Софья Ролдугина – Кофе для истинной леди (страница 4)

— Понимаю, — улыбнулась я. И вдруг, повинуясь порыву, попросила: — Абигейл, мне, право, неловко возвращаться к этой неприятной теме, но не могли бы вы показать мне письма? Я почти уверена, что это пустые угрозы, но хотелось бы убедиться самой. Возможно, у меня проснется фамильное чутье Эверсанов, как у леди Милдред?

Упоминание бабушкиного имени произвело должное впечатление. Леди Абигейл хоть и погрустнела опять, но все-таки пообещала мне вечером за чашкой чая показать письма.

В течение дня прибыл еще один гость — сэр Винсент Фаулер, баронет из Эннекса. Ему было около двадцати шести, но несмотря на разницу почти в десять лет, он считался приятелем Дагвортских Близнецов. Я не удивлялась тому, что они сошлись характерами. Острого на язык, жестокого к человеческим слабостям Фаулера не принимали во многих домах. Ходили слухи и о том, что были и дуэли с его участием, завершившиеся смертью противника. А недоброжелатели говорили, что он и услугами наемных убийц не гнушается.

Впрочем, доказательств этому не было.

Что же касается меня, то мое отношение к сэру Винсенту Фаулеру строилось на одной-единственной фразе, которую в сердцах бросила моя бабушка после очередного письма от баронета с просьбой заказать столик в «Старом гнезде»:

«Ноги его не будет в этом зале!»

А мнению леди Милдред я привыкла доверять. Потому и избегала сэра Фаулера, насколько это позволяли приличия. Но день и без того выдался насыщенный — мне пришлось обсудить кофейное меню для праздника с герцогиней, по-дружески поболтать с леди Вайтберри, отобедать в большой компании, включавшей в себя всех прибывших к настоящему времени гостей и некоторое число родственников самой Абигейл, постоянно живущих в Дэлингридже.

В итоге свободная минутка у меня выдалась только около четырех часов, чем я и воспользовалась без промедления.

— Эвани, — окликнула я мастерицу, как только Магда закрыла за мной дверь. — Мне нужна ваша помощь.

— Одну минуту, — быстро ответила она, закладывая дамский роман старым письмом. — Инструменты уже готовы, масло для волос — тоже. Сейчас поправим вашу прическу, леди Виржиния.

— Нет-нет, это не с прической связано, — возразила я, быстро расстегивая перчатки. День выдался утомительно жаркий. — Мне нужна ваша помощь в одном деликатном деле. Разумеется, это должно остаться между нами, Эвани.

— Я вся воплощенное внимание, леди, — тон ее был деловым, а взгляд — острым. Мне всегда нравился в мисс Тайлер взвешенный и рассудительный подход к любой проблеме. А уж в такие моменты я и вовсе восхищалась ею.

— Леди Абигейл получает письма с угрозами, — начала я с главного. — Это держится в тайне. Расследование зашло в тупик, по моим сведениям. Я считаю, что помочь мог бы мистер Норманн, однако леди Абигейл не хочет, чтобы в ее замки присутствовали посторонние, — я сделала паузу.

— Что ж, я ее понимаю, — мисс Тайлер задумчиво сощурилась. — Мистер Норманн — тот самый детектив Эллис, который поймал того сумасшедшего парикмахера? Не могу сказать, что я в восторге от его методов, леди Виржиния. Успех в том деле обеспечил ему случай. Впрочем, я доверяю вашему мнению и готова оказать любую посильную помощь. Что от меня потребуется?

— Я собираюсь писать Эллису… то есть мистеру Норманну письма и отправлять их телеграфом, — поразмыслив в течение дня, я пришла к выводу, что единственный быстрый и надежный способ связи — это телеграммы. — Однако сама я их отправить не могу, потому что рискую навлечь на себя сплетни. Детектив имеет вредную привычку называть меня «мисс Энн», а ваше имя, Эвани, также начинается на эту букву. Если вы будете относить мои письма на телеграф, никто ничего не заподозрит.

— А как же служащие с телеграфной станции? — резонно поинтересовалась Эвани. — Уж они-то по содержанию вполне поймут, что автор письма — вовсе не из прислуги.

— Я постараюсь составить письмо так, чтобы понять это было нельзя, — улыбнулась я. — А мистер Норманн сумеет сделать верные выводы, уж поверьте.

— Разумно, — согласилась мисс Тайлер. — Что ж, если вы планируете отправить телеграмму сегодня, вам следует поторопиться, леди Виржиния. Телеграф закрывается в шесть часов, а мне еще нужно будет добраться до него. Это на железнодорожной станции, верно?

— Совершенно верно. Я уже позаботилась о том, чтобы вам выделили лошадь из конюшни леди Абигейл, — я села за стол и оглянулась в поисках письменного прибора. Таковой обнаружился сразу, а вот бумагу пришлось доставать из моих вещей.

— И как же герцогиня согласилась на это?

— Очень просто, Эвани. Я сказала, что врач прописал вам конные прогулки, а перед этим похвалила вас, как редкого и ценного мастера, которым я очень дорожу — якобы никто больше не может справиться с моими волосами. Как могла отказать леди Абигейл в такой маленькой просьбе, если на кону стояла моя прическа?

Чернила были густоваты, перьевая ручка тоже не слишком привычно лежала в руке. Но спустя всего четверть часа — вот он, навык деловой переписки — я уже передавала Эвани следующий шедевр недоговоренностей в эпистолярном жанре:

ЧРЕЗВЫЧАЙНО СРОЧНО

Дэлингридж, … мая года 19…

Дорогой мистер Норманн,

Пользуясь Вашим любезным предложением дать мне разумный совет, если я окажусь в затруднительном положении, направляю Вам телеграмму. Дело в том, что моя добрая подруга А., о которой Вы, разумеется, наслышаны, с недавних пор получает письма, в коих ей обещают то, что обещал мне мистер Х. нынешней весной. Автора письма никак не найдут, а между тем он сулится исполнить свои обещания менее чем через месяц.

Увы, пригласить Вас к А. для консультаций я не могу. Однако надеюсь, что Вы изыщете возможность помочь бедняжке А. советом или делом. Я полагаю, что ситуация складывается весьма серьезная, и если Вы промедлите с ответом, то рано или поздно навестите дом А. по служебным обстоятельствам.

С глубоким уважением,

Мисс Тайлер без лишних приключений добралась до телеграфа и отправила посление Эллису. Вечер прошел сумбурно и тягостно — грозовые тучи обложили Дэлингридж, и к ночи у меня разыгралась нешуточная мигрень. Я отговорилась нездоровьем и к ужину спускаться не стала, попросив вместо этого Магду приготовить мне мятного чая по чжанскому рецепту.

За три часа до полуночи я и думать уже забыла об отправленном письме. Каково же было мое удивление, когда с железнодорожного вокзала в замок прибыл посыльный с «чрезвычайно срочной» телеграммой на мое имя, отмеченной значком Управления Спокойствия. Неужели Норманн воспользовался служебным положением для того, чтобы связаться со мною?

Послание было весьма лаконичным.

ЧРЕЗВЫЧАЙНО СРОЧНО

Бромли, … мая 19…

Драгоценная и загадочная мисс Э.!

Письмо получил, ничего не понял. Выезжаю на место. С Вас причитается чашка кофе и девяносто рейнов за эту телеграмму.

В полном недоумении,

Пока я в растерянности снова и снова перечитывала эту короткую телеграмму, мне вспоминалось, как, бывало, говаривал отец: «И хочется наглеца на дуэль вызвать, а подумаешь — и вроде бы выходит, что не за что».

— Что такое, леди Виржиния? У вас такое престранное выражение лица, — дипломатично поинтересовалась мисс Тайлер. Конная прогулка пришлась ей по душе, и настроение у Эвани было теперь отменное. — Дурные новости?

— Нет, скорее, хорошие, но уж больно неожиданные, — улыбнулась я и, сложив телеграмму, убрала ее в свою настольную книгу, в потайное отделение между двумя слоями толстой обложки. Еще не хватало, если чересчур любопытные слуги увидят нечто для них не предназначенное. — Однако время уже позднее, а чувствую я себя нынче неважно, поэтому обсуждения мы оставим на утро. А сейчас я собираюсь отходить ко сну. Магда, вода для купания уже готова?

— Да, да, да, леди Виржиния, — прощебетала она. — Уже давно. Розовое масло я подогрела. Как вы любите, да? Помочь-то вам надо али сами управитесь?

— Сама, не беспокойся, Магда. И вы, Эвани, ступайте в свою комнату. Я позову, если понадобится — дверь между спальнями не запирается.

Мисс Тайлер покачала головой:

— Странновато здесь все устроено, леди Виржиния, не находите? Помещения сообщаются между собой, причем дверь спрятана за картиной; стены по два метра толщиной; сам замок древний… Готова спорить, что здесь есть даже тайные ходы, да хотя бы и в этой комнате. Может, действительно побыть с вами?

— Не стоит, — решительно отказалась я. — Не в первый раз гощу у леди Абигейл, и до сих пор меня в комнате никто не тревожил. Вряд ли что-то случится и на этот раз…

Я ошиблась. Точнее, я совершенно забыла об уговоре с близнецами — и потому ошиблась.

Горячая вода разнеживала. Ванна в гостевых апартаментах стояла тяжелая, медная, сделанная «под старину» — ноги в ней не вытянешь. Сушеные розовые лепестки, распрямившиеся от влаги, плавали по поверхности. Рай, а не земная обитель…

Из сонного состояния меня вывел настойчивый стук в окно спальни. Звук этот прокатился дробно по нервам: гостевые покои располагались на высоте почти шести человеческих ростов. Он выдернул меня из блаженной дрёмы — я вскочила на ноги, расплескивая воду. Розовые лепестки налипли на мокрую кожу. На счет «раз» — растерлась полотенцем, на «два» — накинула сорочку, а затем пеньюар, укуталась сверху в шаль и только после этого вышла в основную комнату, держа в подрагивающей руке свечу.