Соня Безворотняя – Магический университет. Адептка культа (страница 30)

Поскольку посещение лазарета нам крайне не рекомендовалось, все медицинские процедуры лекарями проводились на нашем же этаже.

Удивительно, но занималась нами не магиана Ирина, а ее наставница — Иль, которая славилась своими навыками настолько, что давно перешла из разряда практикующих специалистов в преподаватели. Нимфа поджидала нас в нашей с Вири комнате, справедливо рассудив, что ее помощь в первую очередь понадобится прекрасной части факультета, а уж к парням можно будет зайти позже.

Я рухнула на кровать, отдаваясь заботе целительницы и стараясь не думать о том, чем обернется для нас следующая, “полноценная” тренировка.

— Перелома нет, — проводя ладонью над отдающей болью конечностью успокоила она. Зеленоватое свечение тут же обняло колено, даря блаженную прохладу. — Небольшое растяжение. Считай, тебе повезло.

— Ещё бы, — поддакнула со своей кровати Вири. В отличие от меня, у неё хватило сил, чтобы стянуть с себя пыльную одежду и надеть повседневный сарафан. — Не всякий раз даже после обычного занятия с Мастером на первом курсе получалось отделаться такими незначительными повреждениями.

Я уныло кивнула, разглядывая, с какой легкостью магиана Иль справляется с нашими травмами. Всего-то пара зелий и мазей, да правильное сплетение магических потоков, и пациент свободен уже через пару часов. Вот это мастерство! Эх, если бы я смогла сдать тот злополучный зачет по целительству, не пришлось бы идти к Максимилиану на поклон. И тогда бы мы все сейчас спокойно доучивались на своих факультетах, а не топтали полигон под руководством Мастера.

Теперь я уже менее дружелюбно смотрела на целительницу. И что ей стоило поставить тот зачёт и отпустить восвояси?

Может, судьба?

Иль, занимаясь рукой Вири, будто почувствовав неладное, повернулась ко мне.

Взгляд ее из сосредоточенного стал лукавым и она шуточно погрозила мне пальцем.

— Даже не думай, милая. Все, что ни делается — к лучшему. Ваше здесь нахождение было предрешено. Спроси у Златки, если сомневаешься. От судьбы ведь не уйдёшь.

Мне стало совестно. Она определенно права. Если бы не тот злополучный зачет, смогла бы я хоть когда-нибудь настолько приблизиться к разгадке главной тайны своей жизни — теневой магии? Может быть, на заре собственной жизни, если бы посвятила ей все свое время. И то крайне маловероятно.

А тем временем Вири, умирающим голосом просила целительницу раздобыть для нее кое-какие зелья.

— Ну пожалуйста, — тяжко вздыхала она, демонстративно прижимая к пышной груди покалеченную руку. — Понимаете, мы же здесь явно будем уставать, недосыпать и калечиться! Причем постоянно. Представьте, по две тренировке в день у Мастера — мы просто не будем успевать восстанавливаться! А моих запасов надолго не хватит, тем более на нас двоих.

— Тонизирующих и заживляющих зелий у вас предостаточно, запасы будут обновлять раз в неделю, я гарантирую. Если потребуется серьезное целительское вмешательство — появлюсь немедленно, будь уверена.

— Я не об этом переживаю, — все также плаксиво заявила подруга. Кончики ее острых ушей жалобно подрагивали, выдавая крайнюю степень волнения.

— А то я не догадалась, — закатила глаза магиана Иль, завершая колдовать над подругой и собирая остатки мазей в принесенный с собой чемоданчик. — Через меня не одно поколение юных магичек прошло. И вот что я тебе скажу — ни к чему тебе здесь косметические составы, тем более такие сильные, как ты намекаешь. Перед кем красоваться собралась? Меньше времени проведёшь перед зеркалом — больше в лаборатории и за учебниками. Поверь, вам это сейчас важнее.

— Ладно, — сдалась Вири, но глаза ее хитро прищурились. — Я же вообще-то не для себя стараюсь. Просто есть тут одна человечка, которая всего лишь после одной бессонной ночи выглядит как зомби не первой свежести, а при той программе, что здесь была расписана, через неделю на неё вообще без слез нельзя будет посмотреть!

— Ещё раз повторюсь: ничего, кроме необходимого приносить не буду! — оставалась непреклонной целительница. Я подавила свое возмущение по поводу “зомби-человечки” и слушала дальше.

Однако, посмотрев на меня, растрепанную с синяками и мешками под глазами (ибо тренировка на полигоне свела все утренние старания Вири на нет), целительница сжалилась и добавила:

— Вы, видимо, плохо изучили оборудованную для вас лабораторию. Там есть буквально все, для того, чтобы варить сложнейшие зелья и яды. Уж бальзам для губ, мазь от отеков или тушь для ресниц сделать труда не составит.

И дверь за целительницей тихонько захлопнулась.

— Тушь, мазь, бальзам, — презрительно скривилась Вири. — А как я буду добывать помаду, румяна и прочие необходимые вещи?! Великий Хранитель, я как раз собиралась приобрести у Миранды совершенно невероятную новинку цвета спелой вишни!

Решив не выслушивать до конца излияния дроу по поводу своей судьбы, полной лишений и страданий, я направилась в купальню. Получасовое откисание в горячей ванной и переодевание в свежую одежду прибавили сил и оптимизма. Решив прислушаться к советам Иль, я, прихватив успокоившуюся и освежившуюся подругу, направилась в лобораторию.

Посмотреть ее мы действительно сегодня так и не удосужились, ведь сразу после ухода Алекса произошло кое-что, что заставило всех нас страдать от дикой слабости и головной боли вплоть до занятия с Мастером.

А дело было так.

* * *

— Зачем ты здесь? — плавно, но быстро поднялся на ноги Дан, уперев яростный взгляд в Юлиана.

Темный абсолютно спокойно, даже не соизволив подняться, ответил:

— Неужели для тебя это стало сюрпризом? Мне казалось, мы прояснили все еще вчера, в кабинете у Амиарея. Мне предложили, я согласился. Также как и ты.

— У меня есть веская причина, чтобы потерять год — это ее защита. Я с детства это делаю.

Светлый указал на Мирославу, жест его показался грубым и нервным.

Девушка напряглась, понимая, что сейчас любое неосторожное слово или действие может привести к катастрофе. Светлый на пределе, и они все в этой комнате вскоре смогут в этом убедиться.

Решив не допускать взрыва, Мирослава хотела подняться и, как всегда, помочь Дану успокоится, не дать энергии неконтролируемым потоком вырваться наружу, но была остановлена Вирианной. Дроу, любопытно прищурившись, наблюдала за Юлианом. У него явно был какой-то план, слишком уж спокойно он себя вел, и девушке было интересно, что задумал темный. Поэтому она усадила подругу на место и настоятельно порекомендовала не влезать. Мол, мальчики не маленькие, разберутся. И Мирослава, на свою беду, подруге поверила и послушалась.

А тем временем, Юлиан решил спровоцировать светлого, прямо заявив о том, что для невесты Дана сделал гораздо больше, чем он сам, и припомнил недавний поцелуй. О последнем, кстати, до Дана доходили только слухи, но прямое подтверждение от соперника, еще и высказанное в подобном тоне, шанса на мирное разрешение ситуации не оставило.

В глазах светлого вспыхнуло пламя. Радужка орехового цвета сменилась янтарем, по венам и артериям заструился жидкий огонь.

Вирианна, не успев закрыться от чужих эмоций, почти мгновенно повалилась грудью на стол и провалилась в темноту, сознательно не стараясь противится захлестнувший ее боли.

Мирослава еще пыталась что-то исправить, но ее хватило ненадолго. Ощущение пожара в груди, смертельно опасного как для нее самой, так и для окружающих, выжигающего из легких кислород и приносящего волны чудовищной боли, уложило девушку рядом с подругой в считанные секунды.

Один лишь Юлиан оставался в сознании. Нет, он не был нечувствителен к той боли, что захлестнула всю их маленькую компанию. Только он каким-то образом понял, что это боль не его и что тело, горящее в агонии — это лишь эхо чужих ощущений, и настоящую опасность для него эти ощущения не представляют.

Темный упорно терпел, невероятным усилием воли заставляя себя оставаться в сознании. Простенький ментальный щит, сооруженный на скорую руку, немного ослаблял воздействие на разум, и должен был продержаться еще достаточно долго.

Ему было интересно, когда и чем все это закончится, что именно произойдёт со светлым, который старательно сдерживает огненный шторм внутри, и когда его энергия иссякнет. Он провоцировал Дана специально, им стоило все прояснить до начала обучения, но на такую реакцию он и рассчитывать не мог. О таком подарке и мечтать не смел. Ведь, когда странный приступ светлого пройдет, он, с заблокированным магическим резервом, останется совсем без магии. Ровно до того момента, когда (и если), у них получится воплотить в жизнь планы Алекса, открыв в себе противоположный источник энергии.

Но до этого пока далеко. А пока Даниэль будет пуст, в то время, как у него, Юлиана, останется практически полный магический резерв. И пусть его хватит лишь на несколько сильных заклинаний, на несколько недель ощущения себя полноценным магом, это уже значительное преимущество перед врагом.

О чем он и сообщил светлому когда тот, обессилев рухнул на колени рядом с ним.

— В этот раз победа за мной, — сообщил темный. — Ты остался даже без тех крох магии, что оставались в запечатанном резерве. Я же не потратил и половины на свои щит.

— Тебе просто повезло, — прерывающимся голосом просипел Дан. — Я сдерживал пламя. Девчонок жалко было. Ведь выжег бы ненароком…