Сонич Матик – В понедельник, 13-го (страница 2)
Когда Нина Ивановна промчалась с кухни в свою комнату со словами: «Надо поесть бульона, и все пройдет», Сергей Владимирович открыл крышку бара и достал бутылку.
Когда Нина Ивановна в теплом платье и платке шла в прихожую, Сергей Владимирович уже подключил приставку к телевизору и грел в левой руке бокал коньяка, а в правой ― джойстик от денди.
Нина Ивановна притормозила:
– Может, ты посчитаешь, что это не мое дело, но я все-таки скажу. Мне совершенно не нравится, что ты утром пьешь и бездельничаешь.
– Мама-ан! ― Сергей Владимирович поднял бокал. ― Твоё здоровье!
– Ну, как же так! ― в голосе Нины Ивановны слышались нотки бессильного женского расстройства, как в его школьные годы на уроках биологии, когда весь класс бунтовал против его мамы, она вот так же причитала: «Ну как же так!», а он молча злился на одноклассников. Тогда он мысленно высчитывал, сколько процентов от стоимости лодки накопил, выполняя домашки по геометрии, сколько процентов сэкономил с обедов, сколько еще нужно, чтобы купить эту чертову лодку, посадить в нее маму, которая так любит море, и уплыть из Сестрорецка в Геленджик. ― Ну как же так, Серёженька! Столько сил вложено в твою карьеру, столько времени… К чему это приведёт, ты подумал? Ведь ты уважаемый человек в Девяткино…
– Не расстраивайся попусту. Лучше скажи, тебе нравится жить в Девяткино?
– Ну-у-у… Здесь у нас коттедж. Тебе до офиса не так далеко…
– Мама! ― прервал ее Сергей Владимирович. ― Я спрашиваю, нравится или не нравится?
– Честно говоря, когда мы с тобой жили в Сестрорецке, мне нравилось больше. Но надо благодарно принимать то, что имеешь, ― при этих словах Нина Ивановна воздела глаза к небу. ― Большего я и не желаю…
Сергей Владимирович поставил стакан, отложил джойстик, подошёл к Нине Ивановне и заглянул ей в глаза:
– Ты уверена, что не надо желать большего?
– От добра добра не ищут!
– М-да… Пожалуй, я иного мнения.
Сергей Владимирович, отводя взгляд, вздохнул. Сходил в прихожую за плащом Нины Ивановны. Придерживая его, пока мама одевалась, оглядел поношенную ткань, заботливо пригладил загнувшийся воротничок.
– Что бы ты хотел на обед? Ужинать тоже будешь дома? А завтра? ― тревожно спросила Нина Ивановна, видимо, рассчитывая объем покупок.
– Не знаю, мам… Да и кто знает, что будет завтра или даже сегодня вечером.
– Не пугай меня! Ты куда-то собираешься?
– Допустим, пока планов нет. Мам, я так устал всё планировать! Проекты, сроки, совещания, планы и снова планы… Замкнутый круг. Я устал от этого.
– Ты мне определенно не нравишься, Серёжа. Оставь коньяк, выпей чаю и сосни часок до обеда. Как тебе идея, а?
– Мне не хочется. А вот тебе не повредило бы. Ты очень волнуешься. Но не стоит. Я ручаюсь, все хорошо. В магазине возьми самое необходимое на обед. Лучше просто прогуляйся. После обеда вздремнешь, а вечером закажем всё, что захотим и столько, сколько захотим, а? Вот это идея, как думаешь?
– Нет! Я просто не могу себе этого позволить! У меня слишком много дел! Где б мы были, если бы каждый вёл себя, как хочется?!
– Даже не знаю… А где мы сейчас? ― добил Сергей Владимирович. Нина Ивановна только выкатила глаза и открыла рот. Что ответить на столь дурацкий вопрос, она не знала. ― Ну, не бери в голову. Ты же спешила? Иди-иди!
Сергей Владимирович развернул мать к выходу, а сам снова плюхнулся на диван и взял джойстик.
Всю гостиную наполнила электронная мелодия на весёлый повторяющийся мотивчик. По экрану сорокадюймового телевизора побежал пиксельный человечек с усами и в комбинезоне.
Нина Ивановна последний раз обернулась, приметив уровень коньяка в бутылке, вздохнула, цокнула языком и удалилась.
Игра не шла. Навыки были безвозвратно утеряны, и Сергей Владимирович начал скучать.
Входная дверь хлопнула. Ожидая появления матери, Сергей Владимирович поставил Марио на паузу.
Но против его ожиданий на порог гостиной вплыла пышная молодая особа с красным носом, прилипшими к лицу мокрыми волосами и в модной в этом году куртке, похожей на спальный мешок. По виду девушка ― выпускница, претендующая на сдачу ЕГЭ. С волос, носа и ушей выпускницы на ковер капала вода.
– Сергей Владимирович? Вы дома? ― она вытерла мокрое лицо рукой и шмыгнула.
– Вы к маме? То есть, вы к Нине Ивановне? Как вы вошли?
– К Нине Ивановне. Меня зовут Лера, Лера Веткина. Она, ― девушка ткнула в сторону кухни, ― всегда оставляет двери открытыми для учеников. А вы почему дома, а не на стройке?
Сергей Владимирович ухмыльнулся, но не стал мучить девочку объяснениями, чем стройка отличается от проектной организации.
– Решил сегодня вместо себя заставить работать этого, ― он небрежно махнул джойстиком в экран, ― он как раз тоже в комбинезоне и каске.
Лерочка прищурилась:
– Не в каске, а в кепке! Это же детская игра?
– Да. Чего-то вот захотелось вспомнить детство. А вы, значит, на урок пришли? Биология?
– Да. Готовлюсь к ЕГЭ. Хочу снова поступать. В медицинский. А то достало, что со мной никто не считается. Типа, нет образования ― первая на выход. Что за предрассудки?! Двадцать первый век на дворе! Образование вовсе не обязательно. Но вот работодатели все сплошь динозавры ― не понимают. А я столько умных видосиков смотрю, не представляете. Я всё знаю! Ну, почти всё. Операцию, пожалуй, я бы не отважилась провести, но первую помощь могу оказать. Хотите, вам покажу?
– Спасибо, не стоит, ― Сергей Владимирович искренне рассмеялся, представляя игру в доктора. ― Снимите лучше куртку. Мне кажется, она насквозь мокрая. Повесьте в ванной. Вы же знаете, где у нас ванная?
– Ой, простите. Конечно, знаю. Где же Нина Ивановна?.. ― Не дожидаясь ответа, Лерочка ушла в сторону кухни.
Сергей Владимирович, пользуясь минуткой одиночества, покачал бокал с коньяком, посмотрел сквозь его разводы в окно, где все еще лил дождь в затяжных утренних сумерках.
Лерочка вернулась без куртки, в обтягивающем пышные формы платье, липнущем к колготкам, в следах свежей пудры и с игриво зачесанной челкой на манер 90-х. Хотя откуда ей знать, что там было в 90-х…
– Так где же наша Нина Ивановна, а? ― сверкая глазами и поигрывая тембром, спросила Лерочка. Заметив бокал в руках Сергея Владимировича, она подошла ближе. ― Может быть, пока угостите меня? Что вы там пьёте?
– Ничем таким я вас угощать не собираюсь. Во-первых, у меня нет никакого желания вас угощать. Во-вторых, сейчас вернётся с прогулки Нина наша Ивановна, и вам лучше сосредоточиться на уроке. И в-третьих, мне кажется, вам еще нет восемнадцати. Правильно?
– Вы просто жадина! ― Лерочка уселась на спинку дивана, и тот жалостливо скрипнул. ― Мне восемнадцать исполнится уже в январе. Да и какая разница? Всё это условности. Эйджизм! Я уже пробовала крепкие напитки ― и ничего! Ну да ладно! Я всё равно больше коктейли люблю.
Сергей Владимирович хлопнул себя ладонью по лбу и прикрыл ею глаза.
– Расскажите лучше, кем хотите стать. Вы заканчиваете школу, верно? ― ленно спросил он у обиженной особы.
Лерочка сразу преобразилась из надутого ребенка в горделивую антилопу:
– Что вы? Я ушла из школы после девятого. Хотела сделать карьеру бьюти-блогера, но не пошло. Знаете, там всё куплено и поделено, девушке из Девяткино там нечего ловить. Мне, конечно пришлось работать офлайн ― жить на что-то ведь надо. Санитаркой, там, нянечкой почти полгода. Но что-то не то, понимаете? Чувствую, что я способна на большее. Думаю, на первое время моя миссия ― спасать людей. А в больнице, представляете, сказали, что мне без образования оклад ― три копейки. Ну как спасать людей, если у тебя оклад три копейки?
– М-да … Это серьезно, ― подтвердил Сергей Владимирович и потянулся за джойстиком.
– Да, точно … А как в неё играют? ― Лерочку привлекли красочные картинки, начавшие двигаться под веселый одноголосый мотивчик.
– Я давно не играл… Вот, смотри… -те… Кнопка «вперед», «назад», эта ― «прыжок» …
– Ага, поняла! ― прервала Лерочка и выдернула из его рук джойстик.
– Так и что теперь? ― спросил Сергей Владимирович, глядя, как Лерочка с легкостью, свойственной только детям, приноровилась к быстро меняющейся карте игры.
– Ну… Аттестат у меня не очень, поэтому надо сдать экзамены, отучиться и… ― черепаха сбила Лерочкино Марио с ног и прозвучал трагичный рингтон о проигрыше. Лерочка швырнула джойстик на журнальный столик. ― По правде сказать, Сергей, …
– … Владимирович.
Лерочка вопросительно на него посмотрела.
– Сергей Владимирович, говорю, ― обозначил рамки Сергей Владимирович.
– Хорошо, ― пока согласилась Лерочка с выпадом эйджизма со стороны почти доверенного лица. ― По правде сказать, Сергей Владимирович, мне бы больше хотелось стать светской львицей, чем сестрой милосердия. Уверяю, я бы помогала бы всем. Я была бы очень благотворительной. У меня это в душе ― помогать людям. Вот и мама ваша так говорит, мол, тебе Лерочка, биология не дается, зато ты такая добрая! Да! Можете у нее сами спросить. А вот была бы я светской львицей, как эти все. Снималась бы в кино, устраивала вечеринки. Благотворительные, конечно. Ездила бы на завтрак в Москва-Сити, а на ужин в Красную поляну…
– Интересно, как быстро это вам надоест, Лерочка?
– Надоест ― брошу! Какие проблемы? Лишь бы деньги были! Выйду замуж, в конце концов … Сейчас, знаете, в моде модели плюс сайз. Я уже посмотрела, в колледже есть свой клуб «Сестры на подиуме». Так что это не пустые мечты, как моя мама говорит ― это план! ― Лерочка многозначительно подняла указательный палец вверх.