Соня Чокет – Неудержимая (страница 5)

– Что это такое? – спросил он, почти смеясь, когда я сказала, что мне нужно больше месяца отпуска. Его реакция меня не удивила. Он хорошо меня знал и видел, как я совершаю глупости, но не такого размаха.

– Ну, это паломничество на восемьсот километров от подножия французских Пиренеев до Сантьяго в Испании, – рассказала я.

– Ты говоришь про Пиренейские горы? – Он подумал, что что-то не так понял.

– Да, горы.

– Как ты это сделаешь? Тебе только что провели операцию на колене!

Он был прав. Мне ее правда сделали несколько месяцев назад, и я все еще не до конца восстановилась.

– Я не знаю, Райан. Но меня как будто направляют, так что мне это нужно.

– Ты уверена, что тебя верно направляют? – спросил он. – Мне не казалось, что ты такой уж походник.

– Да знаю, это настоящее безумие. Я совсем не походник. Но я им стану, думаю.

– Сколько по времени это займет? У тебя так много семинаров, не уверен, что мы найдем время.

– Я не знаю. Я читала, что путь может занять от месяца до двух, смотря, как быстро ты идешь, – ответила я, очень сильно смеясь. – Если надо, я побегу.

– По Испании? Вот глупости.

Я прямо видела, как он качает головой.

– Я знаю. Это и правда глупости. Но Райан… Мне очень надо. Не знаю, почему, но надо.

– Да, такое бывает с тобой. Ладно. Посмотрим, что у нас впереди.

Мы обсудили расписание и нашли окно ровно на тридцать восемь дней в мае и июне – тогда я как раз и могла бы поехать. Потом надо было появиться в Вене на семинаре.

– Запиши это в мой календарь, Райан, – попросила я.

– О’кей. Записал: «Пройти по всей Испании».

Повесив трубку, я почувствовала, как у меня колотится сердце. Не могла поверить, что только что на это согласилась. Я была готова, и ничто не стояло у меня на пути.

Подготовка

До момента начала моего похода оставалось всего две недели, а я была абсолютно не готова. О чем я думала? Это было очень на меня похоже. Не то чтобы я специально откладывала все на последний момент. Дело в том, что я просто редко готовлюсь заранее. Я предпочитаю действовать импульсивно и интуитивно, оставив все вот это планирование на потом. Это всегда бесило Патрика. Вместо того чтобы планировать заранее, я просто погружалась в ситуацию и считала, что в итоге это сработает. И в итоге это работало, пусть и при наличии достаточно сильного стресса. Это раздражало Патрика, потому что он не верил Вселенной, как я. В любых случаях он был мне полной противоположностью и готовился к самому худшему – что раздражало уже меня.

Только не в этот раз – сейчас я шла к походному магазину со списком «Что купить для Камино» и была несколько зла на себя за то, что так долго ничего не делала. Чтобы пройти пятьсот миль по стране, нужно немного больше, чем удача. Мне нужны были хорошие ботинки и время, чтобы их разносить. А, стоп, времени-то не было.

Тем не менее я старалась быть оптимисткой. Я знала, что все получится, потому что я этого хотела, но все это было бы гораздо лучше, если бы я раньше спохватилась.

Короче, я думала, что все, чего я хочу в жизни, – это чтобы мне было уютно. «Очень смешной способ искать уюта, – сказала я себе вслух. – Выбор действия – одно из самых сложных вещей в жизни. Это, конечно, очень умно». Я засмеялась. Это было так похоже на меня – решаться на тяжелые вещи, не раздумывая. Я подумала: вдруг мой способ существования был не лучшим?

«Ну, уже поздно, – произнесла я. – Ты пройдешь по этому пути, и ты выходишь через две недели. Так что скоро все прояснится».

Самой важной частью похода в магазин был отдел обуви – я хотела купить ботинки. Казалось, что это просто – но потом я начала их мерить. Продавец – низкорослый, краснолицый, полный мужчина – оказался профессиональным подборщиком обуви и собирался не просто дать мне пару хорошо выглядящих ботинок и пойти восвояси. Услышав, что я планирую делать, он посерьезнел и сказал, что для успеха предприятия было очень важно купить правильные ботинки и нужно понимать, что времени на подбор уйдет много.

– Я помог нескольким людям подготовиться к Камино, – сказал он, заводя диалог и выставляя пять или шесть пар обуви передо мной. – Последним я помог священнику из Эванстона. Он собирался пройти по Камино, чтобы собрать деньги для детей, которым надо было идти в школу.

Я была обескуражена, услышав это. Так благородно было пойти в паломничество, имея что-то большее, чем личные причины. Неожиданно моя цель показалась глупой.

– Зачем вы идете? – Консультант задал вопрос, развязывая ботинок и подавая его мне.

Я колебалась, не зная, что сказать. Мне казалось, что рассказать о конце брака, о лечении израненного сердца – это слишком личное и слишком эгоистичное дело по сравнению со спасением голодных детей.

Я помолчала.

– Я не знаю, – ответила я, может, не совсем честно. – Я несчастна, и я хочу перестать быть несчастной. Я знаю, что могу стать радостнее и что есть внутри меня более веселое, более близкое «Я» – и я хочу найти с ним контакт. Это то единственное «Я», с которым я хочу найти контакт, то «Я», которое ни на кого не ориентируется.

– Мне кажется, люди потому и ходят в долгие походы. Хорошая идея.

Я натянула ботинок. Он прекрасно сел.

– Эти подходят, – сказала я. – Я их беру.

– Подождите-ка минутку, – ответил он, смеясь. – Не так быстро. Надо убедиться в том, что они вправду подходят и что на протяжении всего похода будут сидеть. Вы в них даже не встали.

Чувствуя себя не в своей тарелке, я захотела просто схватить ботинки и уйти. Обычно я так и принимала решения. Быстро. Нетерпеливо. Особенно когда кто-то хотел обо мне заботиться. Мне было неуютно тратить время на понимание того, насколько адекватно ко мне относятся и нужно ли это вообще. Я уже волновалась о том, что занимаю слишком много времени консультанта и что по отношению к остальным покупателям это было не очень честно.

Конечно, было сумасшествием так думать. Стало очевидно, что все те похороненные чувства, которые я пыталась перебороть с помощью духовного образования, больше не прятались. Они буквально летели мне в лицо, заставляя меня нервничать. Мне было очень тяжело не наказывать себя за проявление этих чувств.

«Перестань осуждать себя, Соня, – внушала я себе. – Успокойся. Прими свои чувства. То, что ты их игнорировала, привело к нынешней ситуации. Расслабься и прими помощь».

– Мне нравятся эти ботинки. Спасибо за помощь. Я их возьму, – ответила я, пытаясь ускориться, несмотря на мысленную настойчивость.

Нет. Он хотел убедиться в том, что я выбрала правильные походные ботинки, и у меня не было ни одного варианта, кроме как сбавить обороты и начать работать вместе с ним.

– А теперь встаньте и скажите, как они вам, – велел он, и я поняла вдруг, насколько неторопливым и по-настоящему заинтересованным он был. Я вдохнула и постаралась притормозить и помочь себе.

Я сделала, как он велел.

– Все еще отлично, – сказала я, пытаясь его убедить.

– Ну, я не уверен, – парировал он, тряхнув головой. – Походите пару минут, и мы решим.

Я согласилась и быстро обошла магазин. Да, они были вовсе не такими прекрасными. Они давили спереди и больно сжимали шишку на большом пальце.

– Ну как по ощущениям? – спросил он.

– Туговато, – был мой ответ, – но я их разношу, и будет как надо.

– Начало не очень. Когда уезжаете?

– Через две недели, – ответила я.

– Времени не хватит, чтобы разносить. – Он покачал головой. – Поверьте, в походе вам их разнашивать не захочется. Давайте попробуем другую пару.

– Хорошо. – Я уступила. – Вы правы.

И он был прав, потому что чем дольше я стояла в ботинках, тем неудобнее мне становилось, особенно в районе носков – там уже просто горело.

Следующая пара выглядела похуже, но на ноге они сидели гораздо приятнее.

– Вот эти гораздо лучше, – сказала я, шевеля пальцами, – я их беру.

– Придержите лошадей, – засмеялся консультант. – Правильные ботинки – ключ к успеху, так что притормозите и давайте работать вместе. Надо походить минут десять, чтобы понять.

Я снова ходила по магазину, чувствуя себя достаточно глупо. Я никогда не считала себя походником и обычно покупала дизайнерскую обувь, так что сейчас казалась себе самозванкой. Но мне хотелось стать настоящим искателем приключений, так что я и правда притормозила и стала уделять внимание ботинкам. В конце концов, мне и правда хотелось купить хорошие ботинки. И я никуда не торопилась – это просто была моя привычка торопиться. Очень старая привычка.

Я ходила по магазину и думала, что еще мне надо сделать перед поездкой, кроме того, как купить ботинки и прочее. Мне надо было научить дочерей платить за дом. Вдруг оказалось, что у меня целая гора дел и совсем нет времени.

На мне лежало так много ответственности. Я заботилась о доме, о своем деле, о друзьях и дочерях… И уходить от этого на шесть недель казалось рискованным.

Я знала, что это все было важно для моего самочувствия. Я хотела этого и была готова каждой клеточкой своего тела. Однако исчезновение на такой долгий срок было слишком необычным для меня и для моей жизни, и это делало меня уязвимой. Мне надо было верить всем, и Вселенной, и себе так, как я не верила уже очень давно. Мне надо было отпустить контроль над жизнью и позволить вещам происходить самим по себе.

«Хм. Вот, наверное, в чем смысл Камино. Верь и отпускай. Как минимум вот в чем смысл для меня», – думала я, смотря на шерстяные носки рядом с обувным отделом.