Софья Дашкевич – Феечка для драконьего короля (страница 45)

— Спрошу у кого-нибудь… Мне главное найти болота с этими красными ягодами. Ведьма где-то там.

— Где-то! — передразнил пегас. — Ладно, найдешь ты ее. А дальше что?! Драться ты не умеешь, убить никого не сможешь, танцы твои… Ну, хорошо, получишь очередное послание Терпсихоры. Только оценить его будет уже некому!

Вся моя отчаянная решимость таяла на глазах. Неужели мой дар настолько бесполезный? Это древние музы танца умели управлять всем живым, а я — так, бабочка почтовая. Ради чего Терпсихора выбрала меня?

Я обвела взглядом храмовые сады и заметила, наконец, нужную статую. Терпсихору перенесли в дальний угол, когда ее талант пропал. К ней уже не шли толпы с подношениями и цветами, да и за скульптурой явно ухаживали меньше. Скорее всего, муза просто позавидовала остальным и придумала вот такой странный способ выпендриться, напомнить о себе. Что ж, она своего добилась. Молитв захотела? Есть у меня для нее парочка в загашнике.

Подлетев к потемневшей от времени статуе, я повисла в воздухе перед ее лицом. Отрешенное такое, безмятежное, возвышенное… А то! Ей, поди, переживать не о чем!

— Ты довольна?! — дерзко обратилась к мрамору. — Этого хотела?! Вот, пожалуйста, я танцевала! У жрицы твоей училась! Все писают кипятком от твоих знаков. Этого ты добивалась?

— Тамиэль, ты что! — зашипел Нарт. — Нельзя так с музами!

— Юная фея! — переполошились две жрицы, который мели дорожки, и прямо так, с вениками, кинулись к нам. — Отлетите немедленно, это святотатство!..

Но меня было уже не остановить: претензий к Терпсихоре накопилось по горло.

— Тебе ведь плевать на нас, верно?! — Пнула статую со всей мочи. — Ну? И что ты сделаешь?

— Тами, не нарывайся! — выдохнул Понс, воровато оглядываясь на жриц. — Нас вениками поколотят! Это больнее, чем кажется!

— Ты эгоистка! — Снова ударила каменное изваяние. — Загадки, головоломки… Самая умная, да?

— Тами!!! — взмолился пегас. — А если она нас молнией…

— Она?! — нервно хохотнула я. — Да, может, ее вообще не существует! Может, это шутка природы!

Еще один пинок пришелся статуе по плечу. Треск — и изящная мраморная рука упала в траву.

— А вот это было обидно! — раздался из ниоткуда поставленный женский голос.

Я вздрогнула и отлетела, будто меня и правда шарахнуло молнией. Понс молчал, бешено вращая глазами, Нарт испуганно съежился, жрицы дрожали, озираясь по сторонам. То есть эту фразу произнесли не они, а поскольку больше вокруг никого не было…

Чудовищная догадка заставила меня медленно повернуться к статуе. Мраморное лицо ожило, глаза горели золотистым огнем.

— Шутка, говоришь? — губы скульптуры шевельнулись, и по всей поверхности побежала паутинка мелких трещин. — Ну что, смешно?!

И в этот момент мраморная скорлупа осыпалась тысячей осколков, — изваяние словно взорвалось. Вспышка света была такой яркой, что я чуть не ослепла. По крайней мере, сначала не видела вообще ничего, кроме всепоглощающей белизны, а когда зрение частично вернулось, передо мной возникла высокая женщина. Ее одежды из тончайшей мерцающей ткани, перехваченной древними украшениями, струились по прекрасному телу. Само совершенство! А какие шелковистые каштановые кудри…

К своему стыду, я чуточку обрадовалась, что Лейгарда не было рядом. Увидь он хоть раз Терпсихору, точно никогда бы не смог меня полюбить!

— Глупая, он уже тебя любит, — усмехнулась муза. — Не каждый дракон способен на такое великое чувство!

— Как?.. В смысле… — обомлела я. — Вы что, прочитали мои…

— Я вижу тебя насквозь, Тамиэль, — последовал снисходительный ответ. — И хотя танцы у тебя пока так себе, ты на правильном пути. Тебе нужна только вера и… — Она замялась, покосившись на обломки мрамора в траве. — И немного благодарности, знаешь ли.

Жрицы, судя по всему, только этого и ждали. Если раньше они благоговейно молчали, распластавшись в земном поклоне, то после слов музы их как прорвало.

— О, пресвятая Терпсихора, снизошедшая к нам с небес и осенившая своею милостью и красотой! — заголосили они нестройным дуэтом. — Да пребудет с тобою…

— Помолчите! — Терпсихора поморщилась. — И так уже уши болят от ваших молитв! Ради вас я, что ли, снизошла? Тамиэль, я понимаю, почему ты злишься. Но я выбрала тебя ради спасения драконов, ты нужна им. И ты, и все остальные феи. Фламиандр уверен, что его подопечные справятся сами, но я видела: вы должны объединиться. Сейчас — или никогда!

— Флами… Кто? — растерялась я.

— Фламиандр, — повторила муза. — Драконы называют его огненным владыкой. И мы… В общем, с недавних пор он мой супруг. После свадьбы мне пришлось оставить вас ненадолго. Считай это медовым месяцем.

— Но вас же не было долгие столетия!

— Любовь затягивает, милая, очень скоро ты сама это узнаешь. Ну, и время у нас течет иначе.

— Простите, а как нам все-таки спасти папу и дядю Лея? — робко спросил Нарт, вынырнув из-за крыла Понса.

— Нет, малыш, ты в этом не участвуешь, — Терпсихора качнула головой и улыбнулась лазурному. — А вот тебе, Понсевальд Великолепный, суждено стать героем.

Пегас икнул и зачем-то оглянулся назад, словно там мог стоять какой-то другой Понсевальд. Когда же до белого дошло, что Терпсихора говорит именно с ним, перепуганный скакун прижал уши и попятился.

— Я бы с радостью, ваше музье святейшество, — забормотал он нервно, — но дело такое, я в драках с орками вряд ли так уж пригожусь. И ведьмины болота… Знаете, там кожееды могут быть, болезнетворные организмы всякие…

— Дар речи может и пропасть, пегас, — сурово пресекла его муза, — если ты не приведешь свою хозяйку к цели.

Тут она склонилась к Понсу и коснулась его лба ладонью. Сияние стало ярче, белый свет вновь окутал Терпсихору.

— Подождите! — спохватилась я. — Что конкретно я должна сделать? И как управлять магией?! Можно передать дар еще кому-то, и не выходить замуж за фея? И если Понс заблудится, то где мне найти Лейгарда? Как починить его амулет?..

— Верь сердцу, Тамиэль. Выполни миссию, и все вернется на круги своя. Ты не еди…

И все. Голос Терпсихоры смолк, облако света сжалось до крошечного зернышка и исчезло. Мраморная статуя, целехонькая и чистая, красовалась на пьедестале, будто ничего не произошло.

Но ведь я не сошла с ума?! Мне не привиделось, потому что солнце напекло затылок? Она действительно явилась во плоти здесь и сейчас?

— Что ты стоишь, Тами? — мрачно окликнул меня Понс. — Садись, пора лететь.

— Куда? — Нарт подскочил к нему. — Она тебе что-то сказала?

— Хуже, — уныло вздохнул пегас. — Она показала, где искать вашего расчудесного дядю Лея. И боюсь, теперь мне точно придется стать героем.

Глава 25

— Если я все-таки умру, то не оставляй меня здесь, — нарушил затянувшееся молчание Понс.

Белого будто подменили: за всю дорогу он не произнес ни слова, просто уверенно летел в неизвестном мне направлении, а полчаса назад приземлился возле ржавых городских ворот с покосившейся табличкой «Крейвик».

Впрочем, в город мы даже не заглянули. Понс обогнул стену, свернул на лесную тропу и шел, набычившись и не реагируя на все мои попытки завести разговор.

Сосновый бор с широкими просветами и холмиками, поросшими черникой, сменился лиственной рощей. На тропе то и дело попадались поваленные деревья, земля стала рыхлой и влажной, ноги утопали во мху. Пахло перепревшей листвой и грибами. Я чувствовала: мы приближаемся к тем самым болотам. Вот только храбрости становилось с каждым шагом все меньше, а мандраж усиливался.

— Не волнуйся, Терпсихора сказала, что ты герой, — утешила пегаса. — Мы справимся, все будет хорошо…

Белый резко остановился и смерил меня скептическим взглядом. Выражение его морды так и говорило: «Сама-то в это веришь?» И, если честно, я верила, но слабовато.

Местечко для укрытия мамочка Шу выбрала поистине жуткое. Мертвые деревья с черными, похожими на длинные руки, ветвями навевали страх. А тут еще начали сгущаться сумерки… Без Понса я бы точно заблудилась!

Комары одолевали со всех сторон, где-то наверху, в кронах, с карканьем кружило воронье. Возможно, ведьма уже готовилась к приходу гостей и подсылала к нам своих фамильяров.

Я постаралась отвлечься и принялась внимательно изучать местную растительность. Всматривалась изо всех сил в надежде поскорее отыскать заветные красные ягодки. Как там выразилась Терпсихора? Верь своему сердцу? Так вот: и я, и мое сердце очень хотели верить, что кровяника найдется.

Однако вместо ягод я заметила нечто другое. По голени Понса полз маленький продолговатый жук. Учитывая ярую нелюбовь белого к кожеедам, я почти не сомневалась: это один из них. Украдкой смахнула насекомое, сделав вид, что решила погладить пегаса, и тут же увидела еще двух. Эти гады действительно обитали под Крейвиком, да еще и в диких количествах.

Они жадно заползали на копыта Понса, взбирались по нему, как по скале.

— Что там? — обернулся белый. — Пойдем, пока не стемне…

И он-таки обнаружил на себе жука.

Секундное затишье — и визг, способный выбить сотню стекол и разбудить целое кладбище. Думаю, если бы кожееды отрастили себе уши, то разбежались бы в страхе, но, к сожалению, бежать пришлось мне. Кто-то же должен был догнать Понса, пока он не увел нас в непролазную чащу!

— Стой! — кричала, отбиваясь от веток и палок. — Я их уберу! Может, это вообще тараканы?!