Софья Соболевская – Бог встречает осенью… (страница 4)
Старец положил свою руку на руку Сергея:
– Ты приходи ко мне почаще и сыночка своего приводи. И не держи в себе боль свою. И страх свой. Дай им выплеснуться. Вот ты поговорил со мной, ведь легче стало?
Сергей посмотрел ему в глаза:
– Легче, батюшка, легче.
– Знаю. Иногда простое слово может спасти. И еще. Ищи заступничества у Богородицы. Она поможет. И поверь мне. Ты еще и не знаешь, что у тебя впереди, – отец Иоанн ласково улыбнулся.
– Вы думаете, будет это «впереди»?
– По вере вашей да будет вам. Укрепи Господь, – старец перекрестил Сергея.
Сергей помолчал. Отхлебнул чаю, потом произнес:
– Тихо здесь, очень тихо. И спокойно. Будто в детстве… А какая это икона?
Сергей рукой показан на изображение Богородицы, на которую он так долго смотрел.
– Тихвинская это. Тихвинская. Древняя. Чудотворная.
Шпили небоскреба Лахта-центра тонули в плотном молочном тумане. Перед панорамными окнами стояли молодые и не очень молодые мужчины и женщины, которые вглядывались в пелену за стеклами.
– Давно такого не было. Ничего не видно…
– Давай фоткай скорее, у тебя камера на айфоне тройная!
– Встань, давай селфи… Да зачем селфи, ничего не видно же…
Над стеклянными офисными дверями задорно мигала надпись «Информационное агентство “Ай Кью Консалтинг”». Сотрудники в костюмах и при галстуках деловито сновали между стеклянными перегородками.
Сергей вошел в переговорную, за длинным столом сидели шестеро мужчин в офисных костюмах, Сергей поздоровался, кратко извинился и попросил все вопросы решить с Анатолием Степановичем. Мужчины удивленно переглянулись. Из-за стола встал высокий человек. Он был элегантно одет и гладко выбрит. В его манерах чувствовались уверенность и довольство собой. Анатолий. Друг детства Сергея и его компаньон по бизнесу. Он обратился к Сергею, но тот уже скрылся за дверью. Анатолий Степанович вернулся за стол переговоров, открыл бумаги:
– Коллеги, у Сергея Юрьевича непредвиденные обстоятельства. Человеческий фактор, о котором мы с вами как раз сейчас и беседовали. Его отменить никак нельзя. Поэтому совещание буду проводить я.
Участники переговоров переглянулись, затем открыли папки с документами.
Сергей вошел в свой кабинет, сел в глубокое кожаное кресло, которое заботливо обняло его, приняло в свои недра, стало укачивать, убаюкивать, лелеять мягкостью прохладной кожи. Сергей откинул голову, глубоко вздохнул. Затренькала громкая связь селектора, голос секретарши промурлыкал:
– Сергей Юрьевич, через полчаса скайп-конференция с агентством по вопросу размещения растяжек, переговоры с заказчиками в четыре часа – у нас, а на семь – в ресторане «Воронеж» запланирован марафон нашего благотворительного фонда.
Сергей перебил:
– Ань, отменяй все, а благотворительным марафоном пусть вместо меня займется Анатолий. Остальное переноси на другие дни, когда удобно второй стороне. На шестнадцать я просил вызвать Боренбойма.
Анна удивилась:
– Сергей Юрьевич, но на благотворительном марафоне будет замминистра…
– Анна, я четко сказал, перенаправить все Анатолию, что непонятного? – Сергей сам удивился своему раздражению. Оно не было ему свойственно.
Он придвинулся к столу. Повертел в руках фотографии. Сергей с маленьким сыном и погибшей женой. Сергей в молодости. Сергей рядом с импозантным седовласым мужчиной.
Прикрыл глаза.
Из соседней комнаты доносился голос Анатолия:
– Итак, в ваших папках аналитические справки, которые наши сотрудники подготовили для подписания договора. На оказание информационных и рекламных услуг на технической платформе интернет-ресурса DataDot.
Анатолий встал, подошел к окну, повернулся к присутствующим. На его лице словно было написано, что он явно доволен собой как профессионал, который любит свое дело и хорошо умеет его делать. Совещание длилось час, секретарь Анна несколько раз приносила чай и кофе, забирала пустые бутылки из-под воды, ставила новые. Около половины четвертого Анатолий встал из-за стола:
– Коллеги, мы с вами сегодня плодотворно поработали. Думаю, что в начале недели мы будем готовы подписать контракт. И, как говорится, в добрый путь!
Анатолий пожал руку каждому из присутствующих, расстегнул пиджак, подошел к ресепшену.
– Ань, Сергей Юрьевич у себя?
– Да, Анатолий Степанович, у себя. Как вошел, так и не выходил. Просил, чтобы вы зашли к нему сразу после совещания.
Анатолий направился в кабинет Сергея.
– Серега, ты что? Мне Анна сказала, что ты отменяешь все мероприятия на сегодня, в чем дело? У нас контракт горит, все на ушах стоят, ты менеджеров дерешь каждый день, они ночуют в офисе, а ты сам все срываешь!
– Толя, сядь…
Анатолий не унимался:
– Я за этими клиентами полгода по миру бегал, в палатках зимой спал в их гребаных экспедициях, на Эверест поднимался, вспомнить страшно, в клетке к акулам спускался, чуть умом не тронулся, все для того, чтоб подписать годовой контракт с их туристическим порталом! – Анатолий явно был рассержен. – Серег, я вообще для кого все это делал? Ты что творишь?
Сергей поднялся из-за стола, подошел к окну, за окном, кроме молока тумана, ничего не было видно. Он повернулся к Анатолию:
– Успокойся, слышишь! Для меня это важно не меньше твоего, но есть сейчас кое-что важнее, послушай ты меня! Угомонись!
Анатолий не мог успокоиться:
– Что? Что может быть важнее? Что может быть важнее работы твоих сотрудников? Что? Ты жениться, что ль, надумал?
Сергей тяжело опустился в кресло:
– Не жениться, Толь, не жениться… Умирать.
Два часа спустя вокруг деревянного стола, похожего на космический корабль с восемью стульями-челноками, сидели Сергей, Анатолий и адвокат Сергея Исаак Боренбойм, представительный мужчина в идеально сидящем дорогом костюме и белоснежной рубашке. На его манжетах красовались запонки с крупными зелеными камнями. Ботинки Боренбойма были начищены до блеска.
Адвокат медленно обвел взглядом присутствующих и, растягивая слова, произнес:
– Итак, господа, подведем итог. Сергей Юрьевич в случае негативного исхода хирургической операции контрольный пакет акций передает генеральному директору агентства «Ай Кью Консалтинг» Анатолию Степановичу Заболоцкому. В свою очередь Анатолий Степанович Заболоцкий подписывает обязательство о содержании несовершеннолетнего сына Сергея Юрьевича до его совершеннолетия в установленном ежемесячном денежном эквиваленте, причем этот денежный эквивалент должен составлять 2 процента от ежемесячного дохода компании «Ай Кью Консалтинг».
Исаак Боренбойм прокашлялся, не торопясь, поправил галстук и продолжил:
– Далее. Анатолий Степанович Заболоцкий, который становится президентом компании «Ай Кью Консалтинг», обязуется нести все расходы опекуна несовершеннолетнего сына Антона Сергеевича. Также до совершеннолетия сына Антона Сергеевича именно опекун является распорядителем имущества Сергея Юрьевича, в том числе квартиры, площадью 340 квадратных метров, на набережной Мойки и загородного дома, площадью 250 квадратных метров, в поселке Репино. Остается самый главный вопрос. Кто будет являться опекуном несовершеннолетнего сына Антона Сергеевича? Сергей Юрьевич, что скажете?
Сергей произнес. Тоже медленно:
– Толян, прости, ты из списка вычеркиваешься. Не обижайся… На тебе и так будет вся компания с активами, да и потом… Ну ты не отец ни разу – где твои семеро по лавкам?
Анатолий обиженно вскинулся:
– Что значит где? Всех помню, всех содержу, со всеми встречаюсь!
Сергей вздохнул:
– Как часто? Раз в год на Новый год? А на день рождения водителя отправляешь с подарком?
– Да я работаю день и ночь! И вообще… – Анатолий отвернулся и уставился в окно. За окном не было ничего видно. Город тонул в непроглядном тумане.
Сергей продолжил:
– Вот и работай. Здесь от тебя гораздо больше пользы…
Анатолий встал так, что стул с грохотом упал и нарушил стройную конструкцию космического гарнитура.
Боренбойм поморщился от громкого звука и нетерпеливо произнес:
– Я полагаю, вы без меня можете выяснить подобные нюансы. Сергей Юрьевич, какие еще кандидатуры?
Сергей будто не увидел демарша Анатолия и обратился к Боренбойму:
– Няня Лизонька у Антошки есть. Моя троюродная тетка из Новосибирска. Она нянчится с ним последние четыре года.