София Устинова – Вне рамок приличия. Друг моего сына (страница 8)

– Отстреливается за нас обоих на вечеринке. – Качнул упаковкой салфеток и ватных дисков: – Я взялся тебе это принести, – в его светлых глазах прочитала приговор.

– Не стоило.

– Скромность тебе не к лицу! – небрежно бросил упаковки со средствами гигиены на тумбочку возле раковины.

– Я не скром…

– Заметил! Знал, что у бати нормальной бабы не будет, постоянно каких-то шалав выбирает.

– Мальчик, ты бы поосторожней с выражениями, иначе…

– Иначе, что? – хмыкнул с презрением.

– Ударю!

– Горю от нетерпения.

– Расскажу твоему отцу, что ты меня оскорблял и за слова ответишь.

– Отвечу, – с убийственным спокойствием кивнул Руслан, – доказав, что ты от одной мысли, что я рядом и вот-вот всажу в тебя член, течёшь.

И я ударила. Так хлёстко, что ладонь тотчас обожгло огнём. Но парень едва ли заметил, что это было. Ни один мускул не дрогнул. Лишь глаза полыхнули с большей яростью:

– Да, ты огонь в отличие от других подстилок бати. – Криво усмехнулся, шагая ближе, и я вновь ударила. И ещё раз и ещё. Меня аж разрывало от переизбытка чувств, вот и хлестала, выплескивая всю ненависть, недоумение, страх и желание.

Не знаю, как у него выходило, но приближаясь ко мне, не оказывая сопротивления гасил мой пыл:

– Я кричать буду, – отчеканила тихо, яростно дыша, как после долгой пробежки.

– Надеюсь, – шепнул с чувством и набросился.

Я точно мышь, попавшая в загребущие лапы голодного кота, дикого,  обезумевшего. Пискнула глухо, когда меня по стенке спиной размазывая, собой подпёр, протискиваясь между ног.

Колотила руками и кулаками, даже укусила за язык, когда обрушился с поцелуем. Я не шутила не собиралась сдаваться и позволять меня тр*ть, когда ему взбредёт в голову!

Руслан тихо взвыл, с пущим бешенством тараня мой рот языком, а губы мои почти жевал. Я гневно мычала в него, звала на помощь, извивалась и дёргалась до тех пор, пока ему это явно не надоело – и тогда Руслан одной рукой пленил мои, припечатав над головой к стене, а свободной шарил, до болезненного сумасшествия изучая моё тело: ноги, ягодицы, грудь. И когда его ладонь в очередной раз по ляжке скользнула вверх до промежности, я нервно всхлипнула уже понимая безвозвратность очередного насилия.

Ох, зря я сегодня в чулках.

– Да ты подготовилась, – хрипло посмеялся. Наглец тоже подметил, и естественно опошлил под себя и такую распутную меня!!!

Не успела ни звука издать, ловко к мойке прокрутил да лицом в тумбу прогнул.

– НЕТ!!! – взвыла, задом юзая, но Руслан одним махом подол до талии задрал.

Было ли мне смешно? Играла ли?

НЕТ! Я была в ужасе!

Меня собирались опять насиловать!

Тот же парень!

С той же наглостью!

С тем же циничным презрением.

В том же доме.

Это даже не дежавю, это…

Чёрт! Чёрт! ЧЁРТ!!!

Нужно остановить, иначе в привычку войдёт.

И я забилась ещё яростнее, истерично махала руками, но Руслан был сильнее. И тогда я вновь открыла рот, заорать: «Помогите!». Но аккурат с грубым толчком, таранящим мою плоть, на губы легла безжалостная ладонь, заглушив мой вопль, перешедший в сдавленный стон уже со следующим толчком.

Он так яростно вбивался в моё изнывающее от его насилия лоно, что вместо крика, дыхание из меня выколачивал. Но дикость в его жестах, жестокость в движениях быстро сошли на «нет».

Его трясло, как и меня, но если первые вторжения были злые, властные, в необузданной жажде подчинить, причинить боль, указать место, то с каждым последующим толчком Руслан терял ярость. Его всё больше захватывало первобытное желание обладать мной. Сбросить пар, тяжесть, выплеснуть дикую похоть.

Продолжая зажимать мой рот, в два лёгких движения, намотал мои волосы на кулак, да к себе прогнул, с тихим рыком вколачивая себя до упора. Да и я уже вместо брыкания и драки – стонала, принимала, подчинялась.

Это всё было неправильно, аморально и грязно. Я не мазохистка, не жертва, чтобы изнывать от вожделения под насильником. Но текла и кончала до отвращения к себе. До тошноты себя презирая.

Глава 7

ЛИЗА

Животный акт голодных существ закончился быстро очередным ослепительным фейерверком: тут звезды, звон и полёт в нирване.

Меня на время вышибло из реальности, пока Руслан меня напоследок не вколотил в жалостливо скрипнувшую тумбу, распластав животом по столешнице. Замер, как и я, подрагивая от оргазма и жадно дыша в мой взмокший затылок.

Возвращалась на землю медленно, зато как! Со жгучим стыдом и едкими отрезвляющими мыслями: что это было?! Как можно?! Что если бы невеста Руслана зашла?! А ведь могла! Или чего хуже – Герман, чтобы узнать, как я…

Не знаю, о чём думал Руслан, но благоразумно от меня отцепился. Подступил к мойке, включил воду.

Ноги и руки плохо слушались, но я обернулась, задом тумбу подпирая, чтобы не упасть. Подол платья нервно одёрнула, только сейчас осознав как между ног влажно.

Покосилась на Руслана, взгляд на его член скользнул, а парень как раз его омывал.

– Ты что в меня без резинки? – сбивчиво пробормотала, плохо владея голосом.

– Прости, – буднично брякнул Руслан, утерев хозяйство маленьким полотенцем.

– Как ты посмел?! – опешила новости. – Я на тебя сегодня же заявление напишу.

Он словно и не замечал моего праведного буйства.

– Таблеточку примешь, – хмыкнул Рус, швырнув его в корзину для грязного белья, – медик вроде.

– Да причём тут таблетка? Ты… ты… – шипела зло,  – вдруг заразил какой-нибудь дрянью.

Он вскинул бровь:

– Я? Тебя?

– Ну не я же! – негодовала праведно.

– Я бы с этим поспорил.

Пока я в шоке хлопала ресницами, не находя слов, Руслан, как ни в чём не бывало продолжил:

– Ты легкодоступная, и я бы не взялся утверждать, что и с другими так просто ноги не раздвигаешь, – окатил меня таким взглядом, что опять прописала ему затрещину:

– Да пошёл ты! – только ладонь не успела его щёку обжечь, Рус поймал мою руку за запястье, стопоря в нескольких сантиметрах от своего циничного лица, и рывком подтянул к себе:

– Кто из нас блудлив ещё поспорю. Но чтобы убедилась в моей чистоте, я тебе справку покажу, – толчком оставил в покое. – А насчёт заявления, я бы поржал над твоими объяснениями: «Не давала, сам взял. Не соблазняла, только внимание привлекала. Кончать не хотела, так вышло. Невиноватая я!.. Накажите его!» –  хмыкнул с презрением.

– Ну ты и тварь! – задохнулась возмущением, рука опять чесалась прописать парню пару-другую пощёчин, хотя я не из драчливых. За мной вообще не водилось махать руками. По большому счёту, Руслан первый, на ком сорвалась. – Я тебя видеть не хочу! – яростно отчеканила, сжав кулаки. – И я не невеста твоего отца! Мы  с ним даже не встречаемся!

Руслан задумчиво помолчал, его глаза недобро сверкнули:

– А он в курсе?

– Да, – неуверенно кивнула. – Но с маниакальным упорством делает вид, что это не так! Впрочем, у вас это семейное, не слышать других, делать, что в голову взбредет и думать, что хочется.