София Булатова – Измена. Ты предал дважды! (страница 28)
Да, мне было грустно, да, мне было страшно. В моменты отчаяния я ревела в три ручья. Ведь я всей душой и телом любила этого мужчину… А он поступил со мной, как последний мерзавец.
Вероятно, сразу после моего таинственного исчезновения Цареградцев не стал грустить и, недолго думая, сошёлся с моей младшей сестрой. Как говорится, счастья молодым. Счастья, построенного на чужом горе…
Несмотря на весь пережитый мною стресс, с ребёночком, слава богу, всё хорошо. Малыш развивается в полном соответствии с нормой и совсем скоро, приблизительно через пару недель, появится на свет.
Сейчас я живу одними лишь мыслями о своём долгожданном ребёнке. Ведь беременность далась мне ох как нелегко. Чего только стоили три года безрезультатных попыток зачать.
В Твери с работой у меня, слава богу, всё сложилось более-менее нормально.
Я продала все украшения, которые дарил мне Цареградцев, включая золотое обручальное кольцо, и на вырученные деньги открыла лавку с овощами. Продукцию, само собой, мне поставлял самый лучший производитель – огород моих любимых дедушки и бабушки.
Честно признаться, когда в мою голову пришла идея открыть лавку, я и представить не могла, какой головокружительный успех нас ожидает.
Продукция, выращенная дедушкой, произвела настоящий фурор на рынке овощей города. В день привоза задолго до открытия перед нашей лавкой выстраиваются настоящие очереди. Каждый хочет заполучить в свои руки всё самое свежее.
Неожиданный успех воодушевил моих стариков. Кажется, таких счастливых, как сейчас, я их никогда не видела.
Со дня на день состоится ярмарка агрономов, на которой мы представляем свою продукцию. Более того, наша лавка представлена в номинацию «Открытие года».
– Родная моя, картошечка готова, – с кухни доносится до меня голос бабушки.
– Уже бегу, – выпрыгиваю из своих мыслей и тороплюсь на кухню, где меня заждалась жареная картошка с копчёным мяском.
– Кушай, внученька, – мягким голосом произносит бабуля
– Спасибо, – присаживаюсь на стул и приступаю к своему обеду.
– Бабушка, ты мне так и не ответила. Завтра ярмарка, а вечером дискотека во дворце. Вы с дедушкой на дискотеку идёте?
– Да какая нам дискотека? – отмахивается бабуля. – Дед наш сегодня целый день разгружаться планирует, а завтра нам за прилавком стоять.
– Так я тоже стоять буду. По очереди, представляешь, сколько завтра будет народу?
– И думать забудь, – хмурится бабуля. – Не дело беременной за прилавком стоять. Ответишь на вопросы журналистов, потом домой пойдёшь. А вечером на дискотеку!
– Ну бабуль, мне хочется вам помочь.
– Хочется ей, – отмахивается. – На дискотеку иди и смотри, может быть, внимание обратит кто.
– Ну ба, снова ты за своё…
– За какое своё? Тебе скоро тридцать один. Надо над замужеством серьёзно задуматься.
С бабушкой спорить бесполезно. Если сказала, что не пустит меня за прилавок, значит, не пустит. Мне ничего не оставалось, кроме как согласиться.
Но если бы я только знала, какой сюрприз мне преподнесёт поход на дискотеку, я бы нашла триста оправданий, только бы пропустить это мероприятие.
Глава 14
– Григорий Михайлович, вы молодец. Победить амнезию за восемь месяцев – непростая задача, – произносит доктор.
– Ещё бы научиться время разворачивать вспять, было бы вообще замечательно, – пытаюсь неудачно пошутить.
– Шутите, это хороший прогностический призрак, – расплывается в довольной улыбке. – Как говорится, если пациент смеётся, значит, идёт на поправку.
– И кто так сказал? Гиппократ?
– Я сказал, – улыбается во все тридцать два.
Восемь месяцев прошло с того дня, как родная сестра моей супруги совершила покушение на мою жизнь.
Как показало химическое исследование, в бутылке с алкоголем, которую я умудрился хлебнуть, было сильное психотропное вещество, из-за которого у меня поехала крыша.
Уму непостижимо, но, находясь под веществом, я предал свою супругу… Просто не мог контролировать себя.
Пока я находился под препаратами, Ольга воспользовалась моментом и вколола мне сильное вещество, от которого я окончательно потерялся. После, казалось бы, хрупкая девушка нанесла несколько мощных ударов чугунной статуэткой по моей голове.
Меня едва живого нашли в собственной спальне гости, приехавшие на праздник в честь моего сококоления.
В тот момент я едва дышал и даже не мог вспомнить, как меня зовут. Черепно-мозговая травма, кома и обширная амнезия с полной потерей памяти – это не шутки.
Меня в срочном порядке доставили в реанимацию, лучшие хирурги столицы несколько часов боролись за мою жизнь. Шанс был минимальный. За время операции я несколько раз давал полную остановку.
Сегодня, спустя восемь месяцев, память частично вернулась ко мне. Я постепенно возвращаюсь к нормальной жизни, от которой уже успел отвыкнуть.
Исполнителя неудавшегося покушения, разумеется, сразу же нашли и арестовали. Ольгу ждёт суровое наказание. Сейчас она в СИЗО, совсем скоро девушку ожидает суд, на котором судья вынесет ей приговор, который будет суровым.
Но Ольга всего-навсего пешка в чужих руках. Заказчик покушения на мою жизнь сидит за штурвалом концерна, потягивает коньяк и в ус не дует.
В том, что Ольга решилась на преступление именно по прямой наводке Дубова, нет ни единого сомнения.
Максим Евгеньевич оказался непредсказуем. Честно признаться, я и подумать не мог, что он способен пойти на мое убийство. Впрочем, что еще можно ожидать от человека, который обзавелся основной частью своих активов именно в девяностых, когда все решалось через криминал?
Только не всё прошло так гладко, как предполагал Максим Евгеньевич. Да, он нашёл дурочку, которая за три копейки продала свою свободу и повесила на себя клеймо убийцы. Но он не учёл того, что Ольга не профессиональный киллер, а дилетант, не умеющий бить так, чтобы наверняка.
К невероятному разочарованию для Дубова, я выжил. Совсем скоро я окончательно верну память, восстановлю здоровье и займу пустующее восемь месяцев кресло второго управляющего концерном.
Впереди нас ждёт война. И только один из нас останется у руля концерна. Начинается игра, где главная ставка – жизнь. И только один из нас выйдет победителем и подожмёт под себя обе компании.
– Григорий Михайлович, вы тут? – голос доктора заставляет вздрогнуть и покинуть собственные мысли. – Я вас дозваться не могу. Какой-то вы подгруженный.
– Ну ещё бы мне не быть таким. Черепно-мозговая травма, кома – мало в этом приятного.
– Снова шутите. Это хороший знак. Ладно, Григорий Михайлович, оставлю вас ненадолго. К вам тут, – указывает на дверь, – подчинённый ломился.
Доктор покидает палату, и следом за ним в кабинет входит Геннадий Александрович – мой личный помощник и моя правая рука.
– Гриша, как я рад тебя видеть, – двумя руками жмёт мою мою ладонь.
– Добьёшь, давай полегче, – отвечаю взаимной улыбкой.
– Ты живучий, как таракан. Тебя хрен завалишь, – по-свойски шутит.
– Я тоже безумно рад тебя видеть, дружище. Ты выполнил мою просьбу? Ну, ту, о которой я просил тебя по телефону.
– Само собой, – достаёт несколько листочков из папки и протягивает мне в руки. – Вот вся информация по твоей супруге за прошедшие восемь месяцев.
– Любопытно, – пробегаю глазами по бумагам.
Как мне рассказывали врачи, за эти восемь месяцев меня навещали только родители.
Анастасии словно след простыл. Ни единого раза девушка не соизволила прийти и побыть рядом с моим обмякшим телом.
Более того, с ней неоднократно пытались связаться, но, увы, девушка ни разу так и не ответила на звонок.
Забавно, конечно. Неужели Анастасия заочно похоронила меня и, недолго думая, занялась вопросом налаживания своей личной жизни?
Я очень хорошо знаю свою супругу и со стопроцентной вероятностью могу сказать, что она не могла так поступить. Вероятнее всего, её что-то заставило, и девушка отнюдь не по своей воле вычеркнула меня из своей жизни. По крайней мере, мне хочется на это надеяться.
– Тверь, значит, – читаю с бумажки название города, ставшего новым домом для жены.
С болью прикусываю язык. Судя по всему, девушка уехала из столицы сразу после покушения. Интересно.
Неужели Анастасию запугали и вынудили, побросав всё, бежать сломя голову?
– На её имя ИП оформлено, – Гена тыкает пальцем на следующую страницу. – Розничная торговля. Торгует овощами в небольшой лавке. Лавка, кстати, в Твери на слуху. Видать, была проведена мощная рекламная компания.
– Лавка с овощами, – задумчиво произношу я, разглядывая фотографию.
Анастасия никогда не питала особой любви к ведению бизнеса, а тут сразу ИП, и, судя по всему, весьма успешное. Интересно. Помог кто-то или сама?
– Что можешь сказать, Ген?
– Да что тут сказать? – пожимает плечами. – Лавка как лавка, ничего необычного. Товарный знак, как и ИП, зарегистрированы пару месяцев назад. Товар вроде как пользуется спросом у тверичан. Кстати вот, – пальцем указывает на конец листа, – завтра на центральной площади Твери состоится сельскохозяйственная выставка. Лавка Анастасии номинирована на награду «Открытие года».
– Даже так. А Настюша-то у меня не промах. Если за что возьмётся, так до ума доведёт, – ухмыляюсь своим мыслям и произношу: – Собирайся, Гена, на ярмарку едем.