Соман Чайнани – Школа Добра и Зла. Единственный истинный король (страница 5)

«Та девушка, Беттина. Что она сказала? – выдохнула Софи. – О том, что Райен сам устроил нападения… – Теперь боль перекинулась на зубы, и Софи крепче стиснула челюсти, пытаясь удержать мысль. – А ещё Агата… Беттина попросила меня передать привет Агате… И Райен упоминал это имя, когда мы записывали то обращение… Агата… Но она же вовсе не мятежница и не преступница! Она же моя подруга…»

Сёстры Мистраль дружно вскинули руки и задвигали ими так, словно поворачивали в воздухе невидимый винт…

Боль в голове сделалась невыносимой, и Софи согнулась, чувствуя, что теряет сознание.

Сёстры Мистраль подхватили её под руки и потащили вперёд.

– Вам необходимо отдохнуть, – сказала Альпа. – Думайте о свадьбе, моя дорогая, только о свадьбе. Как только вы выйдете замуж за короля, ваша работа будет сделана.

– И вы, наконец, сможете обрести после этого покой… Вечный, – добавила Омейда.

И сёстры понимающе переглянулись.

– Просто думайте о свадьбе, – повторила Альпа.

«Свадьба… – вяло подумала Софи. – А потом я смогу отдохнуть. Думай о свадьбе…»

Боль отступила, и наступило благословенное облегчение.

Да, да… свадьба всё решит и всё исправит.

3

✦ Тедрос ✦

Волшебные шары

Тедрос и Агата стояли между двумя могилами.

В лучах закатного солнца неярко поблескивало кольцо на руке принца – серебряное, с вырезанными на нём символами, точно такими же, как на поверхности Сториана.

– Это кольцо принадлежит Камелоту, – ошеломлённо сказала Агата. – И твой отец не позволил бы тебе взять его, если бы оно не было твоим по праву. А это значит, что ты его законный наследник, Тедрос. Ты. Именно таким он и растил тебя.

Тедрос моргнул, глядя на кольцо, переваривая всё сказанное, а затем, прищурившись, спросил Агату:

– Но кто же в таком случае сидит сейчас на троне?

– Могу сказать наверняка лишь то, что это не законный наследник короля Артура, – ответила одетая в помятое чёрное платье принцесса. – Нам нужно попасть в Камелот и доказать людям, что Змей их одурачил. И спасти нашу лучшую подругу, пока она не успела выйти замуж за этого самозванца.

– А по-моему, они два сапога пара, – пробормотал сквозь зубы Тедрос. – Вспомнить только, какую кашу она заварила, вернувшись к Райену.

– Она сделала это, чтобы помочь нам…

– Ну это ещё как знать.

– Я это точно знаю, – твёрдо заверила Агата. – Всё, возвращаемся в Камелот. Возвращать тебе трон и вызволять мою подругу.

Тедрос ещё раз взглянул на две могилы посреди маленькой рощицы. Над каждой могилой возвышался стеклянный крест. Одна могила, отцовская, была разрытой и пустой, вторая, та, что в тени, оставалась нетронутой – в ней вечным сном спал Чеддик. Пропотевшая насквозь рубашка прилипла к груди Тедроса, его бриджи были заляпаны выкопанной из отцовской могилы глиной. Уставшее от долгих странствий, израненное врагами тело Тедроса ломило от боли, но он не чувствовал её. Отец оказался на его стороне, и ничего важнее этого сейчас просто не могло быть. Как хорошо, что он прислушался к зову своего сердца и отправился на Авалон, поверив последней воле своего отца – «Откопай меня». Эта записка привела его сюда, к могиле короля Артура в тайном уголке владений Леди Озера. Тела в отцовской могиле не оказалось, вместо этого Тедрос смог увидеться с душой отца, волшебным образом сохранённой Мерлином. Это была их последняя встреча, и на прощание отец передал сыну кольцо, которое должно было спасти его. И Камелот тоже. Ведь пока кольцо будет у Тедроса, Змей не сможет стать Единственным истинным королём Бескрайних лесов. Ради того чтобы завладеть силой Сториана, Змей убил собственного брата, но даже это страшное преступление не могло ему помочь. Передав Тедросу своё кольцо, король Артур гарантировал, что Змей никогда не сможет занять место Сториана. Что Львиная грива никогда не подменит свободную волю волей Яфета. Что человек никогда не станет Пером. Отдавая своё кольцо, отец Тедроса дарил своему сыну последний шанс занять его трон.

Коронационный тест для короля. Настоящий.

Принц заметил, что Агата пристально всматривается в небо, перебирая чёрные локоны.

– Солнце скоро сядет, – озабоченно сказала она. – Как нам вовремя успеть в Камелот? Нужно, наверное, могрифицировать в птиц… или полететь с феей Динь-Динь и школьными фейри. Они все здесь, ждут нас возле озера вместе с твоей матерью…

– Всё равно до заката не успеем, – покачал головой Тедрос. – Туда полдня добираться нужно, даже если по воздуху.

– Может, Леди Озера знает способ…

– Леди, которая потеряла свою волшебную силу и едва не убила меня? Дважды причём. Нет, скажи спасибо, если она вообще нас из своей бухты выпустит. – Тедрос взмахнул рукой так, словно готов был направить в сторону Леди вспышку из своего светящегося пальца. – Нет, давай лучше найдём мою мать и попросим фейри отнести нас в Школу. Там и обдумаем план нападения.

– Я не оставлю Софи со Змеем! – вспыхнула Агата, и у неё на глазах блеснули слёзы. – Пойду одна против всех головорезов, но лучшую подругу в беде не брошу.

– Послушай, – терпеливо сказал Тедрос, беря в свои ладони руку Агаты. – Я знаю, как много значит для тебя Софи. Именно поэтому я готов ради неё идти хоть на край света, хотя мы с ней, честно говоря, скорее враги, чем друзья. Но пойми, нет у нас возможности вовремя успеть в Камелот. Нельзя одним прыжком перепрыгнуть сотню километров.

– Может, твоя мать знает какое-нибудь подходящее заклинание? – отдёрнула свою руку Агата. – Или Хорт, или Николь, например? Они же здесь, вместе с ней! Может, у них есть какой-то дар, который может оказаться полезен…

– У Хорта дар при каждой возможности с себя одежду скидывать. У Николь – постоянно напоминать всем, какая она умненькая. Моя мать? Весь её дар – это умение ловко уходить от всякой ответственности. А что насчёт твоих талантов? Между прочим, это ты спасла нас тогда от психованного верблюда.

– Просто подслушала его желания, но этот дар не поможет нам телепортироваться на такое расст… – Тут глаза Агаты сверкнули, и она громко воскликнула: – Желания! Скорее за мной, пока не стало слишком поздно!

И она стрелой метнулась прочь, исчезая в темноте рощицы.

Тедрос смотрел ей вслед, стоя между могилами отца и рыцаря. Затем погасил свой светящийся палец и бросился вдогонку, молясь о том, чтобы его измученным ногам хватило сил догнать Агату.

Вначале Тедрос ориентировался только на звуки – хрустнувшую под ногой Агаты ветку, далёкий перестук каблуков по сухой земле, – но чем дальше он пробирался среди дубов, тем лучше начинал вспоминать, куда ведёт эта дорога. Вскоре Тедрос увидел свою принцессу – стоя на коленях, она склонилась над прудом, берега которого скрывались в густых зарослях кустарника. Точно такой же он увидел её здесь и в самый первый раз.

Вообще-то, этот пруд показал Агате Хорт, когда все они укрывались от Рафала в доме Гиневры (матери Тедроса) и Ланселота. Тедрос в тот раз прятался за деревом, прислушиваясь к тому, как этот хорёк, Хорт, корит Агату за то, что она не послушалась своего сердца и отказалась от Тедроса вместо того, чтобы сражаться за него. Это откровение помогло Тедросу понять, как он нужен Агате и как нужна она ему самому, и случилось это как раз в тот момент, когда они оба сильнее всего сомневались в этом. Да-да, это всё случилось возле этого пруда, не так далеко от двух могил со стеклянными крестами. Именно здесь зародилась их с Агатой любовь, которая останется нерушимой, какие бы трудности ни готовила им судьба, какие бы козни ни строило зло.

Тедрос присел на корточки рядом с Агатой, под его сапогами чавкнула жидкая грязь. Затенённый по краям густыми деревьями, в середине пруд переливался янтарными отблесками заката. В зеркале воды Агата встретилась взглядом с голубыми глазами принца.

– Где они? – спросил он, вглядываясь в поверхность пруда.

Вода в пруду оставалась неподвижной, его обитатели исчезли.

– Но… – растерянно сказала Агата, и у неё задрожали губы.

– Ладно, – погладил её по голове Тедрос. – Давай вернёмся к нашим.

И в этот миг блики на воде сменили цвет, из золотистых сделались серебристыми, слились в ритмично пульсирующее сияние. Затем это сияние начало двигаться, разлетаясь в стороны узорами, напоминающими причудливый подводный фейерверк, приблизилось к принцу и принцессе, и стало видно, что это огромная, числом не меньше тысячи, стая рыбок – крохотных, стремительно разрезающих воду блестящими, похожими на зеркальца, хвостиками.

– Не ушли, никуда не делись, – сказал Тедрос, наблюдая за тем, как вьются перед принцессой рыбки желания. Было такое ощущение, что они очень хорошо знают её. – Твоя тайная маленькая стайка.

– Если я опущу в воду палец, они покажут моё самоё заветное желание, – с придыханием произнесла Агата. – А моё самое большое желание сейчас – это найти способ спасти Софи прежде, чем она выйдет замуж за Змея. И если такой способ существует, рыбки покажут его нам!

И Агата опустила палец в воду.

Рыбки желания моментально рассыпались в разные стороны, принялись менять цвет и сплетать с помощью хвостиков узоры. Со стороны это было похоже на то, как если бы какая-то невидимая рука собирала огромный пазл. Вначале Тедрос видел перед собой только беспорядочное мелькание крошечных хвостиков и плавников, рыбки суетились, постоянно перестраивались, словно спорили о том, какое из желаний Агаты им считать самым заветным. Но затем, договорившись между собой, рыбки принялись занимать определённые места, и в воде всё отчетливее начала появляться картина…