Софи Вебер – Девочка Юсупова. Единственный наследник (страница 24)

Я жду этих же слов. Надеюсь, нам их скажут. С нашей малышкой непременно все будет в порядке и мы сможем с ней увидеться, сесть у кровати и взять ее за худенькую ручку. Алинка, кстати, сильно похудела. Сказывались многочисленные анализы перед операцией. Она капризничала, отказывалась есть. Даже с Кириллом за компанию не хотела.

Несмотря на все заверения врачей, что это норма, я нервничала. Волновалась, что моя малышка просто слишком слабая, а я пытаюсь протянуть ее через настоящие пытки. К счастью, доктор оказывается прав. Я понимаю это, когда он заходит в зал ожиданий со светящимся лицом. Здесь, знаете, не принято тянуть паузу, театрально вздыхать и выходить к родственникам пациентов с каменным лицом, по которому ничего не понятно. Здесь доктора не боятся радоваться за то, что операция закончилась и успешно.

— Спасибо вам, — шепчу доктору, пытаясь совладать со слезами, но они непослушно скатываются по моим щекам.

— Мы ведь обещали вам, что все будет в порядке. Операция плановая, никаких осложнений не предвиделось. Так и вышло. Теперь все зависит только от того, насколько сильна ваша девочка. При общении с ней мне показалось, что она настоящий боец, как и ее мама.

Доктор, конечно же, намекал на меня, но я знала ее маму, ее настоящую маму. Не была Люба сильной. Никогда. Иначе бы смогла взять себя в руки, но доктор прав. Алинка не такая. Она у меня боец, всегда завершает начатое дело до конца и никогда не сдается. Она уже через многое прошла и конечно, сможет восстановиться после операции.

Когда мы вошли в палату, я тут же бросилась к Алинке. Она была еще под наркозом, но это было и неважно. Я взяла ее хрупкие прохладные пальчики в свою руку и поцеловала их. От Алинки меня отвлекает Ирина. По пути в палатуей кто-то позвонил, но я совсем не обратила внимания, а теперь недоумевающе смотрю на телефон, который она мне протягивает.

— Дамир просит передать тебе трубку, — говорит тихо, а у меня сердце из груди выпрыгнуть готово. Дамир… Дамир хочет со мной поговорить. Позвонил!

Когда мы прощались, я была уверена, что он не станет этого делать. Он говорил, обещал, но я знала, что он не будет звонить, иначе не было никакого смысла в том, чтобы так скоро отправлять нас в другую страну.

Я быстро хватаю телефон из рук Ирины и прикладываю к уху:

— Да!

Глава 37

— Привет, — голос Дамира немного уставший.

— Привет, — отвечаю на выдохе.

Мне сейчас впору к стенке спиной прислониться и сползти по ней вниз, так сильны мои чувства после его звонка.

— Побудете с ней? — прошу Ирину, а сама быстро иду на выход из палаты.

— Как вы там? — спрашивает он.

Мне до сих пор кажется, что это сон. Я витаю где-то… не здесь. Но его голос реальный, а мое молчание затягивается.

— Нормально… насколько это возможно, конечно. Алинке операцию провели уже. Она от наркоза отходит.

Я замолкаю. Закусываю губу до крови. Хочется говорить и говорить, но больше — слушать. Пусть лучше он говорит. Если у нас мало времени, я хочу услышать его голос.

— Уверен, все будет в порядке, — серьезно говорит он.

Мы оба молчим, и я говорю первое, что приходит в голову:

— Я думала, ты не позвонишь.

— Так и планировалось, — признается. — Я нашел безопасный канал связи и… не удержался.

— Думаешь, ничего не выйдет?

— Не хочу об этом. Как вы устроились? Все нормально? Как клиника?

Дамир хочет, чтобы говорила я. Немного подумав, отвечаю. Нас все устраивает. Клиника прекрасная, врачи шикарные и видно, что профессионалы своего дела, не то, что у нас. Дамир слушает ее, не перебивая, впитывает информацию.

— Дом как?

— Я была там мимоходом, — признаюсь.

А ведь и правда. Мы были там всего час или два. Оставили вещи, я успела сходить в туалет, вот и все. Половину комнат я даже не видела, так что ничего путного сказать не могла, но была уверена, что дом в полном порядке.

— Мама ночует одна?

— Нет. Я Кирилла отпускаю с ней. Они подружились.

— Отдыхай тоже, — вдруг говорит он. — Ты похудела сильно и синяки под глазами появились.

Я это знала. В зеркало на себя боялась смотреть. Бессонные ночи не проходили даром, но спать было сложно. Надеюсь, после операции получится.

— Варвара, ты меня слышишь? — произносит Дамир настойчиво. — Ты ребенка носишь, должна думать о нем. Приеду — научу тебя отдыхать.

— Приедешь?

Я отчаянно зацепилась за одно единственное слово, будто и не слышала других.

— Приеду. Скоро. Сюрпризом. Если к тому времени не начнешь о себе заботиться — накажу.

Говорит серьезно, но я улыбаюсь. Неважно, что он скажет или сделает, главное, чтобы приехал. Поскорее.

— Я буду, — заверяю его. — Честно буду заботиться.

— Уходи сегодня на ночь домой, прими нормально душ, отоспись.

— Я здесь неплохо сплю, — возражаю. — Мне дали отдельную кушетку и ванная у нас есть.

— И сколько ты моешься? Две минуты? Варя, — рычит Дамир предостерегающе.

Я и сама знаю, что мне пора отдохнуть от больничного запаха и вечно белых стен, да и Кириллу не помешает побыть хотя бы день с мамой. Но как оставить Алинку одну?

— Я поеду, — обещаю Дамиру и себе заодно.

Вот дождусь, когда Алина придет в себя, скажу ей, что она проведет день с бабушкой и уеду домой, приму душ, побуду с сыном. Нам это нужно. И ему и мне. Даже не знаю, кому из нас сильнее.

— Вот так лучше. Я еще позвоню, узнаю у мамы, отдохнула ты или нет.

— Я через пару дней, — предупреждаю сразу.

— Варвара… — грозно.

Я понимаю, что он переживает не только обо мне, но и о нашем еще не родившемся ребенке. И виню себя за то, что не могу думать об этом тоже. Не могу уделять время всем одновременно. Интересно, когда родится малыш, я смогу правильно распределить свое время для деток?

— Мне пора, — говорит Дамир совершенно неожиданно.

Я знала, что мы не сможем долго разговаривать, но когда Дамир произносит это вслух, сникаю. И чувствую, как слезы наворачиваются на глаза. Он должен быть здесь. Рядом с нами.

— И почему мокроту развела? — спрашивает.

Я шмыгаю, не зная, что ответить. Не сразу понимаю, что Дамир не мог понять, что я плачу, а когда это понимаю, телефон падает на пол, а я срываюсь в ту сторону, где с шикарным букетом роз и плюшевыми игрушками стоит мой Дамир.

В первые секунды мне кажется, что это и не он вовсе, я просто кого-то перепутала. Увидела похожего мужчину, но с каждым шагом понимаю, что не ошиблась. Это действительно Дамир. Налетаю на него, обнимаю за шею. Вдыхаю запах. Родной. Знакомый. Приятный. Он тут же заполняет меня, разгоняя по венам нежность.

— Как ты мог мне звонить? — говорю возмущенно.

Дамир стоит, улыбается. А я чувствую себя на седьмом небе от счастья. Надеялась ли я, что он прилетит? Господи, нет! Я даже не думала о таком. Я даже о звонке не смела мечтать, а теперь он тут.

Протягивает мне мишку плюшевого с красным бантом.

— Для Алины. А это… — кивает на такого же, только с синим. — Для Кирилла.

— Розы маме? — уточняю с улыбкой.

— Договоришься, — хмыкает и дает их мне. — Твои они. И еще кое-что привез, но покажу дома. Мы прямо сейчас с тобой отсюда едем.

— Дамир… мы не можем, Алинка еще не пришла в себя.

— Знаю, но так же знаю, что моя мама справится. Я уже договорился. Тебе и нашему ребенку нужен отдых. А ты нужна мне. Варя, я улетаю послезавтра. У нас два дня. Ты с Алиной проведешь еще минимум месяц. Подари мне эти два дня. Мама справится, обещаю.

Я и так знаю, что Ирина справится. Не сомневаюсь даже! Она за эти дни, что с нами ни разу не дала в себе усомниться.

— Идем, — берет меня за руку и ведет в палату. — Позови мать сюда, скажем ей, что уходим, хотя я и так уже предупредил.

— Она знает, что ты здесь?