София Руд – Измена. Ты нас предал, Дракон! (страница 9)

– А это что за звук?! – рычат стражи.

– Какой звук?! Кота моего испугался? – хохочет медведь.

– Ну-ка с дороги! – рычат стражи. – У нас есть повод зайти и проверить. В таких случах документ не нужен!

– Ну что ж, господа. С законом не спорю. Только разуйтесь, – насмехается над ними медведь, и толкает дверь.

О боги! Нет! Только не это!

Я всей спиной вжимаюсь в стену, но знаю, что это не поможет. Слышу стук сапогов по деревянному настилу пола. Еще миг, и стражник заворачивает за печь. Смотрит прямо на меня, и душа уходит в пятки….

Конец?!

– Ну что? Убедились, господа?! – хохочет медведь.

В чем убедились?! Меня ведь поймали….

Стражник вдруг отворачивается, будто и заметил, хотя смотрел в упор. Как же так?

Не успеваю задаться этим вопросом, как кроха снова плачет и в этот раз отказывается возвращаться к груди. Но стражники и этого будто не слышат.

– Уху ты варил?

– А тебя лорд твой не кормит, коль спрашиваешь? На чужие рты не рассчитано. Выметайтесь, не то метлу дам и убирать за собой заставлю.

– Да ты что о себе возомнил, рыжий?! – выходит из себя стражник, но его тут же дергает сослуживец за плечо.

– Мы это… пойдем, – говорит, поджав хвост, и чуть ли не силком выталкивает вспыльчивого.

Дверь хлопает, топот шагов перемещается с крыльца на землю, а затем и вовсе утихает.

Я не чувствую ни рук, ни ног, тихо оседаю на пол, и смотрю пустым взглядом перед собой, пытаясь понять, что сейчас вообще произошло.

– Живая? – зовет меня медведь, и я с трудом выныривая из омута мыслей. Прикрываюсь и легким покачиванием успокаиваю Дэриэла.

– Как они нас не заметили? Смотрели прямо на нас, – спрашиваю я у медведя все еще дрожащим от слез голосом.

– Об этом не думай. Лучше расскажи мне, как лордову жену в лес занесло и почему на ребенке эта дрянная метка? Только теперь уж не лги, – велит он, и я испытываю укол стыда.

Начать говорить совсем не просто. Каждое слово, связанное с Ридом, отзывается невыносимой болью. Глотаю слезы, велю себе быть сильной, но голос дрожит.

И я говорю ему все, умалчивая лишь имя той, кто придумал побег и дал мне артефакт. Я доверяю ему всецело, ведь он только что пошел против власти моего мужа, чтобы спасти какую-то беглянку с ребенком “Тьмы”. Но тайна Стеллы – это тайна Стеллы, и я не в праве где-либо упоминать о том, что она пошла на преступление ради нас с малышом.

– Значит, Скала Обреченных, – рычит медведь и крепко сжимает кулак, будто это не моя история, а его. – И огонь, говоришь, появился?

– Да, синий, – подтверждаю я. – Он вознес нас с Дэриелом над Скалой, а потом я активировала артефакт.

– И на кой, раз боги встали на твою защиту?

Отворачиваюсь, потому что больно вспоминать те слова, что сказала мне Тильда. О том, что мой муж давно уже хочет от меня избавиться и только ждет, когда я рожу.

Медведь не торопит, позволяет мне набраться духу, чтобы в этом признаться. И мне так стыдно, будто это я согрешила, а не они….

– Ну все, хватит, не реви. Вредно тебе, – велит медведь, и я тут же утираю непослушные слезы.

В самом деле, когда уже угаснет эта боль? Я так скоро на себя-то не буду похожа.

– Здесь оставаться нельзя, – решает хозяин. – Стражей я прогнал, но они вернуться. Отследили перемещение до леса, да и мне не особо поверили. Плюс ко всему, твоя вязь, как бы ты ее не прятала, рано или поздно приведет лорда сюда. Собирай все, что нужно. Сейчас поспи пару часов. Ночь будет длинной. На закате пойдем искать ту хижину и твоего тайного помощника. И моли богов, чтобы стражи первыми туда не пришли.

Киваю и не могу найти слов, чтобы выразить медведю благодарность. Сердце рвется на части.

Хозяин уходит под навес, заверяя, что в шкуре медведя холод не страшен, а я Дэрилом забираюсь в постель.

Долго не могу сомкнуть глаз, думая обо всем, что происходит. О том, сколько людей пошли против моего мужа. Стелла – моя кровь, моя сестра. Я бы сделала для нее то же самое. Но зачем такие проблемы медведю? Мог ведь выдать меня, но собирается помочь….

Едва солнце касается горизонта, мы покидаем хижину. Хозяин дома велит мне взять ремни и обращается в медведя. Забираться на огромного зверя страшно, но оставаться здесь нельзя. Проверяю, крепко ли повязан на спине узел, держащий ребенка в коконе на моей груди. Точно не развяжется.

Забираюсь, и как только медведь набирает ход, цепляюсь в ремни так, что пальцев не чувствую. Со времен и попу тоже. А вот Дэриэлу хорошо, он то гугукает, то спит. Качельки.

Благодаря косолапому, мы добираемся к избушке за полночь. В окне горит свет. Вижу там Стеллу и хочу со всех ног бросится к ней, но медведь одним движением велит отступить.

Что? Почему?

В этот самый миг дверь открывается, и я ахаю, видя на пороге Рида. Сердце застывает, и я вся обращаюсь в камень. Лорд смотрит куда-то вдаль, а затем в секунду, будто почувствовав, переводит взгляд на меня….

Глава 12. Погоня.

О боги! Нет!

От одного взгляда на лицо мужа, внутри все умирает, болезненно возрождается и вновь горит до тла.

На секунду в голове возникает мысль, что Рид не увидит нас точно так же, как и стражники в хижине медведя, но в этот раз все не так.

Взгляд мужа вспыхивает, когда он узнает меня, я тут же прижимаю к себе сына и пячусь.

– Мэл, стой!

Всего два слова.

Как выстрелы.

При том в самое сердце.

Нет. Нельзя его слушать! Нужно бежать…

– Я просто хочу поговорить!

Этот голос проникает под кожу, разрывает душу и плоть. Творит невыносимую боль.

Я даже не могу дышать. Изнываю, как одна большая рана, а не человек.

Но хуже всего, что в этот момент на секунду я теряюсь, но опускаю взгляд на сына, и перед глазами вновь встаёт та адская картина, когда Рид предал нас. Дважды!

“- Рид думал избавиться от тебя после родов, а мне так не хотелось ждать, “ – звенит эхом проклятый голос Тильды, и пламя ярости окутывает меня с головой.

– Ни за что, предатель! – вырывается стон боли, и я срываюсь с места. Бегу прочь в кромешной темноте.

Медведь догоняет, ревет, указывая лапой на свою спину.

Я проверяю, надежно ли закреплен малыш. А затем выполняю приказ и прижимаюсь к медведю максимально близко, чтобы Дэриэла не качало.

Зверь набирает ход, ветер режет кожу, но я в ужасе осознаю, что как быстро бы мы не бежали, дракон нагонит нас. У него крылья и… стражники?

Слышу голоса. Нас преследуют. На глаза наворачиваются слезы. Еще один порыв ветра касается кожи сквозь платье. В этот раз дует не спереди, а сверху. Над нами мой муж в своем втором обличии.

Медведь рычит, но не сдается, забирается в лес, где ветви погуще. Они хлещут по моим плечам и голове, но Дэриала, слава богам, не касается ни одна. Но малыш просыпается и истошно плачет.

Я не знаю, что мне делать. Голоса преследователей становятся все ближе, и вдруг все неожиданно стихает. Ни стражников, ни дракона, что только что парил прямо над нашими головами.

Что произошло? Мы оторвались?

Медведь замедляет темп, но не останавливается. Идет в темноте еще неизвестно сколько времени, и от спокойного покачивания Дэриэл успокаивается.

Мы делаем привал. Зверь кивает мне в сторону одного из узлов. Я тут же подаю ему одежду и отворачиваюсь.

Пока он приводит себя в человеческий вид, тихонько качаю сына, и он сладко засыпает.

– Холодно? – спрашивает медведь, и я только сейчас понимаю, что меня всю трясет.