София Булатова – Бывшие. Ты (не) забыл о сыне (страница 24)
Мог ли я до этого момента где-то встречаться с Лариной? Несомненно. Но девушка сама собственным языком сказала обратное и опровергла мою теорию.
Всё бы ничего, но во время крушения голову сковала страшная боль, и перед глазами всплыла картинка. Картинка, на которой Вера, явно на несколько лет моложе, чем сейчас, стоит передо мной в бальном платье и пристально смотрит мне в глаза.
Честно сказать, я не могу никак объяснить произошедшее. Мне непонятно, глюк это был или давно забытое воспоминание…
Вспомнить своё прошлое я уже особо и не рассчитываю, ведь все столичные доктора как один твердят, что частичная амнезия необратима и что это самое безобидное, чем я сумел отделаться.
– Ура! Нас заметили, – очередной восторженный вскрик девушки заставляет выйти из своих мыслей.
– Молодец, Кристина, – хвалю помощницу за отличную работу с фонариком. – Сообщи пилотам, – указываю в сторону мужчин, пытающихся который час починить сломанный винт, – чтоб складывали свои инструменты.
Через час мы уже летим обратно в город на вертолёте местной службы спасения.
– Пролетаем над населённым пунктом, можете сообщить своим близким, что с вами всё в порядке, – по громкоговорителю на ломанном русском вещает один из спасателей.
Пошарив в пустом кармане, вспоминаю, что отдал свой мобильник помощнице, а та до сих пор его не вернула.
– Кристина, ты куда мой телефон дела? – обращаюсь к задремавшей девушке.
– Телефон? Какой телефон? А, телефон, точно. Держите, – наконец проснувшись, протягивает мне в руки устройство.
Сотни, просто сотни пропущенных звонков от моих родных. И несколько сотен пропущенных от неизвестного номера, который я почему-то знаю наизусть…
Нажимаю на номер, смотрю историю звонков. Сотни пропущенных и один принятый входящий, датируемый сегодняшним числом.
Открываю подробную историю сегодняшнего входящего звонка и замечаю, что звонок был несколько часов назад и длился порядка двадцати секунд.
Моментально нажимаю «перезвонить», и измученный долгой работой телефон предательски отключается прямо у меня в руках.
– Кристина, – расталкиваю спящую помощницу. – С кем ты разговаривала по моему телефону, когда мы были в лесу? Какого хрена не сказала, что связь появилась?
Девушка резко распахивает украшенные длинными ресницами перепуганные глаза и произносит не своим голосом:
– Ни с кем… Связь на мгновение появилась, я только подключиться успела, и всё пропало, – по её интонации я сразу начинаю понимаю, что она явно что-то не договаривает.
– Кристина, давай не будем играть в игры. Я же всё равно перезвоню, когда мы приземлимся. А у тебя ещё есть шанс сохранить работу, – строго проговариваю и простреливаю девушку холодным взглядом.
– Д-девушка… – трясущимся голосом произносит помощница и через несколько мгновений добавляет, но уже более твёрдо: – Она требовала какие-то деньги за ребёнка. Я подумала, что это мошенница, и сбросила вызов.
– Что?! – вытягиваю на неё бровь в вопросительном жесте.
– Дмитрий Александрович, мы с вами уже больше четырёх лет работаем. Я когда-нибудь вас обманывала или когда-то умалчивала о важных для вас звонках? – парирует та и смотрит на меня честными, слегка мокрыми глазами.
Глава 14
До ближайшего населённого пункта добрались только к сумеркам. В пункте временного размещения наконец-то нашлась крупица цивилизации, и я сумел зарядить свой мобильник.
Листаю бесконечный список и всё понять не могу, кому же всё-таки принадлежит этот номер и почему я знаю его наизусть.
Недолго думая, нажимаю «перезвонить» и слышу в ответ женский голос автоответчика. Ну конечно, время уже вечернее, и тайный обладатель номера наверняка уже спит.
По-хорошему, в первую очередь надо позвонить невесте и сообщить, что у меня всё хорошо, но нет ни малейшего желания. Честно сказать, за ту неделю, что мне довелось провести вдалеке от цивилизации, я, пожалуй, ни разу не вспомнил о Марии.
Меня никогда к ней особо не тянуло, а после того как в наш дом зашла Вера, Мария мне и вовсе опротивела. Наверное, я бы никогда и не стал ввязываться в отношения с Щербаковой, если бы не моя дочь…
Накануне прошлого Нового года зареванная Анечка пришла ко мне и слезно просила, чтобы я позвал Марию к нам на праздник. А уже ближе к Рождеству ребёнок ошарашил меня новостью о том, что мечтает о такой маме, как Мария Петровна Щербакова…
Мозгом я понимал, что у меня нет никаких чувств к Марии. Она просто уборщица в моём доме и не более. Но душой чувствовал, что если моя дочь так тянется к этой женщине, то только ради неё я должен наступить себе на шею и попробовать завести отношения с Щербаковой.
Так я и поступил. Ради дочери я начал ухаживать за Марией. Спустя полгода свиданий я всё-таки решился и сделал ей предложение.
Считаю ли я свой поступок безумным? Нисколько. Если Анна сказала, что мечтает о такой маме, как Мария, значит, этому и быть. Ради счастья дочери я готов на всё. Ведь Мария была первым человеком, с которым Анна сумела сблизиться после смерти своих родных родителей…
Но так было лишь до того самого момента, пока Вера Викторовна не перешагнула через порог нашего дома.
С её приходом Анна будто бы вообще забыла о существовании Марии. За то время, что я провёл дома, она ни разу не вспомнила о ней, а только и рассказывала, какой у неё замечательный педагог по вокалу.
И в этом я с дочерью полностью согласен. После того как в нашем доме поселилась Вера, места для Марии не осталось ни в сердце, ни в мыслях.
Снова беру в руки мобильник и набираю номер дворецкого.
– Анатолий Николаевич, здравствуйте, – приветствую моментально принявшего звонок мужчину.
– Дмитрий Александрович, ну наконец-то вы вышли на связь. С вами всё хорошо? – обеспокоенно заговорил в трубку.
– Да, всё нормально. Командировка пошла не по плану, вертолёт сломался в воздухе, и пришлось совершить аварийную посадку посреди леса. А спасатели тут какие-то максимально хреновые, что-то нас особо никто не торопился вытаскивать.
– Какой кошмар, – Перунов заохал в трубку. – С вами всё в порядке?
– Всё нормально, Анатолий Николаевич. Подышал лесным воздухом. Можно сказать, в санаторий «Лесная сказка» съездил. Ты мне лучше расскажи, как домашние? Как Анечка, как Мария? – сделав небольшую паузу, добавляю: – Как Вера с сыном?
– Да, всё нормально. Анна сегодня ночует с Верой. Слёзно просила, решил, что вы были бы не против. Ну и завтра они все вместе на рыбалку собираются.
– Ого… Не думал, что Мария когда-нибудь согласится на активный отдых.
– А при чём здесь вообще Мария? – слышно, как Анатолий Николаевич слегка ухмыляется. – Рыбалку организовывает Вера для своего сына и нашей Аннушки.
– Хорошо, а Марию не позвали?
– Думаю, ей это не интересно. Сегодня был невольным свидетелем того, как многоуважаемая Мария перед своим уходом прямым текстом сказала Анне, что без вас ей не интересно целый день тухнуть в доме. Прошу прощения за подробности.
– Не извиняйся… Я уже и сам начал замечать странности в её поведении, – на выдохе произношу я.
Выходит, мне не показалось, что в последнее время Мария стала вести себя как-то странно и излишне нервно. Ладно, поговорю с ней, когда вернусь.
– Дмитрий Анатольевич, когда вас ждать? Анна после того, как узнала, что вы пропали, не находит себе места. Если бы не Вера, давно бы извелась.
– А на кой чёрт было вообще рассказывать пятилетнему ребёнку об этом?! – невольно начинаю строжиться.
Представляю какой стресс перенесла Анна, когда услышала эту новость.
– А это надо у Щербаковой спросить. Ну вы же знаете, что у Марии Петровны свои взгляды на воспитание маленьких детей, – с нескрываемой брезгливостью в голосе произносит мужчина.
– Хорошо, я понял. До связи, Дмитрий Анатольевич. Прилетаю ближайшим рейсом, – прощаюсь с дворецким и кладу трубку.
В мобильном приложении покупаю билет на ближайший рейс сегодня ночью. На перелёт уйдёт примерно часа три-четыре. До дома добраться должен как раз часам так к пяти утра.
За баснословную сумму денег продажные спасатели согласились какое-то время поработать в качестве моего персонального воздушного такси. И доставили меня на вертолёте, можно сказать, к дверям терминала.
Через полчаса я уже сидел в самолёте и смотрел на отдаляющийся пейзаж через стекло иллюминатора.
– Мама смотри! – радостный голосок Анечки касается моего слуха.
Опускаю взгляд на наручные часы. Пять утра.
Аккуратно, практически без звука, словно какой-то вор, подкрадываюсь по вымощенной дорожке к пруду и прячусь за ветвистой яблоней.
В самом деле рыбалку организовали. И к делу подошли как настоящие профессионалы. Соскочили ни свет ни заря, накопали червей и открыли охоту на моих декоративных карпов.
– Калпик! – восторженно выкрикивает Димка и из последних сил вытягивает килограммового карпа. Кажется, у него даже на лбу испарина проступила.
Смотрю на дочь и невольно расплываюсь в улыбке. Кажется, до этого момента я ни разу не видел её настолько счастливой…
– Дядя длакон! – первым меня замечает трёхлетний мальчуган.
– Привет, семь… – одёргиваюсь на полуслове, осознав, что Веру и её сына я не имею совершенно никакого права называть семьёй, ведь мы друг другу совершенно чужие люди.