Софи Ким – Дар Имуги. Книга 1. Сделка на смерть (страница 5)

Его голос звучал бархатисто и мягко, но я не упустила таящуюся в нем смертельную опасность. Приподняв бровь, он недоверчиво смотрел на булочку.

– Это обычное для вас дело – появляться на крышах из ниоткуда?

Слова вылетели у меня прежде, чем я успела их обдумать.

Токкэби взглянул на меня из-под густых черных ресниц и усмехнулся. Его кроваво-красные губы изогнулись в великолепной улыбке.

– А для вас, я так понимаю, обычное дело – сбрасывать с крыш наивкуснейшую еду?

В тот момент, когда на мне остановился его дразнящий серебряный взгляд, что-то кольнуло мое разбитое кровоточащее сердце.

– Традиция Сунпо. Считается, что это приносит удачу.

– Правда?

В его глазах я уловила улыбку. Он видел меня насквозь. Не от смелости, а из чистого упрямства я попыталась выдержать его пристальный взгляд. Первой отведу взгляд точно не я…

– На что ты уставилась?

В воздухе повисла неловкая пауза.

– Ни на что.

Он промолчал, а на его лице отразилось какое-то необычное чувство, отчего я мигом залилась краской и пожалела о своем остром языке. Но через мгновение искра, вспыхнувшая в его взгляде, погасла, оставив только насмешку.

– Сдается мне, что я ошибся крышей.

Я недоверчиво ответила, глядя на него:

– Да, это не та крыша.

– Не та крыша, значит?

– Ага…

Губы токкэби едва заметно дрогнули в ухмылке.

– Прощай, – непринужденно сказал он.

Как-то слишком уж непринужденно для древнего бессмертного, который понятия не имеет о том, что такое сахарная булочка.

Я затаила дыхание, надеясь распознать любое проявление злобы или недоброжелательности. Токкэби молчал, а его ухмылка становилась все шире, и вдруг быстрым движением руки он подкинул вверх обе мои булочки. Секунда – и снова рябь, снова аромат лакрицы и сливы, снова тень…

Он исчез…

А подброшенные им булочки на долю секунды зависли в воздухе, а затем упали вниз, на оживленную рыночную площадь.

Невозможно… Этого не могло быть…

Я упала на колени, едва не потеряв равновесие.

Токкэби… здесь… в Сунпо.

Он говорил со мной.

Я не верила… это было невозможно… у этого должно было быть какое-то объяснение.

Я потерла лицо трясущимися руками.

Либо токкэби действительно появился передо мной и завел разговор о выпечке, либо у меня были галлюцинации. Последний вариант звучал гораздо правдоподобнее… На трясущихся ногах, оглушенная, я еле-еле спустилась с крыши.

И снова ощутила запах темной лакрицы и цветущей сливы, просачивающийся сквозь гнилой и кислый запах улиц Сунпо. Мне казалось, что с каждым моим шагом аромат только усиливается. Я чувствовала холодок, бегущий по коже, несмотря на жару летнего дня.

Я растерянно шла мимо покосившихся деревянных домов, чьи соломенные крыши того и гляди провалятся, смотрела, как женщины, сидя на этих крышах, обмениваются дневными сплетнями.

Разница между другими районами Сунпо и Монетным двором поражала. Его архитектура отличалась от всего в этом королевстве. Дом Чернокровых представлял собой большое, огороженное от остальной части города здание с черепичной крышей, в каких проживают люди высшего сословия. Этот Дом выглядел впечатляюще даже для Монетного двора и был раз в пять выше других построек. Правда, он все равно не мог сравниться с Домом Когтей.

Дом Чернокровых был лишен изысканности старого заброшенного дворца, расположенного на противоположном конце королевства, на окраине Города рыб у моря Ёнвангук. Здесь не было ни впечатляющих лестниц из белого камня, ни блестящих черных колонн под изумрудными крышами. Не было ивового сада или пруда с карпами кои, переливающимися всеми цветами радуги, не было и постоянного смеха – музыки любви и музыки жизни.

Во дворце царили шутки и озорство, пляски и вино. Воры, шпионы, хладнокровные убийцы – все они смеялись, поднося к губам бутылки с вином и победно крича: «Да здравствуют Когти! Да здравствуем мы!»

Теперь наш Дом был заброшен – сад зарос сорняками, ивы клонились под собственным весом к засохшей траве. Только призраки и духи усопших населяли эти места.

У меня внутри все сжалось. Я чувствовала, как горе острыми когтями впивается в бесполезный орган под названием «сердце». От горячих слез мое зрение затуманилось настолько, что, приближаясь к черной каменной стене, я едва заметила Чернокрового, охранявшего вход. Вот почему стремительный сильный удар в живот оказался столь неожиданным.

Я отшатнулась, хватая воздух ртом. Одну руку прижала к горлу, другая сама рванулась к кинжалу.

– Ах ты, сука! – закричал Чернокровый. – Чертова сука! – Он замахнулся, чтобы нанести очередной удар.

Что я сделала?

Я уклонилась, откатившись в сторону по твердому булыжнику, которым была вымощена улица, и снова вскочила.

– Где он?! – выкрикнул Чернокровый с такой яростью, что на его лбу вздулась вена, и с силой швырнул меня обратно на булыжники. – Где он, демон тебя побери?

Он ударил меня в челюсть. Я зарычала, сплюнула кровь и, вскочив на ноги, метнула в него кинжал. Чернокровый отскочил. Кровь текла у меня по подбородку.

– Где кто? – спросила я.

– Не ври, ты, отродье Когтей, – прошипел он. – Не ври мне, мерзавка!

Я оскалила в ехидной ухмылке окровавленные зубы.

– Вы, Чернокровые, все одинаковые… – пробормотала я. – Объясни, в чем дело?

Его лицо исказилось от злости. Он выхватил из ножен на боку серебряный клинок.

– Сука! – тяжело дыша, прошипел он и снова бросился на меня.

Отлично… Если он хочет играть по-жесткому, значит, будем играть по-жесткому. Я прошептала молитву Ёмре – богу смерти и правителю Чосына. Именно его я иногда представляла стоящим за моей спиной и направляющим каждое мое движение своими бледными окровавленными пальцами. Произнеся его имя, я почувствовала, как напряглись мышцы.

Когда Чернокровый оказался на расстоянии вытянутой руки от меня, я стала двигаться так, как учил меня Юнхо, – смертоносно быстро, подобно гадюке.

Два молниеносных движения, и я застала его врасплох. Прижав противника к стене и поднеся кинжал к его горлу, я усмехнулась про себя.

– Спрошу еще раз… – тихо прошептала я, когда кинжал кольнул его в шею и кровь хлынула по лезвию клинка. – Где кто?

Чернокровый нервно облизнул губы, вся его ярость мигом куда-то подевалась. Но он не успел произнести ни слова. Я вдруг почувствовала, как нечто холодное и острое ткнулось мне в спину. Сердце начало бешено колотиться.

– Брось кинжал! – Голос Асины пронзил мой слух, а ее дыхание обожгло мне кожу.

Во рту пересохло, и я тут же ослабила хватку.

– Сейчас же!

Мое оружие упало на землю, и я успела увидеть, как Чернокровый, пройдя мимо, плюнул мне на сапоги.

Асина схватила меня за правое плечо:

– В кабинет Калмина! Живо!

Глава 5

В доме царил хаос. Повсюду толпились Чернокровые, они лихорадочно размахивали оружием, а их голоса звучали громко и сердито.

Но я не успела ничего разглядеть. Асина протащила меня мимо толпы, втолкнула в пустой кабинет Калмина и захлопнула за собой дверь.

В тот же миг женщина с яростью бросилась на меня, схватила за горло и швырнула на пол. Я стиснула зубы, чувствуя, как на глазах выступили слезы. Она склонилась надо мной, выставив вперед кинжал.