Софи Росс – Чёрный феникс (страница 35)

— Не знал, что на втором свидании мне будет позволено трахнуть тебя. Помнится, на первом ты даже от поцелуя отказывалась. Поначалу, — подначивает меня, за что, вполне оправдано, получает в лоб скомканной салфеткой.

В своё оправдание могу лишь сказать, что это и не свидание было.

Быстро съедаю свою часть бутербродов — мне всё ещё ножом по сердечку так их называть. Кошусь на оставшиеся в тарелке Матвея, на что он с усмешкой и язвительным комментарием отсыпает мне добрую их часть.

— Тебя прокормить — постараться надо, — я лишь щурюсь и отправляю в рот очередной кулинарный шедевр.

Засыпаю я в тёплом коконе под тёплое дыхание в шею и ладонь на моём животе.

На следующее утро, едва открыв глаза, я пытаюсь понять: это была часть моего сна или Матвей прошептал мне на ухо именно то, что я услышала?

Глава сорок первая. Матвей

— Где ты всё это взял? И как вообще мужчина твоих габаритов может передвигаться настолько бесшумно? — сонно глазами хлопает, изобилие еды на деревянном подносе разглядывает, в одеяло кутаясь от моего слегка плотоядного взгляда, который возник, стоило мне кусочек её обнажённого тела увидеть.

— А тебе не приходило в голову, что весь секрет в моих ночных стараниях? — в краску Вредину вгоняю, намекая на её полуобморочное от оргазмов состояние перед сном. — У тебя просто не было сил глаза открыть, когда я утром тут гремел. Ты предпочла сделать вид, что спишь в абсолютной тишине.

Честно, думал, что разбужу малышку. По закону подлости сшибал на своём пути всё, что не приколочено было, а потом ещё и осколки с пола собирал, когда на выходе из комнаты локтем с комода стакан смахнул. Хорошо ещё, что пылесос автоматический бесшумно по полу катается — надеюсь, всю крошку стеклянную собрал, тщательно, на заявленные производителем несколько десятков тысяч своей стоимости.

— Я могу согласиться с твоим вариантом. И даже язвить не буду. Цени.

— Ценю, — покорно головой киваю, мы оба улыбаемся.

— Но всё равно на повестке остаётся первый вопрос.

— Купил. Или ты думаешь, у меня хобби новое появилось? Воровать в магазинах завтраки для… — хотел продолжить, но на мои губы легли женские пальчики.

— Спасибо.

Если от простых булочек в её глазах столько счастья — что я в них увижу, когда подарок вручу?

Мимо ювелирного проходил, заглянуть решил, когда глазами за рекламу какой-то эксклюзивной коллекции от именитого дядьки зацепился. В итоге забрал единственный экземпляр подвески в виде крыльев из невероятно тонких завитков и поблёскивающих камней. Когда в руках держал — сломать боялся.

Хрупкость напомнила о той, что мирно сопела в моей постели.

— Сиди здесь, у меня ещё кое-что для тебя есть, — футляр на столе оставил, из памяти стерлось, пока над кофе колдовал.

Слёзы ввели меня в ступор.

Не такой реакции я ожидал

Они по щекам катились, пока малышка на крылья смотрела и от круассана кусочки отщипывала, пачкая руки в шоколаде, который внутри был.

— Не знал, что у меня настолько ужасный вкус, — шутка, конечно, но на украшение я мельком ещё раз взглянул. Мало ли, помутилось что-то.

Вроде нет, такая же симпатичная вещица.

— Давай, это, обратно их, — костяшками влагу со щёк стёр, ладонь её с очередной порцией завтрака перехватил и осторожно вытянул очередной кусок с начинкой в рот, зубы слабо сжав, чтобы девочка в себя пришла.

— Красивое такое.

— Русалочка заговорила. Чего стряслось-то? — застежку на цепочке подцепил и застегнул на шее Вредины, не удержавшись и проведя пальцами по выступающим из-под одеяла холмикам груди.

— Просто я забыла, насколько ты можешь быть милым и романтичным. Не знаю. Я очень скучала, Матвей, — имя моё называет, а я готов вечно слушать, как оно её голосом звучит. — Так сильно, что иногда хотелось перестать дышать, — на шёпот срывается и в глаза мне смотрит.

Наизнанку выворачивает от этой её откровенности. У самого дыхание перебило на несколько секунд от такого признания.

Я ведь ей уже сказал то, что давно рвалось на волю. Правда, Вредина спала в этот момент. Теперь надо с духом собраться и повторить, потому что более подходящего момента и быть не может.

— Люблю тебя, моя маленькая плакса. Знаешь, я ведь всегда думал, что чушь всё это для пятнадцатилетних фантазёрок. Что вполне себе в одиночку справлюсь, а потом как-нибудь для галочки в паспорте. А когда тебя встретил, понял, что так можно лишь существовать. Не жить. Ты мир мой перевернула, под кожу забралась и душу всю вынула, чтобы собой заменить. Ну, чего ты так смотришь? — я и сам, признаться, удивлён. Хотел три слова сказать, а оно вон как полилось.

— Я думала, что мне показалось ночью, — кажется, она настолько была ошарашена первым предложением, что дальше уже перестала слышать.

Оно и к лучшему. У меня ещё будут попытки более связно донести всю глубину. Без лишнего сумбура.

— Ты всё-таки слышала? С другой стороны, повторение никогда не помешает. Закрепили информацию, — отшутиться пытаюсь, чтобы обстановку разрядить, а то серьёзно всё слишком.

Аппетит ещё пропадёт у Вредины. А я старался, между прочим. Фрукты, вон, нарезал фигурно, чтобы на сердечки было похоже.

Кривые, но если приглядеться…

— Так, возвращаемся в эту вселенную и начинаем активнее жевать. Не зря же я всё это делал. Где вообще мои поцелуи заслуженные, женщина?

— Какие такие поцелуи?

— Лучше наглядно показать.

И сам её целую, шоколад с губ слизывая. Пусть оттаивает постепенно и в себя приходит, пока я нагло пользуюсь положением и одеяло стягиваю с её тела, поднос с едой подальше убрав.

Высокий слог, как Вредина ранее говорила, конечно, хорошо, но куда больше мне нравится ощущать мою женщину под пальцами.

Доказательства её реальности.

Она никуда не исчезнет.

Глава сорок вторая. Матвей

Дьявольское кошачье отродье не хотело меня принимать даже с подношениями.

Рыжик сидел в стороне и с увеличенными глазами наблюдал за попытками своего сородича напасть на меня из-за угла. Видимо, не понимал такой тактики. Зачем иметь близкий контакт и перспективу получить по лапам, если можно зайти с другой стороны и напакостить в, грубо говоря, тапки?

— Поиграем? — мальчуган протянул мне большую пожарную машину на пульте управления, убедился, что я крепко держу такое сокровище, и побежал, кажется, за экземпляром для себя.

Мой ответ был не таким уж важным.

Игрушку взял — согласился.

После моего признания прошло около сорока восьми часов. За это время Вредина успела забронировать билеты на нас двоих аж с тремя пересадками, а я закончил все дела в немецком отделении отцовской фирмы и полностью передал управление подходящему, надеюсь, человеку, который лишь приумножит плоды моей работы.

Провожали меня цветами и аплодисментами. Помощница моя даже прослезилась — странно, но я себя в этот момент почувствовал хорошим человеком.

— Всё собрала? — Вредина уже должна была упаковать всё своё добро, но по её растерянным глазам я понял, что придётся ехать в магазин за ещё одним чемоданом. И это в лучшем случае. Шучу, конечно, но я бы не удивился.

Вылетать нам сегодня вечером, со своей квартирой я уже разобрался, вещи поместились в один чемодан, который сейчас лежал в багажнике арендованной машины.

— Кажется, у нас будет серьезный перевес, — перехватывает у меня пульт управления и на первом же повороте машинка под её руководством врезается в косяк. Беда.

— Меня больше волнует, что твоя живность после такого стресса сожрёт нас обоих вместе со всеми костями, когда мы их дома из переносок выпустим.

На самом деле, я надеюсь, что будет кого выпускать. Уж слишком часто натыкался в сети на истории про жестокое обращение с животными, которые летают в специальном отсеке. Вредине я говорить об этом не стал, она и без того волнуется. Вон, даже руки дрожат.

Убираю пульт в задний карман, накрываю её ладони своими и осторожно вожу пальцами по коже, чтобы она хоть немного успокоилась и на секунду выдохнула. Хорошо, что малой убежал за каким-то паровозом — у нас есть время побыть наедине.

— Почему в двадцать первом веке не могу изобрести телепорт? Зашёл в одном месте, а вышел в совершенно другом уголке мира. Очень удобно, — фырчит куда-то в плечо и прижимается ближе, в то время как я ощущаю частое биение ее сердца.

— Поттера своего перечитала, малышка? Ты, кстати, самолёты как переносишь? Спокойно? Боюсь, что провести весь путь на моих коленях тебе бортпроводники не позволят, — смеётся, кусает меня в шею, вампирша маленькая, а я по волосам её глажу, распутывая слишком туго затянутый хвост.

Сквозь пальцы пряди пропускаю, Вредина жмурится довольно и вибрировать будто всем телом начинает, когда я затылок массирую осторожно, надавливая в нужных местах.

— Солнышко, помоги Алексу на кухне, пожалуйста. Он решил, что его помощь незаменима, но боюсь, что от таких тщательных стараний мы рискуем остаться без обеда, — Виктория привлекает наше внимание, вынуждая прервать эту короткую идиллию.

— Пойду спасать нашу еду, — малышка ускользает из моих рук.

Характером девушка точно пошла в мать. Женщина тоже волнуется — это чувствуется по срывающемуся в некоторых местах голосу.

Ох уж этот трепетный пол.

— Я бы хотела поговорить с Вами, Матвей.