Софи Росс – Мой (не)бывший муж (страница 6)
Я, кажется, стала какой-то фригидной после бывшего мужа.
— Пожалуйста, не в этот раз… — пищу сбивчиво, пытаюсь выбраться из крепких объятий мужчины, который в очередной раз остался неудовлетворенным.
— Малышка, что не так? — обиженно сопит мне на ухо, но старается держать себя в руках.
С момента нашего знакомства мы ни разу не ругались, но еще пара таких вот обломов на ровном месте и Костя точно выскажет мне все.
— Я еще не готова к этому. Мне нужно привыкнуть к тебе, понимаешь? Но если ты не готов ждать…
Где-то в глубине души я хочу, чтобы он не был готов. И, кажется, это поселилось во мне после встречи с Марком.
— Ну что ты такое говоришь, моя хорошая? — он обнимает меня, поправляет сбившуюся футболку. — Тебе нужно время, это нормально. Мы не будем торопиться.
Костя уезжает где-то в одиннадцать. Я провожаю его, привычно мажу губами по щеке. Мы проводим время на моей территории, потому что мне так удобнее. Если бы я приезжала к нему, то мы бы ночевали вместе — Костя точно уговорил бы остаться у него на ночь.
А делить с кем-то кровать — слишком интимно для меня.
Удивительно, но засыпаю я практически сразу. Организм реагирует на стресс крепким глубоким сном, и на утро глаза я открываю лишь после третьего будильника.
Хорошо, что мой внутренний параноик заводит минимум десяток штук с очередностью в пять минут.
Я не знаю, что ждет меня на работе. Приезжаю в офис по инерции, на улице сталкиваюсь с Настей. Она курит на улице, выглядит какой-то взлохмаченной и перевозбужденной.
— Подождешь меня? Вместе зайдем, — она обнимает меня, я морщусь незаметно от Насти, потому что теперь тоже буду пахнуть сигаретным дымом.
— Бросала бы ты, — киваю в сторону зажатой между пальцами тлеющей сигареты, демонстративно нахмуриваю брови.
— Бросишь тут с такой работой.
— О чем ты?
— Да я приехала минут двадцать назад — сбежала от нового любовника. Хотела накраситься как раз, а у нас маски-шоу начались. Романыч наш, по-моему, влетел крупно. Сейчас весь отдел трясти будут. Документацию требуют, в компьютеры ко всем по очереди лезут. Как думаешь, кого на его место поставят? — Настя задумчиво накручивает волосы на указательный палец. — Тобой, кстати, тоже интересовались. Ну я им объяснила, что у нас рабочий день еще официально не начался. Накосячить, что ли, где-то успела?
— Вроде нет, — быстро отвечаю. — Им, наверное, надо быстрее со всем разобраться. Почему от любовника убегала? Так плох оказался? — перевожу опасную тему в нейтральное русло, а у самой в голове картинки, как мне цепляют наручники на запястья. Машинально растираю их пальцами.
— Две минуты, Ладка. И это вместе с прелюдией. А потом всю ночь рассказывал мне о своих бывших, очень удивлялся, что я ему кровать не залила. Гаденыш живет на другом конце от меня, знаешь во сколько мне бы такси обошлось? Вот и пришлось терпеть. Так он с меня еще утром завтрак потребовал…
Настя распаляется и жалуется на что-то еще, пока я судорожно пытаюсь придумать, что мне сейчас делать.
Как связаться с Марком, если я удалила его номер в день, когда мы подавали заявление?
Он дал два дня на принятие решения, а мне потребовалось меньше суток на то, чтобы поджать лапы и захотеть явиться к нему с повинной.
До рабочего места я добираюсь как в тумане. Зачем-то сжимаю телефон в ладони, несколько раз проверяю список контактов.
— Влада Евгеньевна? — молодой парень отключает мой ноутбук от питания, клеит на него какую-то бумажку. — Идите за мной.
Я никогда не была в кабинете генерального. В глаза то Воронцова видела только один раз, на прошлом корпоративе — он себе жертву выбрал, и они укатили вместе в ближайший отель. Суворова потом хвасталась своим повышением и смущенно опускала глазки, когда мужская часть коллектива странно на нее поглядывала.
Когда я вхожу в кабинет, меня накрывает дежавю.
Марк опять занимает чужое кресло. На этот раз я хотя бы не хочу хлопнуться в обморок — мне даже как-то спокойнее становится, когда я вижу бывшего мужа.
Паренек с моим ноутбуком в руках чуть ли не в реверансе расплывается перед Ольховским и спешит ретироваться из кабинета.
— Я согласна принять твое предложение, — выпаливаю, прежде чем Марк успевает что-то сказать. — Но у меня есть одно условие.
Задерживаю дыхание.
Глава 3
Надо было развернуться и оставить решать все адвокатам, когда впервые после долгого времени увидел бывшую.
А теперь эта маленькая дрянь засела у меня внутри.
Повело так, что даже любовницу пришлось новую искать. С темными волосами вместо блонда, такую же худую, без видимых выпуклостей в тех местах, которые особенно хочется трогать.
Всю ночь с девки не слезал. Думал, отпустит к утру.
Оно и отпустило, пока Влада снова на глаза не попалась.
Вижу, что боится меня, а все туда же — условия какие-то ставить.
С ней всегда так было. Характер свой показывала. Этим и зацепила поначалу, потом уже чаще придушить хотелось, когда вот лишь бы наперекор сделать, из вредности. Вывести меня, а потом признать ошибку и ластиться кошкой в попытке помириться.
— Что за условие? — спрашиваю с напускным безразличием, жестом предлагаю занять свободный стул. Сам не двигаюсь, чтобы Влада лишний раз не шарахнулась от меня куда-нибудь в стену.
— Ты ко мне не притронешься, — упрямо стоит на месте, поджимает губы. Трясется вся, если приглядеться.
— Совсем? — выгибаю бровь.
Долго думал, как придется перед Агриппиной выкручиваться. Хотел даже максимально похожую «женушку» найти — обратился в агентство, штук сто анкет перебрал, а все не то. На идею забил, но тут так удачно оригинал подвернулся. Грех было не воспользоваться.
— Марк, ты понимаешь, что я имею в виду.
Да лучше бы не понимал.
В жизни баб не насиловал, никого не принуждал. А тогда обо всех принципах забыл. Бухал всю ночь в офисе, рожи чьи-то видеть совсем не хотелось. Бутылка опустела — планку и сорвало. Перед глазами только видео с Владой, в ушах ее тихие стоны, которые она только мне должна была дарить.
Вернулся в дом, увидел ее и накинулся. Подробностей не помнил, после того как проснулся — все-таки литр виски в одну харю. А вот голос ее в памяти всплыл сразу.
Владу нашел на втором этаже в спальне. Выдохнул, узнав, что ей все-таки удалось выбраться из-под меня. Сама мне об этом сказала, когда я уговаривал в больницу поехать, чтобы ее осмотрели.
Дверь она тогда так и не открыла.
— Ты меня не интересуешь в этом плане, я уже, кажется, говорил, — безбожно вру, потому что у меня на нее стоит. Даже сейчас, когда она и смотреть в мою сторону не хочет.
— Что… — запинается. — Что дальше?
— Пиши заявление по собственному.
— Зачем?
— Хочешь попасть под раздачу? — отвечаю вопросом на вопрос. — Сейчас в твоей шарашке полетят головы, Влада. Твой отдел будут трясти так, что тебе и не снилось. У тебя будет, чем заняться, так что я просто предлагаю тебе отсечь лишнюю головную боль сразу.
— А как же две недели, которые я должна буду отработать?
— Заявление напиши, остальное я решу, — наблюдаю за тем, как бывшая жена топчется на месте, и не выдерживаю. — Да сядь ты уже. Думаешь, я на тебя прямо здесь наброшусь?
— Я вообще не хочу о тебе думать, Марк. Но, к сожалению, так вышло, что помочь мне можешь только ты. Хоть я и до сих пор не вижу твоей выгоды.
— Она есть, Ольховская, — специально поддеваю Владу своей фамилией, которую она так и не сменила.
Влада поможет мне обеспечить спокойствие близкого человека. Это стоит первостепенным в списке, но у меня есть и собственный эгоистичный интерес — все это время ей придется жить в моем доме, на моей территории, и это отличная возможность поиметь ее во всех позах, чтобы вытравить из головы. На этот раз с концами.
Нахожу в столе чистый лист, беру первую попавшуюся ручку. Воронцов долго рвал и метал, когда я слил ему всю информацию по его компании и делам, которые здесь проворачивают. Он обещал вернуться из Доминиканы в кратчайшие сроки, а пока предоставил мне свой кабинет в полное пользование. На законных основаниях тут хозяйничаю.
— Садись и пиши, — отодвигаю стул, сам специально отхожу к окну, чтобы Влада могла выдохнуть. Мне, может, и нравится пожестче, но я все-таки не моральный урод. Такой животный страх, как у Влады сейчас, меня не заводит. — В отдел кадров я сам отнесу.
— А вещи я свои хотя бы смогу забрать?
— Я тебя, вроде, не на рынке рабов покупаю, откуда такие вопросы?
Опять в мою сторону летит затравленный взгляд.
Бледная, дергается от каждого шороха. На стуле самый краешек заняла, постоянно голову поворачивает и из-под ресниц следит за мной. Ведь и не скажешь, что такая девочка на подлость способна.