы под чепец, закатала рукава и, схватив мочалку, стала неумолимо приближаться.
Я съежилась и опустилась в горячую воду до самого подбородка.
Наверное, у них так принято, поэтому лучше не выпендриваться и делать, что сказали. Кстати, ванная комната, смежная со спальней, была роскошной. Пол и стены облицованы перламутровой плиткой, посередине круглая купель. В воде плавали лепестки роз и длинные тонкие листья какого-то растения. За ширмой в дальнем углу находилось приспособление, выполняющее функцию унитаза. Впервые его увидев, я испытала небывалое облегчение. А то было опасение, что придется довольствоваться ночной вазой.
В какой-то момент в ванную прискакал Тотошка. Поднялся на задние лапы и заглянул в купель, намочив любопытные усищи.
– Брысь отсюда! – рявкнула мойдодырша.
Молоденькие помощницы загомонили, а я спокойно произнесла:
– Не нужно шуметь на моего питомца, за его реакцию я не ручаюсь, Долла, – так звали суровую тетю.
Та лишь хмыкнула и посмотрела на ягуара из-под насупленных бровей.
– Будешь подглядывать, и тебя искупаю. Понял?
Тотошка обиженно заурчал и просочился под шкафчик с местной косметикой.
Интересно, кто-то успел заметить феникса? Лиэлль обещала пока ничего не говорить отцу, ведь она пришла ко мне без его ведома. Я вспомнила лицо генерала-дракона в тот момент, когда мои пальцы коснулись его щеки, и усмехнулась.
Все-таки красивый, зараза. Немудрено, что я приняла его за ночную грезу. Попал бы в наш мир, отбоя бы не было от поклонниц. Впрочем, уверена, он пользуется популярностью и тут.
***
На столике у кровати горел светильник. Не было ни проводов, ни батареи – значит, работает при помощи магии. И как ко всему этому привыкнуть?
Я присела, опираясь спиной на подушки, и взяла в руки зеркальце. Небольшое, овальной формы, в латунной причудливой рамке и на длинной ручке, оно лежало в одном из ящиков. Я уже знала, к чему может привести попытка заглянуть себе в глаза, и решила подстраховаться. Если снова упаду, то голова моя не пострадает.
Ладони вспотели от волнения, я облизала губы.
Тотошка с нахальным видом запрыгнул на кровать и улегся в ногах.
– Дружище, к утру от матраса не останутся одни угольки?
Тот протяжно мяукнул, словно говорил: «Обижаешь, хозяйка. Я что, совсем дурак?»
– Ладно, тогда спи.
Я поднесла зеркало к лицу. Светлая кожа после помывочных процедур сияла еще ослепительней и сделалась нежной от крема. Им меня намазала все та же Долла. Косметика здесь имела более слабый запах, чем привычная земная. Она тонко-тонко пахла мятой и была более жидкой, а хранилась меньше – всего несколько дней.
Долла даже провела экскурс в местные бьюти-процедуры, она вообще любила поболтать. А еще сказала, что завтра мне дадут личную горничную. И когда я окончательно поправлюсь, смогу переехать в смежные с Лиэлль покои.
У девочки скоро день рождения – семь лет. От меня ждут определенных вещей, значит, не помешает глубже окунуться в жизнь моей предшественницы. Времени очень мало, а сплоховать я не хочу. Тем более, последний час меня преследовали странные ощущения.
За грудиной появилось жжение, будто внутри запалили маленький костер. Прислушиваясь к себе, я могла поклясться, что слышу пока еще далекий гул пламени.
Никогда в жизни я не испытывала подобного! На пневмонию не похоже. Знаю, о чем говорю. Может, это магия, перешедшая по наследству? Скорее всего.
Тревожно как-то.
Мэтр Орион, восторженный старик в мантии и старомодных ботинках, не такой уж помощник. Придется полагаться на себя. Как обычно. Подруги шутили, что при ходьбе у меня звенят стальные бубенчики. А что поделать? Все сама да сама…
Ладно, не время предаваться воспоминаниям. Если судьба решила подарить мне второй шанс, пусть и таким нетривиальным способом, надо использовать его грамотно!
Я расслабилась и снова заглянула в зеркало. От волнения даже дыхание остановилось, а сердце, наоборот, понеслось вскачь.
Раз… Два…
Зрачки расширились и меня, будто в воронку, потянуло в чернильную мглу. Я перестала ощущать свое тело, рассыпалась на атомы, а потом в глаза ударил яркий свет.
Вокруг меня бушевало пламя. Огненные языки поднимались высоко над головой и сплетались в причудливом танце.
– Ты не должна бояться его, Элени. Это твоя стихия, – послышался голос.
Рядом со мной, сцепив за спиной руки, невозмутимо стояла госпожа Лорисс. Как будто мы в парке на лебедей любовались, а не рисковали поджариться в жерле гигантской печи.
– Но мне страшно!
– Коснись его, – скомандовала женщина.
Я ощущала все эмоции маленькой Элени. Ее страх иглами впивался в кожу, подламывал колени. Огонь пугал и манил, такой прекрасный и ужасный одновременно.
Рука потянулась вперед, пальцы прошли сквозь завесу пламени и остались невредимыми. От огненной стены отделился маленький язычок и змеей свернулся вокруг запястья. Я услышала детский смех.
– Вот видишь, – Айне Лорисс улыбнулась уголками губ. – Теперь ты должна потушить его, впитать в себя. Помнишь теорию? Открой магический источник и пригласи огонь его заполнить.
Я не понимала, как маленький ребенок должен подчинить бушующее пламя. Мои мысли и ощущения сплетались с ощущениями Элени. Она представляла внутри себя гостеприимно распахнутую дверь, звала огонь.
И он подчинился. Медленно потек в мою сторону, устремился вглубь существа, входя в грудную клетку, растекаясь по венам обжигающими ручейками. Это было и мучительно, и хорошо. Подобное чувство накатывает, когда позади остается тяжелое испытание и ликование сглаживает усталость и боль.
Огненная стена таяла, а во мне разрасталась чужая сила. От нее распирало грудь.
– У тебя хорошо получается, – хвалила наставница.
Когда пламя истаяло, полностью перейдя в мое тело, я увидела серые стены храма и каменные плиты на полу. В узкие арочные окна сочился тусклый солнечный свет.
Я не могла понять, где заканчивается моя личность и начинается личность Элени, мы смешались воедино. Нас захватил общий восторг, неверие, что все вышло правильно.
– Теперь главное – удержать это пламя внутри, – узкая рука Айне Лорисс легла мне на грудь.
***
Проснулась я, едва на горизонте засияли первые лучи восходящего солнца. В комнате было прохладно и влажно, свежий ветер дул со стороны гор. Я чувствовала себя совершенно здоровой и отдохнувшей, а еще счастливой. Как будто это мне, а не Элени удалось приручить непокорное пламя.