Софи Росс – Сдайся мне (страница 9)
— Нормально. Спасибо, что мимо не прошел. Мне бы точно голову пробили, и лежал бы я под кустом сейчас.
— Мы тогда поедем с феей, — он переводит взгляд на меня и подмигивает, усмехаясь разбитыми губами.
А меня здесь вообще кто-нибудь хочет спросить о моих дальнейших планах?
Мирон утягивает меня к выходу, даже приподнимает над полом, когда я пытаюсь тормозить пятками.
— Не шали, — оборачивается через плечо, чтобы сказать мне это, и предостерегающе сжимает посильнее мое несчастное запястье.
— Я вообще-то пришла в гости к подруге, тебя здесь никак не должно было быть, — шиплю на него в ответ.
— Погостила? — он нахально улыбается. — Пора и честь знать. А теперь еще и на такси тратиться не придется. Смотри, малышка, какой я молодец — сэкономил добрую часть твоей стипендии.
— У тебя какие-то странные представления о стипендиях… — бурчу себе под нос, больше не препятствуя вести меня к выходу под удивленный взгляд Ив.
Снова придется перед подругой объясняться. Если бы какой-то неотесанный медведь на моих глазах утаскивал Иванну, мне бы тоже стало любопытно, а не надо ли, собственно, вызывать соответствующие органы.
— Завтра расскажу, — шепчу ей одними губами, натягиваю улыбку, заметив, как она боязливо сжимает телефон в ладони.
На улице меня сразу же обдает порывом холодного ветра. Зябко поежившись, я стараюсь разглядеть в темноте все неровности асфальта, но зрение меня немного подводит.
Я улетаю вперед и впечатываюсь в слишком твердую для моего бедного носика спину, ухватившись за накачанные крупные руки Мирона.
А вот не будь его здесь, я бы распласталась в грязи. Выходит, он сэкономил мне не только деньги на такси, но и уберег мою все-таки скромную стипендию от аптечных трат, которые непременно пришлось бы совершить во благо моих стесанных коленей и вывернутого запястья.
Падать удачно мне никогда не удавалось.
— Если так хотела меня полапать, ангелок, могла бы просто попросить. У меня обычно не получается отказывать девочкам, — Мирон так и стоит, замерев на месте с моими руками на его теле.
А я почему-то так и не могу сделать шаг в сторону.
— Ты не сможешь отказать, если одна из них попросит тебя совершить убийство?
— А кого ты хочешь прикончить моими руками, Динь-Динь? Уж не того ли смазливого блондинчика?
— Нет, я не настолько жестока, чтобы лишить большую половину женской части нашего университета объекта их влюбленности, — размышляю, осторожно обходя Мирона по левому боку.
— Тоже входишь в их число? — как-то слишком резко интересуется, заставив меня развернуться, чтобы наши глаза нашли друг друга.
— Я для себя еще не определилась.
Какое он вообще имеет право задавать мне такие вопросы? Я бы поняла, если бы на его месте был мой старший брат. Вот как Илья у Ив. Он всегда напрягается, когда его младшая сестренка находит новый объект, на который можно тайком пускать слюни.
Последним таким был Дженсен Эклз. Илья серьезно половину вечера пытался выяснить у Ив, с кем она связалась на этот раз, а мы просто вдвоем пересматривали первый, самый лучший, между прочим, сезон «Сверхов».
Потом до него все же дошел подвох, Илья понял, что его сестра втрескалась не в студента по обмену, а в сурового бородатого известного мужика, который Ив в отцы годится.
Погрузившись в воспоминания того забавного вечера, я не сразу понимаю, что моей попе как-то слишком холодно. А все потому что Мирон успел оттеснить меня к темного цвета машине и усадить на капот, встав точно между моими каким-то чудом раздвинутыми ногами.
— Холодно, — обиженно заявляю, поерзав на ледяном металле.
— Волшебной палочки у меня нет, но согреть могу и без нее, зефирка.
А вот теперь становится неуютно. Потому что голос у Мирона скатывается в какую-то опасную хрипотцу, из-за которой волоски на руках электризуются и встают дыбом, а попе внезапно становится очень даже тепло. Горячо.
— Не надо меня греть, мне уже не холодно. Просто немного неудобно.
— Что с тобой надо делать, скажи? Что надо сделать, чтобы ты у меня из голов исчезла, фея? Вместе со всей своей наивностью и детской придурью. Кому надо душу продать, с кем договориться, чтобы мне тебя не хотелось? Совсем не хотелось, Динь-Динь.
Открываю рот и тут же захлопываю обратно. Он что, пьян?
Мирон никогда мне не говорил ничего подобного. Никогда. Почему сейчас? Когда-то я бы…я бы умерла, чтобы услышать от него именно это.
Каждый раз в прошлом после наших встреч я приходила домой, ложилась и пялилась в потолок. Перебирала в голове все, что мне удавалось запомнить. Обрывки фраз, отдельные слова… Я цеплялась абсолютно за все, за каждую мелочь. Искала двойные смыслы, скрытые мысли.
Но не находила.
Теперь это явь. Придумывать ничего не нужно. И мне не показалось, я точно знаю. Тяжелое дыхание, которое ощущается слишком близко, прямое тому доказательство.
— Ничего не надо, — мотаю головой. Руки не слушаются. Мне бы оттолкнуть его, а я наоборот вцепляюсь в черную куртку пальцами, рискуя понаставить зацепок от скользящих по ткани ногтей. — Ты собирался отвезти меня домой.
— Собирался. Я много чего собирался сделать. С тобой, — Мирон приближается к моим губам, и я наклоняюсь назад, потому что…
Не готова.
Не так.
Не сейчас.
Мне все это ни к чему.
Я его забыла. Забыла ведь, да? Заперла в сердце мою первую любовь, закрыла на дюжину замков, чтобы
Бум.
И все взлетело на воздух. Искры, залпы и полная каша в голове.
— Боишься меня? — Мирон замечает мою дрожь и трактует ее совершенно не в том направлении.
— Домой хочу, — ухожу от опасного вопроса, поворачиваю голову так, чтобы чужие губы прижались к щеке.
— Как скажешь, малявка.
Я вспыхиваю, когда он припоминает старое прозвище. Молочу кулаками по его плечам от обиды, смаргиваю слезы, которые одновременно леденят и обжигают.
Большая мужская ладонь ложится на затылок. А потом я одним резким движением ложусь на капот. Теперь я на лопатках.
Набираю побольше воздуха в легкие, втягиваю со свистящим шумом.
— Кричать будешь? — Мирон нахально трется носом о мою щеку и будто…дышит?
— Буду. Очень громко.
Мне тяжело под ним. Он навалился своим телом, большей частью веса.
— Помогите, спасите, насилуют? — кривит губы, ниже нагибается.
Теперь вообще некуда деваться.
— Помогите. Спасите. Насилуют… — шепчу сипло, запрокидываю голову, в очередной раз избегая поцелуя.
— Нехорошо людей обманывать, Диана. Придется сделать так, чтобы последнее стало правдой.
Глава 7
Я открываю рот, чтобы закричать, но на него тут же ложится горячая ладонь.
Фу, микробы. Он этой рукой вообще-то дверь открывал и в лифте нажимал на кнопку. Кривлюсь и пытаюсь укусить Мирона, но он только сильнее наваливается. Еще чуть-чуть, и дышать мне будет действительно трудно.
Черт возьми, почему он столько весит? Вроде ведь не страдает лишним весом, а сдвинуть с места такую махину все равно не представляется возможным.
— Убрать руку? — дразнит меня своим дурацким вопросом, свободная ладонь протискивается под мою спину, и Мирон заставляет меня вжаться сильнее в твердую грудь.
Медленно киваю, скосив взгляд вниз.
— Мы нарушаем общественный порядок, — говорю, когда движению моих губ больше ничего не мешает. — Это хулиганство, оно наказывается штрафом либо арестом до пятнадцати суток. А в случае если нас нечаянно застукают дети…
— Сексуальная мелкая зубрилка, — перебивает меня Мирон, сверкая нахальной улыбкой.