Софи Вирго – (не) счастье для Миллиардера (страница 22)
- Ой, - не кричит, не сопротивляется.
Сжимается немного, но это не страшно, переживем.
- Тебе идет моя рубашка. И мне нравится мой запах на тебе, - говорю прямо в шею и чувствую, как все ее тело покрывается мурашками.
- Я хотела сказать спасибо, - на рваном выдохе отвечает.
- Ну так говори, - и начинаю оставлять легкие поцелуи на нежной коже, проверяя, насколько она оправилась.
- Амир, - стонет, но голову в сторону наклоняет. Нравится ей, вижу, чувствую. – Прекрати, - и руки мои наигранно скинуть пытается.
Оставляю еще несколько поцелуев, и сам отстраняюсь. Завелся не на шутку. Даже еда не нужна, ее хочу. Дожился. Чтобы я, и от домашней еды отказался. Но замена хорошая. Домашняя девочка.
- Я пойду освежусь, а ты готовь. Мне двух сковородок мало. Останусь голодным, жарить начну уже я. Причем не сырники, а повариху.
Щипаю ее за попку и под возмущенный вздох, ухожу. Нужно успокоиться. Рядом с ней все идет кувырком. Особенно сейчас, когда все инстинкты кричат «взять». Мой дом, моя одежда, мой запах. Она вся моя. Хочу ее. Прямо сейчас, но рано. Пусть успокоится.
Терпение всегда вознаграждается. Я дождусь, когда она сама сделает шаг навстречу. Когда сама начнет ластится, когда испуг не будет тенью висеть в ее чистых глазах.
Сейчас она может храбриться, делать усилия над собой, чтобы победить страхи. Взять ее сейчас, велик риск навсегда потерять. Не могу допустить этого. Мы позавтракаем, обсудим, что будет дальше и будем просто рядом. В одной квартире, в одной комнате, на одной кровати. Пусть привыкает.
- Ты меня прогонишь? – робко спрашивает, когда появляюсь на пороге кухни в одном полотенце.
Щеки вспыхивают румянцем. Вышел инстинктивно, и не прогадал. Не испугалась. Просто замечательно. Но сейчас не об этом. Вопросительно смотрю на нее, давая понять, что жду продолжения.
- Я ослушалась тебя, еще и… они… я, - слезы начинают блестеть в ее глазах.
Лика выворачивает себе руки, прикусывает губы. Не сажусь, подхожу к ней и нагло сажаю на столешницу, пристраиваясь между разведённых ног. Снова спокойна, не паникует. Только страх в глазах, природа которого мне не совсем понятна.
- Успокойся, слышишь меня? – беру ее лицо в свои ладони и заставляю смотреть прямо в глаза. – Ты ни в чем не виновата. Виновники за это ответят. Ты не виновата.
- Но ты меня… - захлебывается словами.
- Что я тебя? Накажу, что пошла? – придвигаю ее к себе, чтобы почувствовала, что ничего не изменилось, на это ведь намекала.
Щечки краснеют. Красота.
- Это да, - малышка не отстраняется, наоборот тянется ко мне.
Хочет, чтобы поцеловал, взял, почувствовать, что не вру. Но нельзя. Ей нужно успокоиться. Наш первый раз не будет таким, не будет связан с этим днем.
- Ты допрыгалась, Лика. Больше никаких квартир, никакой жизни без меня. Поняла меня, - говорю ей прямо в губы, и вижу, как мутнеет ее взгляд.
Достаточно. Начинаю отстранятся, но она хватает меня за руку.
- Амир, - в глазах застыли слезы.
- Не сейчас, - глажу ее по волосам.
- Но… Ты ведь… Я не… не…
Боится говорить. Пробираюсь рукой под рубашку. Глажу кожу вдоль резинки трусиков.
- Поверь, я свое возьму, - глажу дальше, второй рукой наматываю ее волосы на кулак. – Но не здесь. Не сейчас. Не так. Тебе помогу, - пробираюсь за кромку трусиков, от чего она начинает рвано дышать.
- Как, - не договаривает, я продолжаю.
- Я возьму тебя на постели, когда ты будешь в белом плате, - оставляю легкий поцелуй на губах, пальцы все ниже. - С фатой в волосах, - прикусываю мочку уха, - и кольцом на пальце.
И тут срываемся оба.
Эпилог
- И почему ты мне раньше об этом не рассказывала? – поправляя фату в прическе, начинает возмущаться Кристинка, когда бабуля уходит в основной зал.
Не могу поверить, что Амир купил ей домину в элитном поселке рядом с нами. Ну как рядом, от нас далеко, но в этом городе. Если захочу в гости, полчаса и я рядом с родным человеком, и это по пробкам. Как она сопротивлялась, говорила, что у нее все подруги там, но мы прекрасно знаем, что ей не хотелось суеты с переездом, и чтобы Умаров тратил столько денег.
Но, когда Амир принес ей оформленные документы и начал все пожитки сгребать с полок, причем брал только фотографии, книги, то, что не мог купить взамен, бабуля сдалась.
Это все похоже на какой-то сон. Вот-вот проснусь. Все кажется нереальным.
Прошел всего лишь месяц, а моя жизнь так круто изменилась. Без психолога, правда не обошлось. Как бы я не храбрилась, как бы легко мне не было с любимым мужчиной, ночью меня мучили кошмары. Я каждую ночь оказывалась заперта в той аудитории и меня никто не мог спасти.
Амир будил меня, когда я кричала и через неделю поняла, сама не справлюсь. Не хочу вспоминать, главное, что уже несколько дней сплю спокойно и вижу во снах будущего мужа.
- Я жажду подробностей!
- Да какие подробности? – пытаюсь отвертеться от рассказа, как мне сделали предложение.
Тогда мне было не до того. Кристинка переживала обо мне. Да и Самир стал вокруг нее подозрительно тереться. Нам это объяснили тем, что пока Оксану кладут на принудительное лечение в лечебницу, а родителей лишают должностей, так будет безопаснее.
Мало ли что еще в голову мажорам взбредет. Мы обе понимали, что дело не в этом, но отделаться от цербера не могли. Умаров так и остался непреклонен.
К счастью, о том инциденте никто не узнал. Для всех я просто оказалась удачливой студенткой, которая непонятно как, охмурила миллиардера. И пусть. Мне же лучше. Доучусь год спокойно и начнется новая жизнь. Карьера, муж, дети.
Первое правда под вопросом, потому что Амир очень хочет детей, да и я не против. Не могу в это поверить.
- Анжелика! – уже откровенно требует подружка невесты.
- Что, Анжелика? Просто сказал, и все. В приказном тоне. Ничего не спрашивал.
Правда, говорил он это, когда творил безумство пальцами. У меня чуть искры из глаз тогда не посыпались. А он все говорил и говорил, что со мной сделает.
- Пора, - стук в дверь и довольный голос Умарова.
Кристина зеленеет от злости, а я радуюсь. После праздника допрос отложится.
Смотрю последний раз в зеркало и поправляю платье. Беру подругу за руку, и мы идем в зал. Нас провожает Самир, под недовольное пыхтение подруги. Мужчина говорит ей комплимент, а она фыркает. Пихаю ее локтем, чтобы не была букой.
Нравятся же друг другу. Нечего стерву включать. Локти потом кусать будет, когда «по-хорошему» закончится.
У входа в зал, стоит незнакомый мужчина. Черный костюм, белая рубашка и мой букет. Кто он? Напрягаюсь. Самир передает меня ему в руки и утаскивает Кристину. Паникую. Я его не знаю.
- Не волнуйся, Лика. Все хорошо. Меня зовут Карим. Уверен, Амир тебе обо мне рассказывал, - киваю.
Да, Амир говорил, что этот мужчина помог ему в свое время. Очень сильно помог. Буквально спас жизнь.
- Он не говорил, что вы будете здесь, еще и с моим букетом, - киваю на цветы и он передает их мне.
- Он сам не знал, что я приеду. Но не смог пропустить такое событие. Ему пора отпустить прошлое, и я рад, что он это делает. Ты – его светлое будущее, и если позволишь, проведу тебя к нему. Хочу сделать ему сюрприз.
Смотрю на него с подозрением. Но Самир ни слова не сказал, значит знает, доверяет. Несмело киваю мужчине и принимаю протянутый локоть. Мы входим в зал, идем мимо людей.
Умаров счастлив, но и удивлен. Когда подходим к нему, уже даже немного зол. Неужели я ошиблась?
- Счастья тебе, Амир. Я с миром к тебе, как и в прошлый раз.
- Я благодарен тебе, Карим. Всю жизнь буду перед тобой в долгу, но, - и замолкает.
- Меня не нужно звать. На праздник не останусь. Знаю, незваный гость. Но я благую весть тебе привез. Нет врага твоего. Живи спокойно, строй семью и приезжай в любое время. Все закончилось. Покажи жене родину, успокой душу. Все закончилось, мальчик. Все закончилось, - говорит и тянет руку.
Амир медлит минуту и все же пожимает протянутую ладонь. Оба выдыхают с облегчением.