София Коралова – Привет от деда Емельяна (страница 3)

В общем, приспособились. Летом внуку исполнилось уже пять лет и когда у бабушки было свободное время, а его было очень мало, она учила его буквам. Кстати, то ли возраст, то ли способным был, но читать он научился быстро. Заодно учила внука считать. Ну, пять лет парню, пусть учится, может, в школе будет меньше хлопот. То, что она поведёт его в местную школу, Антонина уже и не сомневалась.

А Славик рос помощником. И кур мог накормить, и козе воды налить, сам проверял, есть вода или нет. Помогал и в огороде, пытался вырывать сорняки, которые помельче. Конечно, силы были не те, маленький, но старался, знал, что бабушке нужно помогать.

Мужчину Алина встретила. Несколько раз увидела, что в соседнем дворе вполне приличный мужчина гуляет постоянно сам с девочкой. Присмотрелась – девочке явно нужны были женские руки – это судя по косичкам. Предложила заплести правильно. В разговоре оказалось, что мама девочки умерла четыре месяца назад. Ну и…решила Алина взять шефство над девочкой…Через три месяца переехала к ним в их трёхкомнатную квартиру из своей коммуналки. О том, что у неё есть сын, решила пока не говорить. Там будет видно. Правда, к сентябрю выслала маме ещё три тысячи.

Она как раз устроилась на работу на склад помощником кладовщика в строительную компанию. Пришлось кое с кем переспать и то не раз. А что делать? Но должность обещала быть выгодной. Деньги для Антонины были кстати, купила себе лекарств, сердце шалило иногда. А летом приспособилась на трассе продавать, то, что вырастила в огороде, яйца, молоко козье. Могли бы и сами съесть, но нужны были деньги. Хорошо, до трассы было идти недалеко, каких-то три километра.

С собой иногда брала Славика. Правда, один раз остановилась машина, высыпали оттуда ребятушки с короткими стрижками, в спортивных штанах и палками в руках. Те, кто давно стоял, уже знали и брали с собой деньги. А Антонина не знала, платить за место было нечем, так ребятушки переколошматили и яйца, а она собрала три десятка, вылили молоко, растоптали малину и другую ягоду. Славик кинулся на обидчиков, так его просто отшвырнули, как что-то ненужное. Хорошо, на кусты бросили и ребёнок не пострадал. Так, поцарапался.

С тех пор Антонина брала с собой деньги, но старалась недолго торговать, два часа и домой, и дома работы хватало. К тому же Славика она перестала брать с собой, чтобы ребёнок не пострадал, боялась за него. Правда, тот обещал, что больше не будет нападать на дядей. Просто за бабушку испугался. И яиц было очень жаль. Но к сентябрю снова брала его с собой. Теперь она была умнее, весь товар с собой не брала. Меньше товара - меньше платить. Когда продавала десяток яиц, литр молока, - посылала внука домой, там было в корзинке в погребе наготовлено новая порция. У неё теперь было её постоянное место, немного денег удалось выручить, а с ребёнком меньше торговались.

Начались холода, дожди, она и вовсе не выходила. Раз в неделю и то без внука. Перед Новым годом поторговали вдвоем, конечно. От Алины пришло снова три тысячи. Так что Новый Год встречали с деньгами. Пенсию, как всегда, задерживали. А тут и лекарства были нужны, и внуку книжку купила.

А Алина встречала Новый Год уже в семье.

Глава 4. Главное, ребёнок не здесь

Алина считала, что ей наконец-то повезло. Мужчина работал в какой-то иностранной компании, зарплата была хорошая, стабильная, квартира трёхкомнатная. Единственное, что её не устраивало – отношение к ней девочки, его дочки. О том, что дети чувствуют фальшь, она даже не догадывалась.

Ну не было у Алины в душе материнского чувства к этому ребёнку. Да и откуда, если она и своего-то не любила? И хотя, как хозяйка, Алина показала себя отлично, ведь мама научила всему – и готовить, и убираться, но этого для Вадима, так звали мужчину, было недостаточно. Первый звоночек прозвенел, когда он с ней выбирал подарок дочке на Новый год. Он смотрел красивое платье для дочки, на цену не смотрел, а Алина, узнав цену, сразу откладывала, мол, это не то. В итоге она выбрала очень бюджетный вариант.

- Вадим, ребёнку, главное, что? Подарок, внимание, а уж натуральная ткань или синтетика – ей не интересно. Да и растёт она, зачем ей дорогое платье?

Но он выбрал дочке то, которое ЕМУ понравилось. А вот себе Алина захотела дорогую кофточку. Вадим купил, но его что-то зацепило. Потом, когда они сидели все за столом, Алина в десять часов отправила девочку спать, чувствуя себя уже хозяйкой в этой квартире.

- Папа, я хочу дождаться Нового года и загадать желание, - попросила девочка.

- Света, деточка, какое желание? Иди в кровать, ложись спать. Завтра загадаешь.

Алине хотелось встретить Новый год только вдвоём с Вадимом. Это было бы очень романтично – он и она, бой курантов, она пьёт шампанское, целуется и в этот момент загадывает желание. А тут Света хочет остаться…

- Конечно, Света, оставайся с нами и загадывай своё желание, - ответил папа. Он любил свою дочь, которая была копией покойной жены. Конечно, Алина неплохая женщина, хозяйственная, вон сколько всего наготовила…Но она со Светой не находят общий язык. Жаль…

Первого числа они пошли все гулять, опять же начался какой-то небольшой конфликт между Светой и Алиной. Вадиму было немного неудобно, что Алина столько трудилась на кухне, вылизывала квартиру перед праздниками…Правда, неудобно, НО … Он сказал ей второго января, что у него с ней ничего не получится, вручил ей деньги, как моральную компенсацию. Подумал, что она, наверное, обидится и не возьмёт. Она, конечно, обиделась, но деньги взяла. И опять она вернулась в свою коммуналку.

- Так, мужчина с ребёнком – не вариант, - подумала она. Конечно, ей было обидно, она старалась создать уют, а он выбрал дочку, а не её.

- Неужели он так и будет слушаться эту капризную куклу до конца своих дней?

А Антонина уже поняла, что дочь и не собирается забирать сына, редкие подачки – это всё, на что они с внуком могли рассчитывать. Подавать на алименты мать ей и в голову не пришло бы. Да и кто знает – вдруг дочка забрала бы Славика назад? А бабушка уже привыкла к нему, хотя и старалась не показывать ему это. И снова зима, но запасы уже были – картошка, грибы, огурцы. Леса в Тверской области знатные, грибов много. Перед Новым годом и Рождеством банок двенадцать продали с внуком. Правда, не посылала его домой за баночками и брала его с собой не часто, холодно.

У соседа покупала иногда рыбу, иногда он ей отдавал улов, продавала за половину, так договаривались. В общем, научилась Антонина выкручиваться. Длинными зимними вечерами вязала из разноцветной пряжи варежки и носки, их также продавала на дороге. Для этого распускала старые свитера, связывала кусочки ниток.

В шесть лет Славик уже хорошо читал и считал, только таблицу умножения не стала его учить бабушка. Книжки читал взрослые, хотя мало чего в них понимал. Вырос на деревенской еде. Та курточка, которую в позапрошлом году она откупила у соседки за триста рублей, на следующую зиму уже должна быть мала. Нужно было думать, как купить новую. В общем, в таких заботах прошло следующее лето. Куртку внуку купила бабушка Тоня, себе, правда, не было за что купить, но она свою подзалатала, подшила какой-то утеплитель – пойдёт! Алина выслала дважды по три тысячи и на этом все.

Антонина уже и рукой на неё махнула. Жила бы дочь плохо, приехала бы к матери, а раз не появляется – живет, значит, хорошо. Ну и ладно, они и без неё проживут. Вот помощник растёт какой у неё. Только вот в школу нужно будет его собирать. А за что? Ну в перешитых портках не отправит туда, дети засмеют. И портфель нужен, книжки, тетради. Много чего…Тут с рук не купишь.

А эти, архаровцы, прямо обложили дорожный бизнес, каждый день приезжают. Теперь Славик постоянно, даже зимой носил корзинку с продуктами бабушке. Договорились так – она уходит, а он через полтора часа выходит следом за ней. Дорога-то протоптана была.

- Подойдёшь к кустам, Славик, и смотри – шарф на мне красный завязан – значит, не подходи, их ещё не было, как шарф сниму – неси сумку. Договорились?

- Да я уже знаю, ба. Я же не маленький уже.

Он приносил сумку с яйцами, если были, с грибами сушенными или солёными, с баночкой молока. На козье молоко у неё уже и клиенты были постоянные. Пришлось уже и две козы завести. Сумка была тяжёлой, как для шестилетнего мальчика, да ещё если и снег…Но зато Антонине всегда был меньше оброк, так как продукции было мало.

У них дома теперь весь разговор только о торговле на дороге был. Что хорошо продалось, что хуже, чем завтра торговать будут. Грустно Антонине было из-за этого, ну а что поделаешь – такова реальность. Славик относил сумку, забирал деньги у бабушки, прятал в карман внутри куртки, который пришила бабушка, и бежал домой. Нужно было и в печку полено подложить, и кур покормить, козам сена добавить, тёплой воды налить.

- Я бы без тебя, Славик, не справилась сама.

- Понятное дело, - по-взрослому отвечал мальчик, которому всего шесть исполнилось летом. Вот так они и жили вдвоём. У всех были свои заботы – как выжить, как семью прокормить. Знали соседи, что мама присылает деньги на сына. Не хотела Антонина рассказывать, что присылает та раз в три – четыре месяца, стыдно было, что дочь у неё такая. А тут, если внук пойдёт в школу, кто помогать будет ей с торговлей? И пенсию то выдадут, то не выдадут. Когда задерживали пенсию, все пенсионеры покупали хлеб и другие продукты на крестик, потом отдавали.