София Брайт – Дети от предателя. Он не узнает (страница 5)
– Тебя это не удивляет?
– Нет, – спокойно отвечает она. – Я сразу знала, что так будет. Отношения на расстоянии редко какая пара выдерживает. И не внушал мне доверия твой Глеб.
– Почему ты мне об этом не сказала?
– А ты бы послушала меня?
– Вряд ли, – в вопросах сердечных сложно следовать голосу разума. И тем более не станешь слушать родителей.
– И как ты? – участливо спрашивает она.
– Плохо, мам, – говорю как есть. – Но это не все… – Сталкиваюсь с ее взглядом. – У меня будет двойня.
– Боже! – из ее рук выскальзывает ложка и падает на пол так, что брызги соуса разлетаются по линолеуму.
Я отвлекаюсь на то, чтобы убрать оранжевые следы с пола и помыть ложку, и в напряжении жду дальнейших маминых нравоучений.
– А он знает? – только спрашивает она.
– Знает.
– И что?
– Отправил на аборт.
– Вот же гад ползучий! – мгновенно выходит из себя она.
Снова замолкает, обдумывая ситуацию.
– Двойня… – только и произносит мама.
– Да, мам. И я… я буду рожать.
– Ох, доченька, – отходит мама к угловому диванчику и опускается на сиденье.
Бледная, безмолвная, она меня пугает.
– Мамуль, может, тебе валерьянки накапать?
– Не надо, дочь. Подожди, я с мыслью свыкнусь, – говорит она отстраненно.
Я ей не мешаю переваривать новость и заливаю соусом голубцы, оставляя их вариться. А сама начинаю крошить овощи.
– Двойня… – снова повторяет она. – Надо как-то отца подготовить. Хорошо, что твой гад в Америке. Иначе папа от него живого места не оставил бы.
– К такому не подготовить… – понимаю, что какие бы слова я ни подобрала, для него моя новость будет ударом.
– Ничего, дочь. Справимся. Тебя же вырастили, – слышу, как она всхлипывает.
– Мам, ну ты чего? – бросаю резку и подхожу к ней, присаживаясь рядом и обнимая ее. – Я понимаю, что быть матерью-одиночкой тяжело. Но я просто не могу иначе. Я уже люблю их и жду.
– Понимаю, – смахивает она слезы. – И не виню тебя. Вот только…
– Что, мамуль?
– Он же рано или поздно объявится. И случится это, когда не надо будет больше не спать по ночам, – снова начинает плакать родительница. – Явится тогда, когда твоя жизнь начнет входить в нормальное русло. А ты… дурешка такая, забудешь все и простишь его.
– Не будет такого никогда! Во-первых, он не объявится. А во-вторых, он предал меня, уничтожил как женщину. И я никогда не забуду присланные им десять тысяч на аборт. Теперь дети только мои.
– Помяни мое слово… – тяжело выдыхает она.
Но я уверена, что ни за что и ни при каких обстоятельствах не бывать этому. И мерзавец не узнает о существовании детей.
Но как там говорится, хочешь рассмешить Бога – расскажи ему о своих планах?
Спустя два года я не раз вспомню эту фразу.
А пока… пока я уверена в том, что сказала маме…
Глава 7
– Ну что, готова? – заглядывает в кабинет Ваня.
– Вроде как, – вытираю вспотевшие ладони о юбку и смотрю на Майкова, стараясь не показывать того, как сильно переживаю, что не оправдаю надежд.
– Лин, не волнуйся так сильно, – улыбается он, окидывая меня взглядом с ног до головы.
– Легко тебе говорить, ты не выпадал из жизни практически на полтора года.
– Да ладно тебе, не прибедняйся. Ты все равно выполняла заказы. За что я тебе очень сильно благодарен, – улыбается он задумчиво.
– Ты – мне? – нервно смеюсь. Все же не каждый день можно от начальника услышать подобную похвалу.
Да, Майков за два года стал руководителем отдела. И как только мои малышки немного подросли, начал уговаривать меня выйти к нему в отдел.
А когда поступил крупный заказ от международной компании, то предложил мне такую зарплату, что, посовещавшись с родителями, я решила воспользоваться предложением. А они будут на подхвате с Машей и Дашей.
– Конечно! Где еще мне найти таких профессионалов, – улыбается он.
– Ох, Ваня! – отвожу взгляд в сторону. – Смущаешь ты меня.
– Привыкай, Лина! Ты этого заслуживаешь.
– Спасибо, – прикусываю губу.
– Ну, увидимся, как и прежде, на обеде? – как ни в чем не бывало предлагает он. Будто он не мой начальник и я не его подчиненная, а мы по-прежнему стажеры.
– Посмотрим, отпустит ли меня начальник, – смеюсь, рассчитывая хоть как-то разрядить атмосферу.
– Считай, сегодня он тебе выдал бонус первого дня, – указывает на меня пальцами и, подмигнув, покидает мой небольшой кабинет.
Как только Майков уходит, я проверяю сообщения. Убедившись, что ни из садика, ни из дома мне никто не звонил, еще раз пробегаюсь по техническому заданию и приступаю к работе.
Вникать в новый проект всегда интересно. Я выполняю свою часть задания, параллельно списываюсь с остальными исполнителями и вношу коррективы в планирование работы.
– Готова? – заглядывает в кабинет Майков.
– К чему? – не сразу понимаю, что именно он имеет в виду.
– Обедать, Лина, – усмехается он, привалившись к косяку и рассматривая меня.
– Уже? – удивленно перевожу взгляд с него на часы и обратно.
– Да, уже десять минут как, – смотрит так странно.
– Блин, – вглядываюсь в экран монитора. – Я не хотела отвлекаться, чтобы успеть сегодня как можно больше.
– Ангелина, считай, это приказ от начальства. Иди обедать! – говорит строго, а у самого глаза улыбаются.
– Я просто боюсь, что не каждый день смогу так продуктивно работать. Все-таки у детей адаптация.
– Не волнуйся. Мы, кажется, это все обсуждали.
– Да, точно, – смущаюсь.
– А пока не нужно беспокоиться о том, чего не случилось. Ну так что, идем?