Sonia Moro – Апокалипсис Адама Смита (страница 12)

– Я же сказала он не опасен для тебя! Старалась я сказать как можно тише, но все равно вышло слишком громко.

– Мне плевать! Я не останусь с ним! Он заражён! Придурка было не успокоить.

Анна что-то бубнила себе под нос на другом конце коридора.

– Пусть его бросит, он ведь заражён, он опасен для всех нас!

Баррикада была почти разрушена и через дверь мы услышали подступающие шаги. Ненужно было много думать, чтобы понять кто там.

Передо мной предстало два выбора: спрятаться в кабинете от куда нет выхода, или бежать прочь и снова столкнуться с заражёнными.

– Ты все равно с ними столкнёшься сказала я сама себе и громко крикнув

– Бежим! С силой открыв дверь понеслась прочь оттуда со всех ног.

Гонимая страхом бежала я стараясь не смотреть назад. Топот ног позади меня свидетельствовал о том, что я не одна. Перед лестницей не много постояв – крикнула остальным чтобы поднимались со мной.

На более высоком этаже можно было бы сделать новую баррикаду и переждать. Майкл с придурком не заставили себя долго ждать. Позади осталась Анна с «заражённым яблочком раздора» Дэнни.

Ждала я ее одна шаги впереди меня упорно поднимались на верх и уже спустя пору секунд хлопнули дверью этажом выше.

– Ну же скорее, подгоняла я Анну одними своими мыслями. Смерть приближалась ко мне все быстрее. Позади меня я услышала крики Анны и ее младенца, умоляющие о помощи. И выбирая жизнь с бесконечными мыслями – Могла ли я чем-то им помочь? Или вероятную погибель, не думая я кинулась за вторым вариантом. Он недостатка ума и переизбытка сердца.

Картина была ожидаемая – Анна боролась с какой-то заражённой женщиной.

– Стреляй! – Кричала она. – Стреляй!

И я стреляла, стреляла пальцем на спусковом крючке. Темно, по стенам и на полу я не заметила ни одного предмета, которым могла бы отбить заражённую. Ничего не оставалась как кинуться на нее и повалить на пол. Раз, два, три.

Она на полу, не лицо, а гримаса ярости, еще и скалится. Глаза страшные как будто высохшие, все серые с кровавыми подтеками, чёрная глотка.

Очень сильная, Анна поваливается, как и я на нее. Концом пистолета я бью ее и бью в левый висок.

Ничего ее не берет. – Анна позади меня выругивается, и я вижу новеньких зараженных. – Беги говорю я ей. И она, поднимаясь с меня, хватая с пола Дэнни покидает меня не обернувшись, оставляя одну.

Заражённая подо мной устав валяться на полу рывком отшвыривает меня к стене. Руками хватается за мою вырывающуюся ногу и с причмокиваниями в нее впивается, жадно высасывая кровь.

Я ору на весь коридор от боли, а в глазах сверкают тысячи иск мешающих мне разглядеть новеньких. Но зато я их чувствую, чувствую их безжалостные зубы, разрывающие мою кожу на пути к сладенькой крови. В какой-то момент мне показалось что они испили меня до дна и не насытившись пошли дальше. Еще одно сообщение пришло на мой телефон и пожалев, что я не посмотрела прошлое тёмная пелена накрыла меня и наконец я перестала чувствовать боль и умерла.

Эндрю

Та же толпа, ставшая только больше, те же несчастные, лежавшие на проезжей части, но уже с накрытыми лицами. Только высохшая кровь да побитые машины свидетельствовали о трагедии. На это было невозможно смотреть и я, повернув в противоположное направление от учебного центра Мэри решил проверить наш небольшой магазин с продуктами.

Денег у меня с собой было не много, да и много никогда не было, но на самое необходимое думаю хватит. Пройдя максимально бодрым шагом мимо закрытого кафе, аптеки, еще одного кафе, свернув за угол и обойдя деловой центр встал у мелкого магазинчика. Выдохнув с облегчением, зашёл внутрь – он был открыт.

Внутри, как и везде темно, но стенды с продуктами на не большой подсветке сверху. Махнув рукой охраннику в знак приветствия беру корзинку и иду мимо стеллажей с бытовой химией. Так мне определённо нужно к продуктам здраво размышляю я, но туалетную бумагу захватываю.

В молочном отделе мало что осталось, пришлось ограничиться коктейлем для Мэри со смешной коровой на упаковке. На ощупь накидал в корзину шесть банок с консервированным супом, пару тунцов и что-то похожее на каши, но возможно это был горох. Не прошёл мимо отдела с хлебом, белого и батонов уже не видать было, закинул чёрного. Как же хлеб без масла? Пошёл к маслу – получил кукиш и завернул в кондитерский отдел за нутеллой. Понабрав всякого разного по мелочи, встал в кассу. Тут света было больше на автоматах даже принимали оплату банковскими картами и как-то тепло на душе стало сразу подумал, – что скоро все наладится и нам дадут электричество и я уже завтра засну вместе с женой в нашей спальне у нас дома под лай несносного немца. Который обязательно наложил крендельков на нашей подъездной дорожке.

Руди

Сон мой грубо прервал Алекс, его округлые глаза пронизывающим укором смотрели на меня. С немым вопросом – почему я один и куда черт возьми убежал Ману.

– Ты дверь не закрыл. Буркнул я ему. И куда он денется? Ты как собачку меня водишь за собой здесь по всюду. Укором я ему ответил.

– Он исчез.

– Далеко не убежит. Сказал я, ободряюще и резко встав мою дырку снова пронзило. Так что левый глаз заслезился. И я решил напомнить Алексу о моем возвращении в больницу.

– Здесь тебе будет безопаснее. Туманно ответил он или прямым текстом – Нет у меня времени с тобой возиться, нет возможности отправить в больницу, и там нет места, и твою палату уже заняли.

На телефон Алекса снова пришло уведомление и снова его лицо изменилось на более мрачное.

– Со мной иди. – Сказал он, добавив с укором. – В этом кабинете только спишь. – Увидишь Ману дай мне знать.

Закончив отчитывать, он дал мне выйти из кабинета, из которого я и так не сбегал.

На всех проверочных пунктах мы проходили долгий контроль. Пока не добрались до секретного сектора, глубоко под землей. Куда мог подеваться Ману оставаясь не замеченным, я и предположить не мог. Еще и в министерстве обороны США.

Алекс то и дело поглядывал на телефон, иногда отправляя короткие сообщения в обмен на входящие. Лицо его становилось все хмурее и хмурее.

– Что-то случилось не вероятное? Спросил я тихо. – Да ответил он еще тише. – Что именно? Задал я второй вопрос. Его он оставил без ответа, пока мы на своих двоих не встали впритык у большой прозрачной двери. За которой я мог разглядеть большое скопление людей в чёрных костюмах. Суетящихся как рой мух в улье.

Двери открылись, впустив нас внутрь. Я увидел большой экран на всю стену, показывающий зараженных людей и стреляющую в них группу зачистки, в чёрных бронежилетах. Это место было похоже на торговый центр. Где разместили кучку людей, эвакуированных из Завета.

Дробь автоматных очередей брала зараженных расстреливая их, кровь выбрызгиваясь фонтанчиками оставаясь на броне солдат, которые, не теряя не минуты расчищали этаж за этажом. В поисках девушки Лары, такой ценной по словам сбежавшего учёного. Ну и в любом случае от них все равно следовало избавиться. Не оставлять же их мирно себе жить в торговом центре. В черте города, под аварийным заграждением.

Ребята все делали четко и быстро продвигаясь дальше к своей цели. Наступая подошвами ботинок на все еще трясущихся в конвульсиях зараженных.

«Им повезло что они не столкнулись с гадом, тогда бы они поверили тебе. В том что это не ты пожрал своих товарищей в лаборатории. Или ты?» Шепнуло мне что-то прямо в голову. Хорошо было бы сходить к психологу что ли когда все это закончится.

Этаж за этажом они пробирались все дальше и дальше в поисках выживших. Встречая на своём пути лишь зараженных. Раз, два и проход был свободен. Раз, два и можно двигать дальше, под дробь автоматных очередей.

Я уже и сбился со счету на каком этаже солдаты, пока одна заражённая не привлекла мое внимание. Она что-то держала в руках. Стояла у закрытой двери и скалилась. Ее сразу не расстреляли, не успел я подумать почему, как Алекс, ахнув сказал – что у нее в руках младенец. Один из группы зачистки вышел вперед и за ним следом ступал страховщик. Вместе они осторожно подошли к заражённой.

Не знаю договориться что ли хотели с ней, но она рефлекторно кинулась на первого и не успев зубами вцепиться в броню. Была откинута назад чёткой пулей в лоб.

Сразу так надо было – подумал я. Удивившись приобретённой чёрствости. Действительно нужно идти к психологу.

Страховщик подошёл глянуть на младенца. Не взял его на руки, но и стрелять не стал. Вернулся к своим, но и через маску я увидел досаду в его глазах.

– Младенец тоже заражён. – Грустно молвил Алекс. – Наверное его мать, его и заразила. – Еще грустнее добавил он.

Не торопясь делать выводы я промолчал. Да и дырка моя стала о себе напоминать. Боль снова становилась сильнее.

Двое солдат взявшись за тело заражённой матери отвели его к стене. Зомби-младенца, орущего на весь коридор, положили рядом. Это было жуткое зрелище.

Один из отряда приложив ухо к двери жестом руки указал, что за ней кто-то есть. Нерешительно он открыл дверь, а потом спокойно зашел внутрь. Еще несколько пошли за ним.

На появившейся картинке мы увидели молодого переруганного парня лет тридцати. Вид у него был тот еще. Как будто в штаны наложил.

Что-то он кричал и указывал вниз на лестницу. По губам я прочёл – он сам упал, он сам упал. И сел парень на корточки закрывая лицо руками.