реклама
Бургер менюБургер меню

Софокл – Драмы (страница 115)

18
Меж нами ляжет и ладьей его. Скорее, в путь! Поспешностью уместной Окупим сон и отдых беззаботный По минованье страхов и трудов. Теперь нельзя. Пусть раньше стихнет ветер, 640 Что с моря дует; двинемся тогда. Все ветры благи, чтоб от зла бежать! Да, да; но ведь и их задержит он. Нет для разбойника противных ветров,, Когда добычу пред собой он чует. Ну, что ж, пойдем. Возьми же из пещеры, В чем нужду чаешь — что душа велит. Добра не много — а придется взять. А у меня в запасе не найдется? Там зелье есть, которым боль свою 650 Я укрощаю, — помогает верно. Возьми его. Другой нужды не будет? Посмотрим, не найдем ли стрел забытых, — Оставить не хочу их никому. В твоих руках тот самый славный лук? Тот самый; я другого не имею. Дозволишь ли взглянуть мне на него, Рукой коснуться и почтить, как бога? Тебе, дитя? Конечно! Все мое Считай своим, чего б ни пожелал ты. 660 Мое желанье — вот оно: желаю, Коль бог согласен; если ж нет, оставь. Благочестива речь, и бог согласен. Ведь ты один свет дня мне даровал. Твоею милостью родную Эту Увижу я, и старика отца, И всех друзей; поверженный врагами, Я чрез тебя возвысился средь них. Да, сын мой, лука ты касаться можешь: Пусть чередует он со мной тебя. Гордись, мой друг; один из смертных право Стяжал ты это добротой своей. Коснись его: ведь некогда и сам я 670 Благодеянием его добыл. Я рад и встрече и любви твоей; Кто за добро добром платить способен, Тот драгоценней всех сокровищ в мире. Ну что ж, иди! Войди и ты со мною: Я слаб; опору я найду в тебе.

СТАСИМ ПЕРВЫЙ

Об Иксионе[284] древнем слышали мы весть, 680 Как Зевсова ложа пытал он священного, И как к колесу-бегуну любострастника пыл приковал Сын державный Крона. Но страдальцев других равных ему В злобе лихой судьбы Глаз не видел досель и слух не слышал. Ничьих он прав святых ничем не оскорбил, Был среди добрых добр всегда — Ах! и так недостойно он погибает. Диву даемся мы, Как в одиноких скал глуши, Слыша мятежных волн прибой, — Как многослезной жизни гнет 690 Мог он нести так долго! Он сам себе соседом, ног лишенный, был; Он окрест не ведал товарища в бедствии, В ком отклик нашел бы исторгнутый гложущей раною стон, Раной незаживной;