София Устинова – Дракон на мою голову: Воровка с секретом (страница 15)

За двадцать один год ей никто толком не интересовался.

На вечеринки и балы – не ходила, друзей не заводила, не светилась в самых популярный точках города и даже промышляла воровством инкогнито.

Не то, чтобы любила, но ради выживания брала заказы вместо отца, который в это время где-то загуливал. Мелкие, но позволяющие не умереть с голода. Работала обычно по наводке – так было вернее, да и сама могла выбирать – подходило ей или нет, потому что воровать у бедных и обездоленных считала ниже своего достоинства.

Так что да, воровала…

Был такой грешок.

Как бы Вильма не старалась привить хорошие манеры, дать образование, научить быть леди, пацанку, самостоятельно выживавшую до тринадцати лет, полностью вытравить из Ромы так и не смогла. Это уже было в крови, на подсознательном уровне. Стремление выжить любой ценой, а если брать в расчёт, что и Гедеон упорно поддерживал мысль, что ей нельзя светиться, иначе проклятие, которое было наложено на род её матери настигнет и Рому.

Поэтому она в свет выходила парнем, и только дома могла не заморачиваться по поводу своего вида, а о магии в общественных местах – так и подавно думать было нельзя! Рома была вне закона с самого рождения! Хотя и носила амулет матери, который, по словам папы, обладал защитным эффектом и скрывал её от Гильдии Сверхов.

Поэтому магией почти никогда не пользовалась, хотя та порой очень жгла руки и грудь, готовая вырваться наружу.

Рома научилась её скрывать, игнорировать… А отсутствие одного заменяла другим, ведь благодаря трудам и урокам Вильмы научилась прекрасно вживаться в различные роли, что не могли не оценить родители.

Правда, оценивали каждый по-своему.

Баронесса радовалась её успехам – у девочки есть шанс удачно выйти замуж, если, конечно, Гедеон разберётся с проклятием. А отец, видя истинную личину дочери, искренне гордился – дочь блещет талантами, которые очень могут пригодиться в реальной жизни. Особенно в её случае.

Рома одарённая, смышлёная, ловкая, хитрая… вся в него!

Гедеон в шутку развивал в дочери способности к воровскому делу, объяснял тонкости, делился опытом и давал советы, если она не справлялась с заданиями.

А когда после наставления Мэрика, – уделить пристальное внимание стабилизации сознания, чтобы никто из вне не мог просто так в нём похозяйничать, – Гедеон, выделяющийся как-раз таким умением, полезным для его дела, – начал заниматься и с Ромой.

Вначале скептически настроено, потому что это редкая особенность, и мало кому её удавалось развить до высокого уровня. А затем с интересом и даже азартом – Рома и в этом умудрялась его поражать. Она отлично контролировала свои мысли, для убедительности подгоняла воспоминания, и врала с таким успехом, что мог позавидовать сам бог лукавства.

Гедеон был в восторге от дочери.

Девчонка была чертовки одарённой и схватывала всё на лету, со временем даже совершенствуя навыки, что уж говорить о её магических талантах?!

Плутовка-воришка!

Но жене об этом ни-ни.

Он ведь обещал…

Но как бы не обещал любимой завязать с воровскими штучками и вести правильный и благородный образ жизни, увы, временами нарушал клятву.

А как ещё бы они могли выжить? Ни у кого из них за душой не было сбережений, работать, как другие – не умели, поэтому он, для глаз и ушей Вильмы, придумал себе простое занятие и приносил деньги, а баронесса радовалась, уверенная, что он изменился.

После смерти Вильмы он перестал таиться…

Видимо, взялся за дело, которое не осилил, вот его и поймали.

Будут требовать выкуп? Или придётся доделать работу за отца?

Стоп! Никто не в курсе, что она его подменяет… По крайней мере, она не светилась, никому ничего не говорила.

Из домочадцев никто вопросов откуда деньги не задавал – они привыкли молчать и делать свои дела, главное, чтобы Гедеон и Рома подбрасывали какие-нибудь суммы на покрытие всех затрат на замок, на пропитание…

Сверхи раздери предателя, кто бы он ни был!

Неужели медальон, который, как её заверили – сильный артефакт сокрытия, – больше не работал?

Чёрт!

Сейчас даже нет времени, чтобы это как следует обдумать.

Надо спешить. И так застоялась…

ГЛАВА 11

В таверну «Ключ» Рома прибыла с точностью самых строгих на пунктуальность эльфов. В непромокаемом плаще, с капюшоном, который не сбросила, войдя в помещение.

Окинула таверну беглым взглядом, глазами скользя по лицам и интуитивно пытаясь определить, на месте ли тот гад, что прислал записку.

Вроде никого подозрительного.

С десяток человек, почти все явные забулдыги и алкоголики. Громкие, пьяные… за полупустыми столиками, но с огромными стаканами пивухи. Несколько гостей неспешно ели, с деланным безразличием смотря на творящееся внутри.

В таверне пахло кислым и жареным.

Что ж…

Рома ступила внутрь. Значит, нужно подождать.

Но только прошлась до последнего столика в углу, намереваясь присесть, за спиной раздалось:

– Гляди-ка, явился не запылился, бородавочник, – до отвращения и боли знакомая кличка аж резанула слух.

– Это родинка, тупица, – на автомате брякнула Рома и повернулась, уставляясь на Лукку.

А это, однозначно был он, хотя сильно изменился: обросшая щетиной морда стала мясистой, припухшей. Он явно налегал на алкоголь, а может и на запрещённые вещества. А ещё лицо прорезали множественные шрамы.

Внешность не из приятных, и теперь, по сути, отражала его внутренний мир.

– В ногах правды нет, садись, – скабливо ухмыльнулся Дарвич.

– Спасибо, постою, – огрызнулась Рома, хотя пятой точкой ощущала, что именно этот мерзавец и есть хозяин записки.

– Присядешь, если хочешь узнать условия… – подтверждая догадку, Лукка её таранил пристальным, не обещающим ничего хорошего, взглядом.

Кивком повторил приглашение-требование.

Рома скрипнула зубами, но послушно села за пустующий столик.

Лукка занял место напротив неё.

– Всё такой же заносчивый и дерзкий, – на своей волне болтал Дарвич. – Смотрю, так с тебя и не сбили спесь, сладенький мальчик?

– Где мой отец? – Роме надоело выслушивать больные фантазии Лукки.

– Отец, – передразнил её парень, не скрывая желчи.

– Да, отец! – была настроена решительно Рома.

Признаться, это не первая их встреча с момента, когда она покинула Исхол. Буквально пару недель назад, Рома, забирая наводку в тайном месте одной из забегаловок, где условилась с наводчиком Гедеона и, уже выходя из помещения, столкнулась с Луккой.

Она его узнала мгновенно по злым светло-коричневым глазам. А он… вроде нет. По крайней мере, так показалось тогда. Дарвич даже ни на один лишний миг не задержал на ней внимания, торопясь внутрь. Протаранил плечом, проходя в забегаловку, и был таков. Рома быстро накинула капюшон и поспешила прочь, не желая с ним находиться в одном помещении, да, и вообще, видеться – не дай Сверхи ещё признает! Этого счастья не хватало!?

Какое-то время она страшилась появляться в городе, опасаясь, что он её выследит, но никаких намёков на узнаваемость и попытку мести, которую обещал ещё в Исхоле, не было. Рома успокоилась, но ту забегаловку обходила стороной.

Видимо ошибалась.

Подонок её узнал. И даже нашёл, как до неё добраться…

– Жив, не сказать, что здоров, – продолжал скалиться, ощущая собственную важность Дарвич.

– Он у тебя?

– Неправильный вопрос, – процедил сквозь жёлтые, гнилые зубы Лукка, сцепив руки, с грязными ногтями, в замок на столе перед собой.

– Что он натворил? И причём тут ты? – уточнила Рома, чувствуя брезгливость от одного общения с этим мерзким типом.

– Я всего лишь посредник! А твой папуля должен был выполнить заказ, но не справился. Ты же знаешь, как это нехорошо. Заказчик недоволен, задаток пропал… – добавил драматизма Лукка, сверля Рому пристальным взглядом, как бы следя за её реакцией.