Софи Росс – Хозяин её жизни (страница 38)
В некотором роде, она — идеал для таких, как мы с другом. Никогда не выносит мозги на тему нашей деятельности и стоит в стороне без вопросов, когда это нужно.
Были у меня девочки, которые велись на образ «плохого парня», а потом со временем начинали дуть губы и ставить ультиматумы, мол, или твой бизнес будет полностью чистым, или я ухожу. Я молча выбирал второй вариант, пинка разве что для ускорения им не отвешивал.
Связалась с мужиком, заранее зная все про его жизнь — не пытайся крутить хвостом и вставать в позу, потому что это никогда не сработает. Скорее вышвырнут тебя, чем развернут свою жизнь в противоположную сторону.
И дело здесь даже не в любви, или как назвать то, когда малышка не идет из головы. Дело в принятии человека со всеми его косяками, которые заранее были известны.
Охрана сбежавшей воровки уже успела выяснить, в какой квартире она затаилась, так что с этим у меня проблем не возникает. Оставляю ребят пока дежурить, на случай если перепуганная девица решит поиграть в спринтера и рванет от меня на своих двоих.
В подъезд попадаю вместе с какой-то бабкой, лифт здесь тесный и оплеванный, меня даже передергивает от вида зассанных стен и вони, которая стоит в воздухе. Лучше бы лестницу выбрал.
— Газом у вас тут пахнет, девушка, жалоба поступила. Надо бы проверить, а то взлетит все на воздух, на нашу службу потом всех собак спустят, — специально встаю так, чтобы меня не видно было в глазок, потому что газовщики точно носят с собой какой-нибудь чемоданчик и так не одеваются.
— У меня все в порядке, я ничего не чувствую. Но если жалоба… — сначала из-за двери раздается слегка писклявый женский голос, а после я слышу, как эта сестрица начинает ковыряться ключом в замке. — Давайте только быстро…
Девчонка визжит, когда я резко дергаю дверь на себя и вталкиваю ее вглубь квартиры, где нет лишних свидетелей. Приходится зажать ей рот ладонью, потому что эта сирена способна докричаться до соседей на девятом этаже, с учетом того, что мы на шестом.
— Да не ори ты так, уши закладывает, — нависаю над ней, прижав трепыхающуюся девчонку к стене, вглядываюсь в ее лицо, пытаясь найти хоть какое-то сходство с Авророй.
Они совершенно разные.
Моя девочка мягкая и нежная, с естественными чертами, а эта явно балуется какими-нибудь уколами.
Вместо губ — пельмени. Стандартно «рабочий» рот.
— Сейчас я уберу ладонь, чтобы нечаянно тебя не задушить, но при одном условии — ты перестаешь орать. Кивни, если поняла.
Девка послушно кивает, но, как только я убираю руку от ее лица, начинает сиреной визжать еще громче и даже умудряется заехать мне когтями по шее. Надеюсь, бешенством она меня не заразила.
— Попробуем еще раз, — моя ладонь опять прижата к ее губам. Они ведь не лопнут от такого? — Я могу тебя вырубить, но в этом случае возни будет больше. Впрочем, ладно, надавить тебе на шейку не составит труда. Хочешь по-плохому? — отрицательный кивок, руку пока убирать не спешу. — Ни единого лишнего звука. Попробуешь еще что-то выкинуть — окажешься без сознания.
Не люблю я бабам угрожать, но выбирать особо не приходится.
— У меня ничего нет!
— Знаешь, детка, когда так говорят — не стоит верить. Если тебе показалось, что я тупой, спешу разочаровать. На твои оленьи, хреново играешь, кстати, тренируйся в свободное время, глазки я не поведусь. Рот тоже можешь закрыть, сейчас этот способ не сработает, даже при условии твоих глубоких умений, — отхожу на пару шагов, обвожу хату взглядом.
Обычная раздолбанная хрущевка с ремонтом прошлого века. Так и не скажешь, что девчонка подрезала сумму, на которую некоторые люди всю жизнь живут.
— Кто ты? — она смотрит так, что не остается сомнений — девчонка готова напасть в любой момент. — Я не видела тебя раньше.
— Потому что меня не интересуют обычно второсортные шлюхи, — не собираюсь с ней церемониться. — Собирайся, прокатимся с тобой в одно место, а там решим, как у тебя судьба дальше сложится.
— Слушай… Как тебя хоть зовут? — девчонка включает режим обольщения. Прикусывает губу, стреляет взглядом, будто бы случайно поправляет футболку так, чтобы в вырезе виднелось больше.
— Тебя мое имя заботить не должно.
— Грубо, — кривится в ответ на мою резкость и подходит близко, чтобы провести ногтем по моей груди.
— Ты не услышала меня? Одевайся, мать твою, или прямо так поедешь, — перехватываю ее за предплечье и отбрасываю руку. Хрен знает, сколько она членов этими пальцами дрочила. А я брезгливый, между прочим.
— Тебя не учили, что с девушками так обращаться не принято? Мы ведь нежные существа, любим ласку… — она опять тянется ко мне, и на этот раз я не буду таким добрым.
Заламываю ей руку и вжимаю девчонку грудью в стену, пока она хнычет и пытается вывернуться из моей хватки. Только хуже ведь себе делает.
— Слушай сюда, цветочек, блядь, я здесь сейчас не шучу с тобой. На меня не действуют все эти приемы, так что просто закрой свой рот и натяни штаны. Мне-то в принципе пофиг, хоть в трусах довез бы, но мы едем к приличным людям, — я специально надавливаю сильнее, когда она пытается перебить меня очередным бредом. — А заодно ты мне расскажешь, куда дела бабки и что еще успела подрезать у Талиба.
— Ничего! Больше ничего! Отпусти меня, урод, мне же больно!
Ну не так уж ей и больно, силу я все-таки контролирую. Неприятно — факт. Унизительно, возможно.
— Телефон, ноутбук где? Еще какая-нибудь техника есть?
— Только телефон. На тумбочке. Больше ничего нет, честно.
Отпускаю девчонку, сразу же достаю симку и ломаю ее. Запускаю телефоном в стену, он разлетается на части, а девчонка едва опять не начинает горланить от испуга.
— Тихо. Это для твоей же безопасности. Лучше перестраховаться, чем потом думать, как выпутаться из очередного дерьма.
В следующую секунду эта наглая обольстительница ухмыляется и демонстративно снимает с себя шорты. Поворачивается ко мне задницей и специально наклоняется пониже, чтобы трусы натянулись на ее заднице, обрисовав мне вид, от которого я, видимо, должен немедленно поплыть.
— Я и получше видел, можешь не стараться. У меня на тебя не встанет, даже если замаячит перспектива последнего секса в моей жизни. С голой жопой поедешь или перестанешь меня злить? — усмехаюсь в ответ и чувствую острое недовольство из-за того, что я не повелся на такую шикарную жопу, в которую, уверен, она бы дала мне без лишних вопросов.
У меня есть уже одна задница, от вида которой член твердеет. Остальные как-то меркнут на фоне малышки.
Стоит мне отвлечься на перекур, как девчонка прямо за моей спиной сначала кидается к шкафу, а потом с сумкой наперевес несется в коридор, намереваясь в очередной раз удрать с бабками.
Только вот я дверь предусмотрительно запер, пока она от шока шлепала своими губищами, а ключик-то вот он, в кармане.
— Ты этим ничего не добилась, только вывела меня окончательно из себя, — бросаю сигарету в грязную кружку, разминаю пальцы, чтобы попугать слишком смелую девку, и нагоняю ее у закрытой двери, которую она, по-моему, пытается своим плечом снять с петель.
Это только в кино ее так можно вынести, на деле же и у меня вряд ли получится открыть ее таким способом.
Насколько вообще высок шанс того, что Аврора сильно расстроится, если я привезу ей сестру в слегка непригодном для разговора состоянии?
Ладно, вру. Не слегка.
С человеком без сознания поговорить точно никак не получится.
Глава сорок девятая. Аврора
Первым моим порывом, когда я увидела Карину, было обнять ее, но от сестры веяло таким холодом, что я не решилась даже подойти к ней ближе.
— Так это из-за тебя все? — Карина даже не поздоровалась. Просто сразу накинулась на меня с явным намерением выдернуть несколько клочков волос.
— Стоять и не дергаться! — Дамир ловко перехватил ее за руку, когда она занесла ту над моей головой, и огрызнулся так, что даже мне стало страшно.
Представляю, что должна чувствовать сестра на моем месте.
— Меня заводит, когда ты такой. Может, повторим то, что было в машине? — моя сестра начала урчать в сторону Дамира, а я на каких-то инстинктах отшатнулась от них и обняла себя руками.
Неужели они?..
— Ну ты и сука, конечно, — Дамир брезгливо откинул ее руку и шагнул ко мне. — Ничего не было, маленькая. Мне пришлось пристегнуть ее наручниками к двери, чтобы она не лезла к моей ширинке.
— Сначала он пристегнул меня наручниками, а потом, когда я не могла сопротивляться… Это было горячо, сестренка. Одобряю твой выбор. Не то что этот дохляк с маленьким членом из бара.
Что?
Она говорит о Диме? О том Диме, который еще недавно был моим парнем?
— Чего стоишь и глазами хлопаешь? Мы кувыркались, сестренка, пока ты его к себе не подпускала. Какого тебе узнать, что я забрала все твое? — сестра улыбается, чувствуя свое превосходство.
А мне внезапно становится жаль ее.
Просто по-человечески сочувствую Карине, потому что она придумала какие-то несуществующие вещи и пытается доказать мне свое превосходство, в то время как я хотела бы просто наладить дружеские отношения между нами. Быть сестрами, которые действительно интересуются делами друг друга и иногда ходят вместе по магазинам.
— Мне жаль тебя, — выдаю ей свое откровение и позволяю Дамиру обнять меня.
— Что? Тебе меня? Да ты себя видела вообще? Серая мышь! Посмотреть не на что. Ты не сможешь удержать такого мужика, советую быстрее смириться с этим, — она стреляет взглядом в Дамира и призывно облизывает свои пухлые губы.