Софи Росс – Чёрный феникс (страница 20)

— Ты подумал о моём предложении? — отец опять заводит эту пластинку, когда мне почти удаётся выбраться из комнаты в блаженную тишину.

Сейчас, когда мне нужно до вечера успеть смотаться в другой город, потому что некоторым людям нельзя доверять управление чем-то масштабным, я на секунду хочу вернуться в офис, где всё было по расписанию вышколено и доведено до автомата.

Бросить к чертям все форс-мажоры, жить по чёткому плану и получать свою заслуженную зарплаты в один и тот же день.

Всего на секунду.

Я вспоминаю свои эмоции от открытия очередной студии, вспоминаю сколько трудов вложено в уже существующие проекты и меня отпускает. Мне нравится то, что я делаю, хотя порой и приходится спать по три часа в сутки.

— Никогда не любил немецкий язык, — много же времени понадобится отцу для окончательного принятия направления моей жизни. Всё никак не уймётся пытаться направить меня на путь истинный.

На студии приходится разбираться с просроченными платежами. Чувак просто складывал себе деньги в карман всё это время, а потом слинял в неизвестном направлении, когда разные коммунальные структуры забили тревогу.

На штраф по аренде мне даже смотреть не хочется.

В итоге несколько часов я разбираюсь с бумажками, то и дело отправляя за очередной порцией кофеина девочку-администратора.

Мы с ней давно знакомы, так что я с удовольствием перепоручаю ей должность сбежавшего идиота. Понаблюдаю некоторое время, если будет справляться — оформим официально.

Убитый просто в ноль возвращаюсь обратно. Усталость от стольких часов сегодня за рулём валит с ног, но желание хотя бы просто поговорить с Врединой побеждает.

Выхожу на балкон, прижимаю телефон с уже набранным номером плечом к уху и вытаскиваю сигарету из только открытой пачки.

Казалось, мы только один вечер провели вместе, но всё равно на меня накатила такая острая тоска от того, что в моей квартире прямо сейчас никто не отдирает прилипший омлет от сковородки, на которую забыл налить масла, и не пританцовывает рядом под какую-то невероятно бесящую попсовую песню — с музыкальным вкусом у Вредины беда, я успел вчера в этом убедиться.

Мне даже кота под ногами резко стало не хватать.

Под гудки в трубке я мысленно подбираю слова. Малышка вчера говорила о том, что лишилась работы, но от помощи моей отказалась.

Я в какой-то степени понимаю, она поведала мне о своём бывшем придурке, который и помогал ей устроиться, но всё равно неприятно от сравнения — понятно же, что Вредина боится во второй раз потерять нагретое место в случае чего.

Только я всё равно по знакомым поспрашивал: одна девочка откликнулась и предложила место на собственном электронном портале. Штука довольно развитая, на рекламе делает неплохие деньги.

— Привет, — Вредина тихо выдыхает в трубку, а у меня на морде довольное выражение разливается, когда в ответ здороваюсь. — А я уже почти отключилась.

— Это значит, что на тебе сейчас какая-нибудь миленькая пижамка? — в голове уже картинки вовсю сменяются. Торможу себя, потому что здоровый сон никто не отменял. — Как у тебя день прошел? Больше никаких внезапных гостей в окне не было?

Начинаю напрягаться, с ответом Вредина тянет на несколько моих затяжек.

— Давай не сейчас? Не хочу вспоминать.

— Малыш?

— Лучше расскажи нам что-нибудь. Мы тут с котом в обнимку слушаем твой голос.

— У меня есть для тебя один вариант подработки. Я тебе скину контакты, напишешь сама, поболтаете с девчонкой о возможных вариантах.

— Но… — пытается сопротивляться, но как-то не слишком грозно. Вчера она мне вилкой угрожала.

— Без «но», просто сделаем вид, что у тебя их нет, — мягко подавляю попытку восстания и переключаюсь на какую-то забавную историю из прошлого.

Постепенно удивлённые комментарии сменяются редкими полусонными звуками. Вредина совсем засыпает, пора закругляться.

— Спят усталые игрушки, книжки спят. Тебе тоже пора, малыш.

— Стой, подожди. Можно один вопрос? — быстро тараторит, я посмеиваюсь.

— Давай.

— Как тебя зовут?

— Спокойной ночи, прелесть.

Тушу сигарету, свободными пальцами тыкаю по маленьким буквам на клавиатуре, буквально через одну минуту отправляя сообщение моей Вредине.

«Матвей».

«Приятно познакомиться, Матвей» — и следом фотография с кусочком пижамы в верхнем правом углу.

Всё остальное пространство занимает котяра со счастливой мордой. Вряд ли он оказался бы согласен, но я был бы рад поменяться с ним местами прямо сейчас.

Глава двадцать шестая. Матвей

— Слушай, мужик, у тебя есть планы на эти выходные?

С самого утра торчу в студии. За это время успел принять нескольких клиентов, с одним из которых мы, наконец, завершили масштабный проект на всю спину. Только-только замотал его в пленку и отправил домой, у самого всё тело затекло сидеть скрюченным несколько часов.

— Да вроде не имелось, — в помещении мы одни со Стасяном, так что можно позволить себе немного размять мышцы и разогнать кровь по венам парочкой упражнений.

Это, пожалуй, единственный минус моей работы.

— У нас тусовка намечается, хотим базу снять и отгулять последние тёплые дни с размахом.

— Ты вообще погоду видел? Там льёт без перерывов.

— Прогноз обещает сжалиться. Солнце и вполне приемлемо выше нуля без осадков. Соглашайся. Можно даже с плюс один, — Стас издевательски поиграл бровями, за что получил от меня мокрым полотенцем по наглой роже. — Я тоже не один буду.

— С каких это пор ты приезжаешь «со своим»? — вообще он тот ещё любитель отдыхать без заморочек, флиртуя на каждом углу, после чуть ли не считалкой выбирая себе женщину на ночь.

— С таких, — как-то слишком резко, будто защищает эту пока что мифическую девчушку. — Короче, моё дело простое — предложить. Дальше сам думай. Давай, я погнал, — ударяем ладонями, и я остаюсь в студии один.

В свободные минуты сегодня получалось с Врединой переписываться.

Она всё-таки спрятала свою гордость и написала моему знакомому редактору, так что теперь малышка обеспечена какой-никакой работой, а я немного подуспокоился: не будет с хлеба на воду перебиваться.

Вообще мне нравится идея провести с ней время на природе. Не совсем, конечно, глухой лес, но воздух точно чище нашего загазованного.

Снять бы отдельный домик на сутки, если получится, чтобы не толкаться в одном с посторонними ей людьми. Девочка хоть и бойкая, но что-то мне подсказывает: не особенно она любит большие компании.

Все дни до выходных я методично подкидываю в голову Вредины аргументы «за». Сначала она сопротивляется, находит сотню нелепых отмазок, но на каждой я почему-то улавливаю скрытое послание.

«Уговори меня».

В финале выясняется, что какая-то её подружка тоже будет в «Фаворите», так что в пятницу Вредина крутится в сборах у меня под носом в моей футболке — она стаскивает их с меня прямо на пороге, когда я прихожу к ней в квартиру, и тут же с довольной улыбкой бежит переодеваться.

Я даже притащил ей из дома несколько нетронутых с ещё свежими бирками из магазинов, но она всё равно каждый раз раздевает меня, а потом, когда я ухожу, выдаёт на замену похищенной те, что были принесены.

Маленькой фетишистке нравится мой запах.

За это время я успел осознать, что не хочу выпускать Вредину из своих рук. Не в прямом смысле, конечно — ментально, если так вообще можно выразиться.

Мне нравится, что она каждый раз скидывает мне список продуктов для очередного ужина, а потом, в самый неподходящий, блин, момент, докидывает несколько забытых пунктов — приходится возвращаться. Нравится, что между нами нет каких-то напрягов или недомолвок.

Всё настолько легко, что я не успел заметить момент, когда мы стали действительно важны друг другу.

Перешли черту, за которой желание засыпать вместе лишь нарастает.

Неделя прошла спокойно: ни бывший Вредины, ни одна чокнутая беременная на горизонте не объявлялись.

Лорка укатила куда-то, к врачу с моей матерью они должны пойти в следующую среду, он пока в отпуске. Зализанный с цветочками тоже вроде отступился — Рокси рассказывала о встрече с его женой.

Та ещё семейка.

— Хочешь чего-нибудь? — тормознул на заправке, повернувшись к пригревшейся на переднем сидении малышке.

Она тут же потянулась ко мне и обвила руками за шею, прижавшись своими тёплыми губами к моим. В последнее время её вообще довольно часто пробивает на всякие нежности, хоть раньше я и не задумывался о том, что она может быть настолько хрупкой и мягкой.

Ёжик спрятал колючки и расслабился.