Софи Ларк – Тяжёлая корона (страница 6)

Следующим ударом я промахиваюсь буквально на дюйм. Парень берет свой кий и осматривает стол. Быстро и плавно Себастиан забивает двойку и четверку. Он твердо упирается своими длинными пальцами в войлок, удерживая кий, и ему достаточно бросить взгляд на шар, чтобы рассчитать угол, с которого он его ударит.

Парень невероятно точен и невероятно уверен в себе. Он забивает также первый и пятый шар, прежде чем промахнуться с третьим.

Я даже не заметила, что все это время стояла не дыша. Я понимаю, что если снова промахнусь, то шансов у меня, скорее всего, не останется.

Нахмурившись, я подхожу к столу, словно это поле битвы. Я представляю себе, где окажется биток после каждого удара, чтобы убедиться, что не помешаю сама себе. Определившись со стратегией, я быстро забиваю десятый, двенадцатый и пятнадцатый шары подряд.

Теперь у меня остается только восьмерка. Она прижалась к тройке Себастиана. Оба шара находятся довольно близко к левой угловой лузе. Я боюсь забить их вместе, если не буду осторожна.

Я прицеливаюсь, и мне удается разделить шары, загнав восьмой в лузу, а третий оттолкнув в сторону. Биток откатывается слишком далеко и дрожит на краю стола. Если он тоже упадет в лузу, я проиграю. Но он остается на месте.

Я беру стодолларовую купюру Себастиана и засовываю ее в лифчик.

– Я выиграла, – говорю я.

– Кажется, я отвлекся, – замечает он.

– Что ж, ты не первый, – уверяю я.

Мужчины вечно переоценивают свои способности. И недооценивают мои.

– Сыграем еще раз? – предлагает Себастиан.

– Удваиваем ставку?

– Не уверен, что у тебя есть деньги, – говорит парень с нахальной улыбкой. – Кроме тех, что ты забрала у меня. Как насчет того, чтобы… за каждый забитый мною шар ты снимала один элемент одежды? Я буду делать так же.

Я усмехаюсь, качая головой. Это явная уловка.

С другой стороны… я не могу устоять перед искушением унизить его еще сильнее. Я с удовольствием выиграю игру, глядя, как он стоит там в своих боксерских трусах.

– Ладно, – соглашаюсь я. – Но я разбиваю.

– Ты разбивала в прошлый раз, – замечает Себастиан.

– Так или никак.

– Ну что ж, значит, так, – низким голосом решительно говорит он.

Себастиан снова выставляет шары, а я занимаю свое место по другую сторону стола. Я разбиваю, хоть и не так аккуратно, как в прошлый раз. Лишь один шар попадает в боковую лузу – третий – да и тот едва-едва. Я бросаю взгляд на Себастиана.

– Это один, – говорю я.

– Разбивка тоже считается? – спрашивает он.

– Разумеется.

– Как скажешь, – пожимает плечами парень.

Скрестив руки перед собой, он хватается за края черной футболки и стаскивает ее через голову, и я не могу отвести взгляд от его длинного худого торса, загорелого и мускулистого. Он даже более подтянут, чем я себе представляла. У Себастиана широкие плечи и грудь, рельефные мышцы живота. Полоска темных волос тянется от пупка к поясу джинсов. Я провожаю ее взглядом до самого низа.

Когда я снова поднимаю глаза, парень ухмыляется, глядя на меня.

– Нравится? – спрашивает он.

Я презрительно перекидываю хвост через плечо и снова поворачиваюсь к бильярдному столу.

Не знаю, то ли от вида полуобнаженного Себастиана, то ли из-за того, что я торопилась продолжить игру, но следующим ударом я промахиваюсь. Хуже того, биток оказывается в лузе, так что мой соперник может поставить его куда угодно.

– Chyort! – раздраженно вскрикиваю я.

Еще больше меня бесит самодовольное выражение лица Себастиана, когда тот встает у стола. Даже не целясь, он забивает десятку.

– Твоя очередь, – говорит парень.

Он имеет в виду, что моя очередь раздеваться, а не бить. Я сердито снимаю левую туфлю. Это «Маноло Бланик», и я не в восторге от мысли, что мне придется надевать ее после того, как испачкаю стопу о пыльный цементный пол.

Себастиан забивает и двенадцатый шар.

– Не будешь же ты стоять на одной ноге, – ухмыляется он.

Я снимаю правую туфлю, и теперь мое сердце бьется чаще. Я собиралась побеждать, а не подставлять себя под удар. Поверить не могу, что промахнулась.

Себастиан забивает пятнадцатый шар в угловую лузу.

Я угрюмо снимаю резинку с хвоста, и мои волосы свободно рассыпаются по плечам.

– Не уверен, что это считается за одежду, – говорит Себастиан.

– Нет, считается, – раздраженно шиплю я.

– Как скажешь.

Он с легкостью забивает четырнадцатый.

Черт.

Мне стоило приодеться, прежде чем соглашаться на эту игру.

Медленно я тянусь за спину, чтобы расстегнуть свое мини-платье цвета электрик. Оно и так скрывало не многое, но вскоре будет видно еще больше.

Я спускаю лямки, и платье падает прямо в грязь. Теперь очередь Себастиана потерять свою челюсть.

Что ж, по крайней мере его реакция вызывает у меня удовлетворение. Парень выглядит слегка ошеломленным, словно его только что ударили по голове. Он даже не пытается сделать вид, что не скользит взглядом по моему телу в черном шелковом лифчике и трусиках.

Надеюсь, что моя фигура окажет на него тот же эффект, и Себастиан промажет.

Однако все случается ровно наоборот, и парень поворачивается к столу с новой решимостью в глазах. Если раньше он лишь забавлялся, то теперь он настроен серьезно. Себастиан намерен победить.

Следующий удар будет непростым. Мои шары пересекают его траекторию и мешают нанести точный удар. Парню приходится отбивать девятку от стенки, чтобы отправить ее в боковую лузу.

Себастиан бьет по мячу немного не по центру, и на секунду мне кажется, что он промахнется. Но шар ударяется о край лузы и падает внутрь.

Парень молча поворачивается ко мне лицом.

Не знаю, почему я так волнуюсь.

Я не думала, что игра зайдет так далеко.

Внезапно я осознаю, какой он на самом деле высокий, особенно теперь, когда я без каблуков, и понимаю, что мы здесь внизу одни в полумраке, а наверху громко играет музыка, и никто нас не услышит. Темные глаза Себастиана почти не видны в тени надбровных дуг.

Ставка есть ставка.

Трясущимися руками я тянусь за спину, чтобы расстегнуть лифчик.

– Погоди, – говорит Себастиан.

В два шага он преодолевает пространство между нами и смотрит вниз мне в глаза. Парень пока не касается меня, но я ощущаю жар, исходящий от его обнаженной груди. Я прижата к бильярдному столу, отступать некуда.

– Ты не обязана раздеваться, – говорит он.

Я облизываю пересохшие губы.

– Но мы заключили пари.

– Мне плевать, – отвечает он. – Мне нужно кое-что другое…

Я смотрю в его карие глаза, вижу в них золотые искорки, замечаю, какие густые и темные у него ресницы.