Софья Морева – Не такая, как все! Путь домой (страница 43)

Вот жесть! Что он творит? Уж чего-чего, но этого я точно не ожидала. Ну зачем, зачем? Я не хочу терять друзей! Я закрыла глаза, а когда веки распахнулись, от моих привычных глаз не осталось и следа. На блондина смотрели горящие желанием уничтожить вертикальные очи дракона.

Что самое интересное, обычно в такой ситуации я чем-нибудь припечатываю наглеца, но это мой друг, и сейчас во мне все кипело, мое внутреннее «я» вопреки всему желало ответить взаимностью, и одновременно другое «я» — испепелить любого, кто посягнет на святое. Получается, что я боролась сама с собой, с двумя внутренними «я». И так как победило первое из них, это легкое прикосновение губ плавно перетекло в страстный поцелуй. Мы катались по песку, позабыв обо всем, и руки Мифа свободно гуляли по моему телу. Я стала подозревать, что эта линька чудесным образом влияет и на него через меня, потому что, зная его достаточно хорошо, я могла со стопроцентной уверенностью заявить, Миф никогда бы себе подобного не позволил. А в подобной ситуации просто терял контроль. Когда блондин, не переставая меня ласкать, усадил к себе на колени и стянул топ, я прогнулась и даже тихонько простонала от колкого ощущения его нежных рук, проскользивших по моей груди. Я, вроде бы, была в своем уме, но мне сносило крышу, и контроль все меньше и меньше давал о себе знать. Его ладони так нежно обхватывали и ласкали грудь, гладили волосы, спину, бедра. В голову пришла гениальная мысль: что мне стоит воспользоваться заклинанием холодности или безразличия?! Сказано — сделано, не зря же меня этому дед учил. Сразу отпустило, в голове прояснилось, стало легче дышать. Как оказалось, вовремя: Миф стал стягивать с меня трусики и вдруг застыл на полпути, зачем-то оглянулся по сторонам и надел обратно.

— Что я делаю?! — сам себя ругал Мефодий, схватившись за голову. — Прости… прости… — затараторил он, желая быстро удалиться.

— Ты не виноват, дело во мне… — торжествующе выдала я и решительно встала с его колен.

Бедный парень не понял, в чем дело: что он сделал, что с ним произошло?! Но ничего, рано или поздно он все узнает. Я надела обратно топ и ушла вдоль побережья, ничего не объясняя. Там, вдали от самолета, устроилась поудобнее на песчаном берегу под пальмой и решила связаться с дедом.

В мгновение ока я унеслась в себя и оказалась у фонтана, того самого, где впервые встретила Миллхорра. Теперь я появлялась здесь неизменно в легком мамином синем платье.

— Милания! — обнял меня дед. — У меня мало времени, чтобы тебе все объяснить, опоздал я, старый черт! — Его лицо было искажено тяжкими думами.

— О чем ты? — не понимала я ничего.

— Внученька, я не знаю как, но эти твари взломали мою защиту, или им повезло напасть на ментальный след. Один Бог знает, как они это сделали. Суть в том, что пришла пора нам расставаться, во всяком случае до того времени, пока я не разберусь, как этот прорыв в ментальный контакт ликвидировать. А пока тебе не стоит связываться со мной, потому что они перехватывают канал. А это для тебя очень опасно, ты же как ребенок в нашем мире, ничего не знаешь.

Деда очень волновался, а привычное хладнокровное и спокойное выражение лица даже не мелькало. Он мне напомнил моего отца, который тоже очень переживает за меня, особенно, когда отпускал на учебу.

— Ого!!! Это что же получается, мне не показалось, что они тебя держат прикованным в каком-то кресле? А кто тот тип, что меня за руку вывел из водопада?

— Не знаю. Опиши мне его, — попросил Миллхорр.

— Молодой высокий кареглазый брюнет с длинными волосами, в светлом костюме.

— Кто??? — возмутился он. — Ты чувствовала какой-нибудь запах от него?

— Да что-то не припомню… — Я пыталась вспомнить тот неприятный сюжет.

— Цветы. Драконы всегда пахнут травами и цветами, — подсказывал дед.

— Цветы? Ну тогда розы. Только розы — они же в саду повсюду! А если и был какой другой запах, так я не знаю, с какими цветами его сравнить, — развела я руками.

— Действительно, ты многих наших цветов и трав не знаешь. Но по твоему описанию он похож на одного дракона из пределов Гласиа. Неужели именно его предки были предателями… — Дед задумался.

— Что это за край?

— Как же много мне нужно тебе рассказать и показать, а времени нет. Пойдем. — Он взял меня за руку, и перед нами появилась расширяющаяся дыра, а в ней виднелся город, далекий и красивый.

Мы шагнули в нее, когда она достигла земли. И оказались на высоком холме, с которого было видно вокруг множество городов.

— Смотри, это Гласиа Дол — Ледяной предел нашей Долины. — Он указал рукой в сторону снежный горных вершин и земель, покрытых вечным снегом. — Вот там, предположительно, должен жить этот ледяной парень. Там место обитания ледяных драконов и эльфов. Эррол — высший город этого Дола.

Ага, вот и подтверждение тому, что Эллиан врет!

— Деда, а могут ледяные драконы обладать стихией огня?

— Нет, никогда такого не было и не будет, если, конечно, он не стихийник. А стихийники, как ты уже знаешь, — явление редкостное. Ледяные — это земля или воздух. Огненные — огонь или воздух. Вон там их владения, вне наших земель. — Мы повернулись в противоположную сторону и увидели за толщами лесных массивов, где-то вдалеке, крупное государство огненных драконов.

— Кстати, вне наших земель есть и Ледяная Империя. Она расположена прямо за Огненными Песками. — Деда немного передернуло, когда он говорил о них.

— А там что? — я обратила свой взор на северо-запад.

— Это земли гномов и… Мирри. — На последнем слове его голос изменился, весьма круто изменился до неузнаваемости. — Это по праву дивные, необычные твари, непохожие ни на одну расу на этой планете, и никто не помнит, откуда они здесь взялись. Они практически совершенны, не считая драконов, но у них есть особенности, не свойственные драконам, — говорил сладкий, спокойный голос.

Я повернулась в сторону деда и обомлела!

— Да что же это такое?! — всплеснула я руками.

Там, где только что стоял Миллхорр, был кареглазый брюнет. И теперь, вдали от розовых садов, я чувствовала его запах, это был слабозаметный цитрусовый аромат, кажется, апельсина и вербены одновременно.

— Вам неприятно мое общество? — Он изобразил полупоклон, касаясь развевающегося подола моего платья.

— Кто вам позволял вот так бестактно врываться в мой разговор? — надменно заявила я, прострелив его взглядом.

Мы стояли на возвышенности. Парень был одет в легкий светлый костюм, который оттенял его длинные темные волосы, развевающиеся на ветру.

«Как он проникает в наш ментальный…»

— Что же вы замолчали? — перебил он мои мысли.

Этот приятный до тошноты голос меня уже бесит. Я смотрела вдаль, стараясь не замечать его, но попробуй не заметить, когда чувствуешь прикосновение его руки к своему обнаженному плечу.

— Вы прекрасны… — прошептал он на ухо.

Невиданная наглость! Одарив его злобным взглядом, я разорвала контакт.

Открываю глаза — у нас уже наступила ночь. Как же быстро пролетело время! Порывистый ветер успел припорошить меня песком. Ярко светила луна. Я встала, отряхнулась и отправилась домой. Постепенно ветер стих, и тишину острова нарушали временами ухающие и отрывисто пищащие ночные птицы, то и дело мелькающие над головой. Вдруг полнеба озарила зеленая вспышка! Потом еще и еще раз. Что это, зарница? Непохоже. И не молния. Я помчалась навстречу этим непонятным природным явлениям. Продираясь сквозь густые заросли и перепрыгивая через везде ползущие лианы, я не заметила, как добралась до озера с водопадом, того самого, просто с другой стороны острова. За водопадом разворачивались какие-то действа. Я подобралась поближе, практически вплотную к искрящимся струям и чуть не упала от ослепившей меня очередной зеленой вспышки. Да, эта иллюминация неспроста. Мне пришлось встать на четвереньки, чтобы быть максимально незаметной и при этом заглянуть за водный занавес. Картина была весьма интересна. За водопадом, кроме моего недавнего знакомого узника, находилось еще двое мужчин в черном. Они пришли явно не для того, чтобы справиться о здоровье моего знакомого. Потому как он, весь исцарапанный, измученный, периодически вздрагивал от непонятных красных и синих шаров, слетающих в него с ладоней этих людей. Они что-то ему говорили, но уловить их речь я не могла из-за шума воды. Доносились лишь отрывки фраз, особенно громко произнесенные.

— Да ты щенок!!! — орал один.

— … как мог противиться… знаешь, кто он!!! — продолжал с паузами другой.

— Что молчишь? — орал один и ударил зеленым шаром, который растекся по телу рыжего, стиснувшего зубы.

Округу окатило зеленое свечение, мою руку обожгло, словно крапивой, от попавшего на нее зеленого лучика и появились глубокие кровоточащие царапины. Ни х…… себе!!! Я взглянула на рыжего, который сплошь покрылся кровяными потеками. Так вот откуда эти царапины на нем. Мужчины что-то обсудили меж собой, и у одного из них в руках появилась книга. Они что-то орали, требуя приложить ладонь к открытой странице. Рыжий наотрез отказывался. Его вновь приласкали зеленым шариком. Парень был на грани потери сознания, но не соглашался. Один из мучителей что-то буркнул, схватил Эллиана за запястье левой руки и тут же с криком отпустил из-за вспыхнувшего красного огонька на месте прикосновения.