Соня Марей – На все руки доктор – 2 (страница 9)

Олетта едва уловимо улыбнулась:

– Ты знал, что нейра Церинция собирается устроить благотворительный аукцион, средства с которого пойдут на солдатскую лечебницу на водах? Я тоже приглашена.

– Моя мать – деятельная женщина. Рад, что ты нашла с ней общий язык.

Они остановились, понимая, что прямо сейчас следует разойтись в разные стороны. Целительница стояла, сцепив руки на животе, спина ее была выпрямлена, а подбородок приподнят. Вся ее поза излучала уверенность и тихое достоинство.

– Мне нужно навестить мастера Драгга. Хочу кое-что проверить, – сообщила она.

– Тогда не смею задерживать.

Ран отвесил поклон и смотрел, как Оля уходит. Как вежливо здоровается с мастерами, кивает нейту Эргеру, машет рукой своей сестре.

Свет целительницы никого не оставлял равнодушным. Ее провожали взглядами.

Интересные кульбиты порой выделывает судьба. Кто мог предвидеть, что Леррану приглянется дочь графа из опального рода?

Раньше могло показаться, что герцог Моро вел себя несправедливо с Готарами, но на самом деле он проявил невероятную милость, не тронув их. Виной всему не только их неприглядное прошлое – это дело давно минувших лет.

Лайнель Готар – вот главный повод для гнева и разочарования Леррана.

Он рассказывал Олетте про брата, испытывая чувство вины и горечь. Эта женщина верила ему, не сомневалась в его словах, но Ран не смог открыть ей всю правду. Он не хотел ранить ее, это было свыше его сил.

Пресветлая Матерь, правильно ли он поступил?

В глазах близких лучше слыть пропавшим без вести, чем предателем. О, Ран прекрасно знал, что Лайнель Готар жив! Он сам видел его, сражающимся на стороне нардов. Надо сказать, из него вышел умелый и ловкий некромант.

Его светлость не намерен прощать такое гнусное предательство. Даже если Лайнеля заставили – это не повод предавать. Ран умер бы, но не перешел на сторону врага.

Была небольшая надежда, что разум Готара подчинили, стерли его личность, он ничего не осознавал. Магия смерти всегда оказывает разрушительное влияние на своего носителя.

И как хорошо, что эта напасть, семейное проклятие, не передалась Олетте.

Глава 6. Похищение

Я была бы не я, если бы не нашла пациентов и здесь. А все почему? Потому что нет здоровых людей, есть недообследованные!

Сначала меня попросили посмотреть палец у работяги: зазевавшись, он ударил по нему молотком. К счастью, обошлось без перелома, но отек и покраснение оказались сильными.

Удивляла самоуверенность нейта Эргера, руководящего строительством. В лагере не было ни лекаря, ни мага-целителя. Ну как так? А если что-то серьезное приключится?

Деревянной Горе пришлось выслушать от меня пару ласковых слов, на что вояка лишь усмехнулся и ответил:

– Ну вот мне ногу оторвало, но не умер же, правда? Непроизвольно еще шагов двести пробежал и только тогда заметил, что чего-то не хватает. Ха-ха-ха!

Конечно, я обещала прислать к ним лекаря из гильдии, чтобы следил за здоровьем рабочих и солдат. Но все чаще и чаще меня посещала мысль: а где я все-таки буду брать умелых медиков? Придется отправиться в столицу и другие крупные города на поиски самородков. Или кинуть клич.

Думаю, среди выпускников целительских факультетов найдутся те, кто рискнет отправиться на северо-восток королевства, к самой границе, к могучим и дремучим горам. Потому что столица не резиновая, всем мест не хватит. А у нас дефицит кадров. Такие, как нейт Фиго, не будут торчать в лечебницах денно и нощно, заботясь о здоровье чужих людей.

Слух о том, что я разбираюсь в лекарском ремесле, быстро прошел по лагерю. После мужчины с ушибом пальца, страшно стесняясь, меня попросил о помощи другой рабочий. Ему в глаз попала древесная стружка и проникла под верхнее веко, так что достать самостоятельно ее было невозможно.

Я извлекла инородный предмет из глаза страдальца, а Дафина приготовила травяной отвар для промывания и снятия воспаления. Сестра нашла в окрестностях пару каких-то редких растений и даже выкопала несколько молодых побегов для коллекции – тоже не теряла времени даром.

Мне хотелось поделиться с ней и с Костиком новостями о старшем брате, но я обещала Леррану молчать. Тревожная история, от нее у меня душа не на месте. Надеюсь, что однажды все разрешится – как в хорошей сказке. И к Замиру, Флори и Вивиан вернется отец.

Конечно, узнать о том, что у Лайнеля проснулась некромантия, было неожиданно. Но это подтверждало, что природа и кровь постепенно возьмут свое, что никакое выжигание дара им не указ. И, быть может, Готары снова станут такими же сильными магами, как их далекие предки.

Хотелось рассказать Рану о тайне родового дара, но пока приходилось молча делать свое дело. И вот так, делом, я покажу всем, что в сочетании с целительством некромантия не опасна. Я бы даже некромантией ее не назвала в том смысле, в каком ее привыкли воспринимать люди.

Из записей дедушки Блавара я уяснила, что наш уникальный дар позволяет работать с отмирающими тканями и обращать процесс распада вспять. Еще выращивать новую кожу и даже конечности из клеток тела, быстро определять причину смерти и многое другое.

Но кроме положительных сторон были и темные, которые я никогда не стану осваивать. Наш дар мог сделать кости врага хрупкими, как хрусталь, перенести смертельную болезнь с одного человека на другого, заставить кровь в сосудах свернуться. Или вернуть мертвого к жизни, но до момента, когда изменения в органах станут необратимыми.

Прокручивая в голове это все, я направлялась к будущей лечебнице. Шум воды становился все громче, по пути мне попались двое строителей.

– Не подскажете, где найти мастера Драгга? – окликнула я мужчин.

Те как-то странно переглянулись, и один махнул рукой в сторону источника.

– Мастер там, только… Не советую вам туда ходить, нейра.

Я недоуменно подняла брови:

– Почему? Что случилось?

– Это зрелище не для слабонервных, – смущенно ответил второй.

Тревога свернулась в груди ледяной змеей. В голове одна за другой вспыхивали самые безумные догадки. Что случилось со стариком? Или, может, он что-то натворил и не желает, чтобы об этом узнали?

– Я все-таки посмотрю, – и, больше не оборачиваясь и ничего не слушая, ускорила шаг.

Камни скользили под ногами, брызги воды оставляли темные пятна на юбке. И вот… я наконец увидела.

Мастер Драгг сидел в источнике по пояс – распаренный и довольный, с кружкой чего-то крепкого в руке. Его одежда была аккуратно развешена на ближайшем кусте, а сандалии стояли у воды. Причем на одной из них по-хозяйски дрых непонятно откуда взявшийся облезлый белый кот.

– Эээ… – выдавила я, хлопая глазами, – добрый день.

И как только сразу не сообразила? Всегда ведь была догадливой, а тут… Эх, Ольга Анатольевна! Как бы инфаркт старика не хлопнул от неожиданности.

Мастер сделал неспешный глоток и хмыкнул:

– Всю жизнь мечтал, чтобы какая-нибудь симпатичная нейра застала меня в таком виде. Жаль, что мое желание исполнилось только в старости и уже особо не нужно.

– Мы же говорили, что это зрелище не для глаз благородной нейры! – Тут и рабочие, пытавшиеся меня задержать, подоспели. Они были смущены куда сильнее самого Драгга.

– Я посмотрю на вас в моем возрасте, – пробурчал маг. – Решил вот принести себя в жертву ради науки. Проверить, помогает ли эта вода и на кой вы захотели тут лечебницу с ваннами строить. Мои спина колени потом скажут, есть толк от вашей затеи или нет, нейра Олетта.

– Это очень благородно – принести себя в жертву во имя науки, – я прикрыла рот ладонью, чтобы скрыть хихиканье.

Я хотела предложить нейту Драггу минеральные ванны для укрепления здоровья и улучшения самочувствия, а он будто прочел мои мысли.

– Мастер, ну нельзя же так! – укоризненно воскликнул рабочий. – Людное место, еще напугаете кого-нибудь.

– Да сгиньте вы уже! – сердито отмахнулся старик. – Весь настрой перебили, я только расслабился.

– Хорошо-хорошо, мы уже уходим, – я примирительно подняла руки. – Только, пожалуйста, помните, что принятие целебных ванн должно продолжаться не больше пятнадцати минут.

Тут вмешался второй рабочий. Видно, они очень переживают за начальника.

– Мастер уже второй час парится!

Я схватилась за грудь.

– Так дело не пойдет! Мастер Драгг, это слишком сильная нагрузка на сердце, вылезайте немедленно.

Старик выругался себе под нос, а нам бросил ворчливое:

– Ладно! Выхожу уже, выхожу. Насели все вместе, последней радости лишаете.

Мы с работниками удалились, дабы не стеснять пожилого мастера. А после, когда он вытерся и натянул балахон, сунул под мышку спящего кота и притопал на площадку, я устроила ему медицинский опрос.

За кружкой ароматного горного чая, подле костра, беседа шла бодро.

– Рехматизм меня уже лет двадцать мучает, – пожаловался мастер и почесал торчащую в разные стороны бороду. – К целителям обращался, но легчало только на время. Через пару месяцев, а то и недель боль возвращалась и все начиналось по новой. Последние лет десять я вообще по целителям не хожу, не верю им. Да и не сбежать от старости, чего зря корячиться.

Я уже поняла, что почти все заболевания суставов здесь называют «ревматизмом». Но в случае Драгга им и не пахнет. У него не воспалительные изменения в тканях, а дегенеративные, обусловленные возрастом и серьезными физическими нагрузками в прошлом.