Софи Грассо – Казусы. Обратный отчет (страница 3)

– Макс мне сегодня сказал, что все счета заблокированы – пожимает плечами – даже не знаю теперь, что с заработной платой делать и вообще, столько всего навалилось что и не разгрести – печально смотрит в окно.

– Значит – остановилась смотря на него коварно улыбаясь – ты будешь блефовать – ты же хотел быть серым кардиналом – смотрю на него вопросительно – нам нужно потянуть время, пока не выпустят Макара и твоего отца – киваю утвердительно – будешь мутить воды «ТИСа» сталкивая лбами акционеров.

– Что ты имеешь ввиду – заинтересованно – сталкивать лбами.

– Смотри – сев за стол взяла листок и ручку – схема такая – у вас восемьдесят процентов акций, твой отец изначально позаботился, чтобы его партнеры не смогли продать свои доли не предложив ему, это обязательное условие прописанное в уставе – рисую трех владельцев стрелочками указывая на Соболевских – это даст тебе возможность тянуть время, ты будешь им обещать выкупить их пакеты лавируя ценой, особенно с теми, у кого доли равные, предлагая им разные суммы.

– Что нам это даст – вздернул бровью.

– Плох тот бизнесмен, который не мечтает продать свою долю подороже – улыбнулась – ими будет руководить жадность – хитренько подмигнула – каждому, ты предложишь разную сумму, со всеми будешь встречаться конфиденциально, там по ситуации, понял мою мысль.

– Ведьмочка, а ты оказывается та еще плутовка! – воскликнул – мне уже только от твоих рассуждений страшно – скорчил лицо.

– Поверь мне, они уже сейчас общаются между собой, обсуждая сложившуюся ситуацию, думают, как им спрыгнуть с тонущего корабля без потерь, наверняка с ними ведет переговоры Филатов или Ордынцев, что вероятнее всего – злорадно ухмыляюсь – ты будешь водить их за нос до последнего, обещая выкупить их пакеты, дальше посмотрим.

Провалявшись втроем целый час на диване, болтая о всякой ерунде, пытая Гришу о бывших девушках Макса и Макара. Вспомнили с Машкой одного моего ухажера в университете, который перепутав окно, пел пол ночи серенады коменданту общаги, не выдержав его вытье, окатила с ведра ледяной водой, крича чтоб тот больше не появлялся, иначе она за себя не ручается и меня предупредила, чтоб держалась от такого горе певца подальше, сказав, что если плохо поет, то так же и ебет. Смеялись до слез держась за животы, подруга как всегда разыгрывала пантомиму копируя обиженного кавалера.

Марина суетилась на кухне, варила солянку, Грише на телефон поступил звонок от секретаря отца, которая сообщила, что Кузнецов требует экстренного собрания, созывая на завтра на двенадцать часов, началось, как я и предполагала. Филатов бьет по всем фронтам не давая передышки, главное сейчас выдержать его напор, конечно успех миссии будет зависеть от Макса и Гриши, смогут ли они искусно блефовать, время покажет.

К вечеру вернулся озадаченный Боря, сообщив об очередной проверке на заводе, гостехнадзор по недрам заявиться уже завтра, дирекция готовится их встречать, сетуя на то что инспектирования всегда проходили в присутствии Андрея Николаевича, что будет без него пока не понятно. Пообедав, решили поехать в больницу в сопровождении Бори, одев джинсы и лонгслив, подкрасила ресницы, нанесла светло-розовую помаду, подняв волосы в высокий хвост, натянула кроссовки и теплую куртку, захлопнув двери, вышли дружно на улицу.

Ветер гонял оставшиеся листья разбрасывая их по аллеям и тротуарам, загоняя в лужи, ноябрь вступал в свои права, на улице пахло приближающейся необратимой зимой. Поежившись запрыгнула с подругой и Мариной на заднее сиденье, Боря завел двигатель выруливая на дорогу, рядом развалился Гриша капаясь соцсетях, минут через сорок простояв немного в заторах, въехали в больничный городок. Подойдя к корпусы больницы, к нам неожиданно подбежали журналисты с камерами и фотоаппаратами, накинулись с начала на Гришу, не переставая выкрикивать вопросы, которые он успешно игнорировал, затем обратили свое внимание на меня и Машу, подозреваю, они просто не могли понять, кто из нас та самая уголовница, опутавшая Макара. К нам навстречу вылетела охрана, оттесняя наглых стервятников, перекрывая двери. Войдя в холл, дружно выдохнули, никто не ожидал, что нас здесь поджидают акулы пера, Боря гневно раздавал указания своим подчиненным, негодуя, что не предупредили о разгулявшейся прессе во дворе режимного объекта, судорожно звонил главному врачу, намекая на большие неприятности если тот не примет меры.

Прошли по этажу, накинув одноразовые халаты, остановились возле палаты, первым вошел Гриша прикрыв за собой дверь, мы решили ему не мешать, охрана у дверей докладывала обстановку и получала указания от грозного начальника, мы же подпирали стены в ожидании. Увидеться с maman желания большого не было, конечно, мне очень хотелось узнать какие у нее дела и что она обещала Жанне, но к сожалению, волноваться ей сейчас не в коем случае нельзя. Через минут десять выглянул Гриша позвав меня, войдя в небольшую палату с одной кроватью установленной по центру. В глаза бросилась осунувшаяся бледная как мел maman, постаревшая как минимум на десять лет, измученная женщина с морщинками и синяками под глазами, протянула робко ко мне свою руку.

– Кира – тихо произнесла – присядь.

Я подошла к ней ближе, сев рядом с кроватью на стул, всматривалась в ее потухшие усталые глаза.

– Добрый вечер, Тамара Григорьевна – улыбнулась – как вы себя чувствуете.

– Спасибо тебе, Кира – дотянулась до моей руки, погладила – и прости меня – всматривается своими печальными глазами – ты очень хорошая, прости меня.

– Тамара Григорьевна, вы что там себе надумали, а? Я все та же безродная девка, претендующая на вашего сына и посягающая на семью голубых кровей, вы что совсем об этом забыли, вам вроде только сердце восстановили, голову не трогали? – наигранно удивляюсь пытаясь взбодрить упавший дух – вы мне это бросьте, кто будет защищать сыновей от посягательств охотниц за состоянием, а? – подмигиваю ей.

– Кирочка – вздохнула тяжело – мне тебе нужно кое что сказать – начала переживать, аппарат контролирующий работу сердца стал учащенно пищать.

– Тамара Григорьевна, вам нельзя волноваться – сжала ее ладонь – подумайте о муже и детях, это не стоит того, успокойтесь, расскажите в следующий раз – она отрицательно качнула головой.

– Это важно, я сейчас успокоюсь – сделала несколько вдохов и выдохов, Гриша обеспокоенно сел на кровать поглаживая маму по руке.

– Мам, может врача позвать? – всматривался в ее лицо, качнув головой дала понять, что не хочет

– Жанна может обнародовать документы по фонду, в тот день она мне угрожала – прикрыла глаза тяжело дыша – ее нужно остановить, скажи это Макару.

Ничего себе сюжетец вырисовывается, у Жанны есть компромат на maman которым по всей видимости она ее шантажировала какое-то время.

– Что в тех документах – задала твердо вопрос недоумевая от услышанного.

– Не целевое использование средств – жалобно смотрела в мои глаза – я тогда их подписала, нужна была срочная операция ребенку, квоты у него не было, списали деньги на ремонт – прикрыла глаза

– Ребенку сделали операцию? – кивнула – через счет я так понимаю деньги не проходили, кто их получал? – пытливо смотрю на нее.

– Я тебе дам телефон, моей помощницы, передай его Макару, она предоставит ему все документы, пусть придумает что ни будь, чувствую я что-то случится, волнение у меня на душе, кошмары сняться.

– Тамара Григорьевна, я вам обещаю, Макар обязательно все уладит, вы только не волнуйтесь – утвердительно кивнула – вы только выздоравливайте, – мило улыбнулась

– Прошу тебя не откладывай, сегодня Макару позвони, обещай мне – сжала мою ладонь умоляюще смотря.

– Обещаю! – похлопала ее по руке ладонью – выздоравливайте, завтра мы вас навестим.

Вышла из больницы глубоко вдохнув свежего воздуха с тяжелым грузом на душе, столько проблем навалилось, поворачиваться не успеваем, теперь еще благотворительный фонд, придется с ним самой разбираться, Машка у нас специалист по бухучету и аудиту, даже на дополнительные курсы в университете ходила, вот и будет изучать на какие статьи расходов все было списано.

Вернувшись разогрели лазанью, нарезали салат капрезе, точно теща будет любить Макса, только все сели за стол, как он в дверях уже топчется. Помыв руки сел ужинать.

– Как они там – обеспокоенно спросил Гриша всматриваясь в лицо жующего Макса.

– Сидят – сказал с набитым ртом работая без устали вилкой, все за столом уставились недовольно на Макса, что тот перестав жевать громко сглотнув произнес – Макар в шоке конечно, рвет и мечет узнав, что еще девять дней загорать, передал для вас ценные указания – подмигнув мне, накалов помидор положил вилку на тарелку, чертыхнувшись продолжил – Андрей Николаевич, бодриться, сказал, что времени на раздумья у него хоть отбавляй, будет думать где просчитался и как из ситуации выплывать, так всем привет передавал, особенно Грише, ну вот вроде бы все.

– Так я не пойму, Максим, ты вещи то им передал? – возмущенно смотрит на него Марина – ты что-то ничего не сказал!

– Вот кому что, а Марина у нас думает только о шмотье – хмыкнул – конечно, целых пол часа из-за твоих баулов на проверочном пункте простоял – посмотрел на нее с укором – все проверяли не передала ли ты чего запрещенного – выгнул вопросительно бровь.