Софи Грассо – Милфы (страница 8)

Настя сидела в окружении подруг, откинувшись на спинку дивана. Маленькое чёрное платье от Версаче — подарок отца из Милана — облегало фигуру, подчёркивая каждый изгиб. Длинные светлые волосы были распущены, струились по плечам, на губах — яркая помада, в руках — бокал с чем‑то розовым и сладким. Она смеялась — громко, заливисто, запрокинув голову, сверкая белоснежными зубами. В её смехе было столько беззаботности, что на мгновение Артём почувствовал укол зависти.Ей было двадцать три — возраст, когда жизнь кажется бесконечным праздником, а любая мечта, стоило лишь щёлкнуть пальцами, готова была воплотиться в реальность. Она выросла в обеспеченной семье, где слово «нет» почти не звучало.

Заметив Артёма, Настя вскрикнула от радости, вскочила с дивана и бросилась к нему. Повисла на шее, чмокнула в губы — быстро, звонко, искренне.

— Ты приехал! — её голос звенел, как колокольчик. — А я уже думала, ты не придёшь!

— Я обещал, — ответил он, невольно улыбаясь. — Ты же знаешь, я всегда приезжаю.

Он сел рядом, обнял её за плечи. Подруги Насти переглянулись — в их взглядах читался интерес, смешанный с завистью. Красивый, высокий, накачанный парень, дорогие часы на запястье, стильный пиджак. Идеальный трофей.

— Ребята, это Артём, — представила Настя, лучезарно улыбаясь. — Мой парень. У него стартап DeFi, очень перспективный, и платформы по обучению.

Девушки заулыбались, закивали. Одна подвинулась, уступая место. Другая, с копной рыжих волос и глазами, подведёнными дымчатым карандашом, наклонилась вперёд:

— А чем занимается ваш стартап?

Артём ответил — гладко, уверенно, сыпля терминами и цифрами. Они не поняли и половины, но кивали, ловили каждое слово. Им было важно не содержание, а форма: он говорил уверенно, смотрел в глаза, выглядел дорого и успешно.

— У тебя сегодня хорошее настроение! — прошептала Настя, прижимаясь к нему. Её голос стал тише и интимнее. — Прям весь светишься

— У меня был хороший день, — ответил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Он сделал знак официанту и заказал бутылку Dom Pérignon за семьдесят пять тысяч. Ему было необходимо удивить Настю, которая воспринимала эти жесты как должное.

Артём поднял бокал, чокнулся с Настей. Шампанское оказалось сладким и холодным, как ложь, которую он продавал и которая всегда находила покупателя.

Но в глубине души он вдруг почувствовал пустоту — такую огромную, что она могла бы поглотить весь этот клуб и весь его тщательно выстроенный план на будущее. Он улыбнулся Насте, чокнулся ещё раз и сделал глоток. И подумал: «Сколько ещё таких шагов мне нужно сделать, чтобы больше ни от кого не зависеть?»

Глава 4. Серые будни.

Совещание закончилось резко — Вера хлопнула ладонью по столу, и этот звук, словно выстрел, заставил всех вздрогнуть.

— На этом всё, — её голос прозвучал холодно и твёрдо. — Жду отчёты до конца недели. Вопросы? - обвела присутсвующих строгим взглядом - Свободны.

Сотрудники, словно по команде, засуетились, зашуршали бумагами, заскрипели стульями и торопливо направились к выходу. Когда дверь закрылась, в кабинете повисла тишина и только Алексей не спешил уходить. Он остался сидеть в своём кресле, слегка покачиваясь и закинув ногу на ногу. Его поза была нарочито расслабленной, но в глазах читалась настороженность.Он провёл рукой по светлым волосам, поправил манжету рубашки и, чуть улыбнувшись, произнёс:

— Ну что, Верунь, опять всех накрутила до предела?

Вера медленно повернулась. Её губы дрогнули в усмешке. Она подошла к столу, взяла чашку с остывшим кофе и сделала небольшой глоток, не сводя взгляда с Алексея.

— Леш, признайся, Титова — новая ведущая «Вечернего бриза» — твоя очередная пассия? — спросила она, слегка приподняв бровь.

Алексей откинулся на спинку кресла, закинул руки за голову и расхохотался. Его смех звучал легко, почти беззаботно, но в глубине голубых глаз мелькнуло что‑то хитрое.

— Какая же ты догадливая, Морозова, — протянул он, покачиваясь в кресле. — Прямо сыщик в юбке.

— Так хорошо даёт, что ты её сразу на канал, в топовую программу решил засунуть? — с ехидством спросила Вера, снова отпивая кофе. Её голос звучал насмешливо, но в нём угадывалась нотка раздражения.

Алексей перестал качаться, выпрямился и посмотрел на неё с притворной обидой.

— Твоё любопытство тебя погубит, Верунь, — ответил он, растягивая улыбку. — Но раз уж ты так настаиваешь Да, есть такое. Но это не только из‑за этого, честно! У неё харизма, подача — зрители её полюбят. Нам нужно свежее, незаезженное лицо!

Вера поставила чашку на стол, подошла ближе и опёрлась руками о край стола, наклонившись к Алексею.

- Смотри не сотрись, Яковлев! - хмыкнула она лукаво подмигивая.

— Ну так что, мы договорились? — его голос стал жёстче и в нём прозвучала сталь.

Вера вздохнула, провела рукой по подбородку и кивнула.

— Ну раз ты меня лично просишь — пожала плечами она. — Только учти, услуга за услугу.

Вера выпрямилась, её улыбка стала шире — теперь в ней было больше тепла и меньше иронии.

— Договорились, — сказал он и на мгновение их взгляды встретились — в них читалась давняя дружба, взаимное уважение и лёгкая ностальгия по тем временам, когда между ними было что‑то большее.