София Руд – Недотрога для короля академии (страница 12)
Никто не смеет и пикнуть.
– Первое, чему вы сегодня научитесь, – это ставить щит. В вас будет лететь дюжина разнокалиберных шаров с разной скоростью. И только ваша магия может вас спаси. Всё понятно?
Тишина.
– Не слышу. Всё понятно?!
– Да-а.
– Ещё раз и чётко! Всё понятно?!
– Да! – оглушает ярый крик адептов. Ну точно как военные перед свирепым боем.
– Тогда шаг вперёд те, кто начнёт первым, – командует он, потирая уставшие глаза. А я застываю. Мне нужно учиться. Я хочу, но… страшно.
– Вы? – Профессор поднимает на меня взгляд и хмурит брови.
– Я?!
Я ведь не выходила.
Оборачиваюсь и вижу, что адепты дружно сделали шаг назад, оставив меня одну впереди. Отличная работа, господа.
– Понятно, – тянет профессор, моментально распознав, что к чему. – Адепт Отта, верно? С такими товарищами и врагов не нужно. Можете вернуться в строй, если боитесь.
– Нет, профессор. Я готова! – сжимаю кулаки до хруста и чеканю точно стражник, что немало удивляет сурового командира. Он даже разочек оглядывает меня с ног до головы.
– Ну, что ж. Три шага вперёд, – приказывает, и я повинуюсь.
К счастью, метать в меня шары без подготовки мужчина не собирается. Чётко объясняет правила, а затем мне первой даёт артефакт.
– Заряда в нём мало, но именно он поможет вам призвать магию, которая в вас всё ещё спит. Не путайте слова в заклинании. Сосредоточьтесь, – командует мужчина, а я всё это время выступаю в роли куклы, на которой демонстрируют стойку.
Затем каждому дают по бледно-жёлтому камню и велят призывать щиты. У кого-то получается сразу, у кого-то – нет.
Слышу смешки со стороны Тины, когда у меня не выходит, но от взгляда сурового «генерала» все тут же стихают. А стоит ему отойти, опять начинается.
– Какая же бездарность! – Кидают косые взгляды в мою сторону.
– И зачем её только взяли? Позор!
И я бы хотела им возразить, но, к сожалению, сейчас они правы. Уже каждый справился, а мне эта гоблинская магия никак не подчиняется. Нужно меньше отвлекаться, нужно сконцентрироваться. С замиранием сердца смотрю на золотистую дымку, что, наконец, вытекает из пальцев, надеясь, что она примет нужную форму, но дымка тут же тает.
Опять смешки. Уже с разных сторон. А время подготовки заканчивается, и нас начинают вызывать на поле по одному. Справляются не все, даже рыженькая пропускает удары, а на третий раз и вовсе сдаётся и убегает. Тина отбивает всё с первого раза. Она ведь дочь своего отца.
Когда подходит моя очередь, идти вообще не хочется. Ещё эти взгляды… Велю себе не обращать внимания на них и учиться. Я обязана справиться. Должна!
Бах! И мне навстречу летят шары. Из пальцев появляется не щит, а дымка, и я с болезненными стонами падаю на землю.
– Полное фиаско! – выдаёт рыженькая, но тут же зажимает рот, понимая, что её услышали.
В глазах темно, не вижу, кто поднимает меня на ноги.
– Отведи в лазарет, – звучит взволнованный голос мужчины.
– Нет. У меня же ещё две попытки, – говорю, а в глазах хоть и светлеет, но двоится.
Кажется, профессор с лёгкостью считывает моё состояние, и я тут же прочищаю горло и озвучиваю, что хочу повторить, чем несколько шокурую его.
Профессор хмурится, будто пытаясь понять, не стукнулась ли я головой так сильно, чтобы быть не в себе, но согласие всё же даёт.
В этот раз я им покажу!
Бах! И шары выносят меня за пределы обозначенной площадки.
– На этом хватит, – отрезает профессор и больше не слушает меня. Велит сидеть на скамье и восстанавливаться, пока остальные начинают парные тренировки. Один адепт выпускает шары, другой защищается, и наоборот.
Со временем их щиты начинают гаснуть, а камни теряют свет. Заряды артефактов заканчиваются, и теперь адептам стоит искать магию внутри себя. У них худо-бедно получается, а я…
Я себя ненавижу! И сейчас, кажется, зареву. Кому я собралась что доказывать, если даже с учебной программой справиться не могу?
Насмешек становится больше, и я ухожу, чтобы умыться у уличного фонтанчика с питьевой водой. Сейчас приду в себя и снова в бой!
Вот только шары настигают меня куда раньше. Едва я успеваю отойти от фонтана, как в мою сторону летит не дюжина, а целых две дюжины шаров. И профессора, как назло, нигде нет. Никто не спасёт, убежать не успею, остаётся…
Сжимаю в кулаке артефакт, и тело пробивает сверхъяркая вспышка…
Глава 10. Кто твои родители?
Магия мощной волной вырывается из сердца, проносится по жилам, распыляется из кончиков пальцев и обращается в огромный яркий щит. Все шары отлетают прочь под визг адептов, которых привлекло это неожиданное шоу.
Я и сама в таком шоке, будто стала заложницей собственной силы, на секунду пугаюсь, когда осознаю, что не контролирую щит. Но тут в спину впиваются болезненные удары.
Шары! Кто-то решил подло направить их сзади.
От боли магия колеблется, щит тает, а я, будто лишившаяся всех сил, стремительно лечу лицом в землю.
Не долетаю, повисая на чьих-то мощных руках.
– Кто?! – раздаётся прямо над ухом такой рык, что даже моё измождённое тело умудряется инстинктивно сжаться.
В области лопаток ужасно больно, ноги ватные, но я заставляю себя держаться самостоятельно. Однако «отделиться» профессор не позволяет. Наверное, правильно. Я сейчас тут рухну без опоры.
– Я спросил, кто тот подлец, что запустил шары в спину адепту?!
Перед нами уже стоит куча адептов с белыми как простыни лицами и испуганными глазами.
– Никто отсюда и шага не ступит, пока я не вернусь и не выясню, кто это был, – командует Ронг. – Споры, разборки – неотъемлемая часть любого общества. Но удар в спину – позор! И если ещё раз кто-то хоть пальцем тронет этого адепта, я лично послежу за тем, чтобы вас не было в академии! Всем ясно? Не слышу! Всем ясно?!
– Да! – испуганно отвечают ученики, глядя то на грозного профессора, то на меня.
Не понимаю, что чувствую. С одной стороны, облегчение и радость, что меня защитили. С другой – злость, что не смогла со всем справиться сама.
Вот только сейчас в глазах адептов совершенно нет жалости, в них испуг и даже некоторое восхищение. Чем? Кем? Профессором?
Тогда почему они точно так же смотрят и на меня?
– Идти можешь? – спрашивает учитель, и я киваю.
Но ноги передвигаются плохо, и господин берёт меня на руки, точно медведь пушинку или отец своё дитя.
Жутко неловко, но боль и слабость накрывают такими волнами, что в глазах темнеет. Веки наливаются свинцом, и я открываю их, лишь когда в нос бьёт терпкий запах отвара из корней лотоса.
– Выпей. Это восстановит силы, – говорит мне женщина в белой мантии.
Оглядываю помещение, в котором оказалась: светлые стены, деревянные высокие стеллажи со склянками, стол с бумагами и ряды кроватей с белыми шорками. На одной такой я и лежу. А господина, принесшего меня сюда, не вижу.
– Спасибо, – шепчу лекарю и отпиваю отвар.
Корчусь от горечи, зато чувствую, как силы моментально напитывают тело.
– Пришла в себя? – появляется в дверях профессор Ронг.
Почему-то испытываю стыд от его взгляда. Чувство, будто провалила экзамен, который должна была сдать.
Коротко киваю.
– Оставьте нас, – велит господин лекарю, и женщина тотчас покидает помещение.