Софи Ирвин – Советы юным леди по безупречной репутации (страница 35)

– С моей точки зрения, вы еще зеленая девчонка, – решительно заявила леди Хёрли.

– То-то мне показалось, что из вас песок сыплется, – сказала леди Каролина, притворившись, что рассматривает пол возле ног Элизы.

– Вы все очень добры, – рассмеявшись, сказала Элиза совершенно искренне.

За десять лет союза с человеком, более склонным к возмущению, чем к восхищению, у нее было мало поводов считать себя желанной. Но с такими друзьями она начала понемногу расправлять плечи.

– Это не доброта, а прозорливость, – сказал Мелвилл и взглянул на Сомерсета. – Поскольку отец леди Сомерсет здесь отсутствует, роль стража возьмете на себя вы, милорд?

Лицо Сомерсета застыло.

– Я не нуждаюсь в страже, – торопливо вставила Элиза.

– И я не смог бы исполнить эту роль, даже если бы захотел, – добавил Сомерсет. – Это мой последний вечер в Бате.

Разумеется, Элиза, считавшая дни с растущим смятением, это знала, но вопреки здравому смыслу восприняла его слова как удар.

– Вы уезжаете? – жалобно спросил Мелвилл, прижимая руки к груди. – Но мы ведь только-только начали узнавать друг друга!

– Есть кое-какие срочные вопросы, которые требуют моего присутствия в Харфилде, – сказал Сомерсет, обращаясь ко всем и пропустив мимо ушей замечание Мелвилла. – И поскольку я завершил дела с мистером Уолкотом…

– Вы наконец окончили школу для графов? – перебил его Мелвилл. – Знаете, Сомерсет, я немного обижен, что вы не обратились за наставлениями ко мне.

– Неужели? – ровно спросил тот.

– Воистину. Осмелюсь предположить, что, будучи графом уже пять лет, я немного разбираюсь в этих материях.

– И с какой стати, – ощетинился Сомерсет, – я должен выслушивать советы от джентльмена, который вряд ли знает даже размеры своего поместья?

Леди Хёрли и мистер Флетчер ахнули, услышав это оскорбление, а лицо леди Селуин исказила злорадная ухмылка.

Мелвилл лишь улыбнулся и проронил:

– Двенадцать тысяч акров. Размеры моего поместья.

– И какая культура главная из тех, что там выращивают? – требовательно спросил Сомерсет.

– О, экзамен! – возликовал Мелвилл. – Изумительно. Турнепс, милорд, мой ответ – турнепс.

Сомерсет смерил его гневным взглядом, словно заподозрил, что противник назвал первое растение, пришедшее ему в голову.

– Вы практикуете четырехпольную систему, я полагаю?

– Конечно.

– И каково ваше мнение о сеялке Джетро Талла?[15]

– Боже правый, старина, у меня ее нет! Я сдаюсь. Могу я предложить вам бушель турнепса в качестве приза?

Все рассмеялись, но у Сомерсета, все еще красного от гнева, был такой вид, словно ему хотелось ударить Мелвилла.

Миссис Винкворт попыталась обратить на себя внимание баронессы:

– Леди Селуин, вы по-прежнему размышляете, не привезти ли дочь в Бат?

– Нет, в итоге мы решили от этого отказаться, – ответила та. – Если уж на то пошло, я склонна считать, что Энни слишком уверена в себе, а значит…

Элиза непроизвольно сделала крохотный шаг назад, чтобы не слушать дальнейшее. Покрутила кольцо на правой руке и принялась возиться с застежкой браслета (что-то с ней было не так), пока под ее нервными пальцами защелка не расстегнулась. Элиза попыталась удержать браслет, он соскользнул с запястья, но не ударился об пол – его подхватил Мелвилл.

– Спасибо, – шепнула Элиза, принимая украшение.

– Помочь вам с застежкой? – тихо спросил Мелвилл, и они немного отодвинулись от всей компании.

– Я сама, – ответила Элиза.

Прикосновение его пальцев к ее запястью было бы жестом слишком интимным.

– Может, подержите мой веер?..

– Как вам угодно, – сказал Мелвилл, протягивая руку.

Элиза надела браслет на запястье. По виду совершенно не обеспокоенный задержкой, Мелвилл задумчиво осмотрел веер – творение из шелка и кружева, скрепленное тонкими полосками из панциря черепахи. Самая дорогая покупка Элизы.

– Хотелось бы мне, чтобы в моду вошли веера для джентльменов, – сказал он. – Очень полезный предмет.

– Вы так думаете? – отсутствующе спросила Элиза, возясь с застежкой.

Почти готово.

– О да, какой выразительности можно достичь! Вот, например.

Мелвилл развернул веер, поднес к лицу, оставив на виду только глаза – темные, смеющиеся:

– Смотрите, сейчас я робею.

– Вижу, – откликнулась Элиза с мимолетной улыбкой и вернулась к застежке.

Готово!

Она подняла голову. Мелвилл переложил веер в левую руку и ненадолго поднес к шее.

– А теперь? – тихо спросил он.

Элиза вытянула из памяти цепочку воспоминаний. Язык веера давно вышел из моды, но гувернантка научила ее на всякий случай.

– Вы желаете со мной познакомиться, – сказала она. – Мелвилл…

Элиза огляделась вокруг: их собственная компания ими не интересовалась, однако многие из присутствующих смотрели в их сторону.

– А теперь?

Мелвилл перевернул веер ручкой вверх и прижал ее к губам. «Поцелуйте меня». Лицо Элизы полыхнуло алым.

– Мелвилл, я знаю, вы просто развлекаетесь, – прошипела она. – Но на нас смотрят!

– Я об этом осведомлен, – прошептал Мелвилл, наконец сложил веер и протянул его Элизе. – Сомерсет тоже покраснел. Конечно, не так очаровательно, как вы, но, надеюсь, к концу вечера он достигнет багрового оттенка.

Элиза безотчетно взглянула в сторону камина, где стояли Сомерсет, пронзивший их тяжелым, недобрым взглядом, и леди Селуин, алчно стрелявшая глазами с Элизы на Мелвилла и обратно. Щеки Элизы вспыхнули жарче.

– Я бы предпочла, – сказала она очень тихо, – чтобы вы не втягивали меня в ваши препирательства с Сомерсетом. Роль посредницы мне не по вкусу.

– Я не…

Элиза вернулась к компании прежде, чем Мелвилл успел договорить, и обнаружила, что к ней обращена еще пара лиц: миссис Винкворт глядела кисло, леди Хёрли многозначительно изогнула брови. Элиза решительно вскинула подбородок.

– Да… – сказала наконец леди Селуин, снова поворачиваясь к миссис Винкворт. – И Сомерсет пообещал, что предоставит дом на Гросвенор-сквер для ее первого бала.

Она послала брату жеманный взор.

– Одно из множества обещаний, которые ему придется сдержать в ближайшее время.

Сомерсет порывисто повернул голову к сестре.

– Не сейчас, Августа, – произнес он предупреждающим тоном.

– Боже, как интригующе! – заметила Элиза, стараясь взять легкомысленный тон.

– Мой брат, – заявила леди Селуин, обращаясь ко всей компании, – пообещал, что в этом году наконец обзаведется женой!