Соман Чайнани – Рассвет (страница 53)
Лающие, ужасные звуки.
Райен выглянул из окна и застыл.
Через озеро тянулся мост.
Мост, которого не было еще вчера.
Он протер глаза, еще не уверенный, что ему это не снится.
Но нет, вот он: каменный переход через озеро, соединяющий стеклянный замок Добра и черную крепость Зла…
Еще крики. Лихорадочные, безумные.
Кричал кто-то
Хамбург.
На краткий миг Директор школы вздохнул с облегчением. Фала мертв… Хамбург нашел его…
Но потом он разобрал слова.
Райен нырнул в озеро и с помощью заклинания быстро донес себя до дальнего берега, до декана Школы Зла, который поспешно сбежал с моста. Его глаза остекленели от шока, он схватил Директора школы за белую мантию и быстро, бессвязно заговорил…
– Крюк и Капитан Пиратов… они украли их… наших лучших никогдашников…
Хамбург тряхнул Райена за воротник.
– Вы что, не понимаете? Крюк пришел сюда, чтобы украсть наших лучших учеников! Они с Капитаном Пиратов запланировали это с самого начала! Разыграли вас, как дурачка!
У Райена перехватило дыхание. Он побагровел, изо рта вылетали лишь брызги слюны.
– Нет… нет…
Он оттолкнул Хамбурга, взбежал на мост и бросился к Школе Добра. Босые ноги шлепали по каменной мостовой, построенной с помощью чародейской магии,
На него уставились десятки глаз.
Всегдашники, в пижамах и халатах, сжались в углу коридора, словно перепуганные цапли.
– Кто? – выдохнул Райен. – Кого он забрал?
Руфиус показал на двери.
Три из них были широко открыты.
Имена на дверях – перечеркнуты.
К двери Кимы был прикреплен надорванный кусок пергамента.
Райен побледнел от ужаса.
Сам того не осознавая, он бросился бежать… подальше от учеников… вниз по лестнице… прочь из замка, в лес…
Когда он добежал до берега моря, пиратский корабль с развевающимся черным флагом уже исчез на горизонте, растворившись, словно мираж.
Райен рухнул на колени прямо на песок.
Школы разгромлены.
Ученики сбежали.
Добро проиграло.
Он заслуживал этого конца.
За злые мысли.
За злые деяния.
За то, что предал брата и равновесие.
Он зарыдал, закрыв лицо руками:
– Я добрый… я обещаю… я все исправлю… я снова буду добрым…
– О, если бы ты только мог исполнить свое обещание, – послышался голос.
Райен поднял голову.
– Рафал? – прошептал он.
Его брат сидел на большом камне, словно его только что призвали, как джинна, словно все это время следил за ним. Он сидел по-турецки и рисовал что-то на камне светящимся пальцем.
– Неважно, каков ты, – сказал Рафал. – Важно только то, что ты
Райен медленно встал и увидел, что брат рисует двух переплетенных лебедей, одного белого, одного черного. Из свежей раны возле локтя Рафала текла кровь.
Райен ахнул.
– Рафал, твоя рука! Почему она не заживает…
– Подходит в качестве герба нашей школы, как думаешь? – спросил Рафал, даже не повернувшись к нему. – Кто-то скажет, что белый лебедь – это добрый лебедь… прекрасный лебедь… потому что черный лебедь – явно злой. Но другие скажут, что это черный лебедь добрый и красивый, потому что он выделяется в стае белых лебедей. Добро и Зло – это то, что ты видишь, верно? Перо предупредило нас, послав нам этого мальчишку. Вот с чего все началось. Оно предупредило, что мы все поняли неправильно. Что с нами может случиться то же, что и с Аладдином.
Райен сглотнул.
– О чем ты?
Рафал продолжил рисовать.
– Одна провидица сказала мне, что моей любви никогда не будет достаточно. Я думал, что она хочет сказать, что я не могу достаточно сильно тебя любить. Что я не могу быть счастлив рядом с тобой. Что моя душа всегда будет предавать тебя. Но на самом деле она имела в виду совсем другое. Она на самом деле говорила о тебе. Моей любви никогда не будет достаточно… для
Райен подошел ближе.
– Я не понимаю.
Его брат ничего не сказал – лишь продолжил рисовать лебедей.
– Рафал, – прошептал Райен. – Они ушли.
– М-м-м?
– Наши ученики. И твои, и мои. Наши лучшие ученики ушли.
– Ясно.
Тень Райена накрыла его брата-близнеца.
– Что нам делать?
– Искать новых, конечно, – ответил Рафал.