Софья Морева – Не такая, как все! Путь домой (страница 39)

— Позволь тебе помочь, — отозвался дед и принялся пояснять, какие одежды для каких случаев предназначены и, что немаловажно, какие аксессуары к ней о чем говорят.

Никогда бы не подумала, что всякие там разноцветные ленточки, различной величины бубенчики и даже сережки с каким бы то ни было изображением могут многое сказать о его владельце. На Земле как-то не принято носить безделушки со смыслом, и чаще всего встречается смешение разных стилей в одежде, так что не понять о его хозяине ничего. Мое внимание привлекло одно синее легкое платье, просто невесомое, легче нашего шифона и приятнее на ощупь. Я не удержалась и, с позволения деда, стянула с себя свои короткие джинсовые штаны и жилетку, чтобы его примерить. Оно сидело на мне как родное, открытые плечи, глубокое декольте подчеркивало высокую грудь, а элегантный вырез на спине придавал пикантности. Легкие, развевающиеся от малейшего дуновения ветра полы с запахом и длиною в пол создавали ощущение легкости. Я ощущала себя феей, как в детстве на новогоднем утреннике, когда надеваешь пышное платье, красивые туфли и крылышки за спиной.

— Ты прекрасна! — воскликнул дед, глядя на мое отражение в огромном до потолка зеркале, когда я вышла из гардероба в комнату. — Это платье очень любил твой отец.

Миллхорр подошел ко мне и положил руки на плечи.

— Идем, я тебе покажу еще кое-что. — Он взял меня за руку и повел к левой стене.

Аккуратно сдвинул один из многочисленных ковров и приложил к сапфиру в стене мою ладонь. И тут же стена подалась назад, открывая пред нами потайной коридор.

— Есть, работает! — воскликнул дед.

Теперь у него не было ни малейших сомнений, что это именно его внучка.

— Ух, ты! А куда он ведет? — Мои глаза загорелись любопытством.

— Сейчас узнаешь. — Мы ступили в прохладный узкий коридор, по правой стене которого мерцали зеленые маячки, тускло освещая путь.

Когда коридор закончился, Миллхорр приложил мою ладонь к последнему из светлячков, коим оказался изумруд. И мы отошли на несколько шагов назад, уступая место открывающейся внутрь стене. Пройдя в образовавшийся проем, мы попали в тронный зал, где официально принимают гостей, устраивают балы и проходят прочие «прелести» государственной жизни. Зал этот был убран на славу и зависть соседям. Роскошь и богатство сочетались с уютом и практичностью. Он был оборудован всем необходимым и для светского приема, и для отражения внезапного нападения, и для быстрого отступления. И трон был самым главным ключом в этом, именно с него можно было всем этим управлять, нажимая на разные комбинации самоцветов, которыми он был усеян.

— Как же получилось так, что вы не смогли уйти? — внимательно рассматривая все это, поинтересовалась я.

— Я тебе уже говорил, много предателей оказалось, — сухо ответил он.

— Точно, что-то я запамятовала. Это что ж, по потайному коридору, что мы сейчас прошли, может любой, кто знает о нем, прийти прямо в спальню?! — возмутилась я.

— Нет, в том-то и дело, что только кровный родственник может открыть этот ход, как и все другие, подобные ему. Сапфиры и изумруды, служащие входом и выходом, настроены только на определенный род, то есть нашу семью, — объяснил дед.

— Как же тогда… — Я не успела договорить.

— Это мне и не дает покоя, я все время об этом думаю: как враги смогли проникнуть. Конечно, вариантов много: это мог быть предатель из семьи, и пойти он мог сознательно, так как внушению мы неподвластны, это мог быть враг, притащивший кого-нибудь из членов семьи без чувств и с помощью его руки открывший вход, или еще что-нибудь невообразимое, но какой из вариантов верный, неизвестно.

За троном висела огромная картина. На ней были изображены драконы, а у их ног люди. Среди них я узнала Миллхорра.

— Это…? — Я показала пальцем на дракона, у ног которого стоял светловолосый мужчина на картине.

— Да, это я, — спокойно ответил дед, подходя ко мне. — А это твоя бабушка, прабабушка с прадедом и вот твои родители.

С картины на меня глядели гордые светлые драконы, у них были рога и массивные шипы по хребту. Но вот грива была только лишь у одного, у отца.

— А почему у него грива? — не удержалась я от вопроса.

— Так твой отец не водный, а чистокровный ледяной дракон, а мать чистокровная водная. Кстати, две стихии, воздух и землю, ты унаследовала от отца.

— Какие они красивые. — Я восхищалась красотой родителей.

— Не спорю, но водные девушки не просто красивые, они ослепляют, они притягивают мужчин, как магнитом. В нашем мире их считали идеалом, воплощением божественной красоты.

— Вот как?! А не из зависти ли вас и уничтожили? Мало того, что у вас земли великолепные, плодородные, вмещающие все климатические условия, так еще и женщины ваши лучше всех?! — предположила я. — Может, вас как раз не мужчины уничтожить решили?

Дед призадумался, что-то перебирая в своей памяти. — Возможно, ты и права. Но не будем сейчас об этом.

Он повел меня к левой стене тронного зала. Мы остановились у сапфира на стене.

— Здесь то же действие? — взглянула я на деда, и он согласно кивнул.

На этот раз я сама коснулась ладонью холодной поверхности камня, и стена тут же ушла вглубь. Мы пошли по новому коридору, в котором также светились тусклые изумрудные маячки.

— Сколько здесь таких ходов?

— Много, детка, некоторые уже давно не использовались. Их около двух десятков, уже и сам позабыл. Но этот мой самый любимый.

Мы вышли в большой водопад с фонтаном в одном из парков дворца. Передо мной стена падающей воды, не задевающей меня. Я оглянулась, деда рядом не было.

— Деда! Ты где? — неуверенно позвала я.

Вместо ответа сквозь водопад появилась рука, я ее неохотно взяла и вышла из водопада, даже не намочившись. Чудеса! Но вид, который мне открылся в ту же минуту, меня не обрадовал. Я стояла за руку с каким-то неизвестным мне молодым брюнетом, высоким, подтянутым, с яркими, сверкающими карими глазами и волосами, заплетенными в замысловатый колосок до пояса, на кончике которого были бубенчики. Одет он был в легкий костюм с вышивкой. Оружия, во всяком случае, видимого, при нем не наблюдалось. Кроме него здесь были еще двое молодых мужчин и один седой старик.

— Она прекрасна! — озвучил он мысли вслух, обращаясь к компании. — Добро пожаловать в наш мир! — слащаво сказал он мне и согнулся в полупоклоне, приложив руку к сердцу.

Вот тебе раз! Что-то мне не нравится этот жест. Я сразу же вырвала руку из его объятий, когда заметила в саду, за фонтаном, Миллхорра в непонятном кресле на колесиках, с закрытыми глазами и подключенными к нему странными трубочками. А на запястьях, талии и ступнях его были широкие удерживающие ремни. Явно не для красоты. Вот и два!

— Это что? — строго спросила я молодого человека, указывая на мужчину в кресле.

Брюнет изумился, потому как меня не понял. Тут я сообразила, поздновато, что русский-то ему откуда знать!

— Что это? — переспросила я на общем для этого мира.

— А, это больной мужчина, за которым мы наблюдаем, — спокойным тоном объяснил он.

Я не понимала, где я. В реальности — точно нет, там должен быть остров и Миф. В ментальном контакте с дедом, но почему он тогда не со мной, а в кресле, и откуда взялся этот самонадеянный тип? Может, я заблудилась в собственном сознании и меня вытащили в тот мир? А может, я сплю? Лучше уж последнее. Меж тем парень пожелал меня вновь взять за руку, но я отстранилась от него.

— Не стоит меня бояться, я не причиню зла, — уверял он.

— Кто знает, — хмыкнула я, глядя на деда. — Я вас вижу впервые.

«О Боги, она чудна! Даже лучше, чем я предполагал. И она моя!» — прочитала я неожиданно мысли брюнета. И вместе с тем почувствовала его частое сердцебиение. «Боги, этот запах сводит с ума…» — продолжился поток мыслей, когда он подошел ко мне.

— Попрошу соблюдать дистанцию, — потребовала я. — И потрудитесь объяснить, что здесь происходит и где я нахожусь.

«О, истинная государыня!» — Опять его мысли! Странно: что же он их не закрывает от окружающих или это тоже часть его плана?

— Вы имеете честь находиться во владениях Виррона Колд Айсилара, — сказал он на языке ледяных и опять изобразил полупоклон. — А это место именуется Дивной Долиной.

Вот так встреча! Это что ж получается, вот он, захватчик собственной персоной или посаженный править. Как ни крути — враг. И чего это он заговорил на другом языке, решил проверить мои знания? Надо разорвать контакт, разорвать… разорвать… Я сильно зажмурилась и провалилась в холодную пропасть.

*****

Холод пробежался по всему телу. Мое плечо почувствовало мокрое и холодное прикосновение. Открываю глаза и вижу обрадовавшегося Мифа с мокрой тряпкой в руках.

— Как хорошо, что ты быстро очнулась, — радостно встретил мое возвращение в себя Миф.

— Как долго я не в себе? — У меня кружилась голова.

— Со вчерашнего вечера, а теперь уже где-то за полдень. Есть хочешь? — Он встал и пошел за фруктами и грибами.

— Конечно! Еще как хочу! — не скрывала я. — И хочу мясо…

— Я как знал, — подал он мне связку бананов и маленькое пластиковое ведерко грибов. — Не стал выкидывать тушу тигра, а замочил в морской воде.

— Молодец! — Я на Мифа уже не злилась, не до этого пустяка сейчас, тут поинтереснее дельце маячит, а именно — выяснить, что это такое со мной было.