Софи Грассо – Барсов, ты не подарок! (страница 2)
Глава 2.Девичник.
– Девочки! Девочки! Я не могу! – визжала Ира, практически вваливаясь в квартиру Марины и таща за собой Меланью. – У меня такие новости! Вы просто обалдеете!
– Ира, дай хоть раздеться! – смеялась Меланья, пытаясь одной рукой расстегнуть пуховик, в другой удерживая пакет с вином.
– МЕЛ! ИРКА! – из кухни вылетела растрепанная Света, размахивая деревянной ложкой, с чем-то подозрительно похожим на тесто. – Я вас сейчас зацелую, мои хорошие. Я так соскучилась!
– Стой! Стой! На мне новое пальто! – Ира попыталась увернуться от Светиных объятий, но было поздно – мучная ложка оставила след на черной ткани.
– А-а-а! Девчонки! – Наташа выскочила из кухни с бокалом вина. – Марин, твой глинтвейн творит чудеса! Я уже всех люблю!
– Наташка, ты после первого бокала, всегда всех любишь, – хохотала Марина, выглядывая из кухни в фартуке с блестками. – О боже, Светка, ты испортила Ирке пальто! Она его только купила!
– Плевать на пальто! – Ира наконец справилась с обувью. – Вы не представляете, что вчера было на корпоративе! Мел, не смей меня перебивать! – погрозила указательным пальцем.
– СТОП! – Света подняла ложку, как дирижерскую палочку. – Сначала я должна рассказать про Пекин! Там такое было!
– Какой Пекин?! – возмутилась Ира. –У нас тут новый директор по развитию…
– Девочки, у меня пряники горят! – донеслось из кухни.
– А я влюбилась! – вдруг выпалила Наташа.
– ЧТО?! – хором закричали все остальные.
– Так, всем стоять! – скомандовала Марина. – Быстро все на кухню! Света, только попробуй рассказать про Пекин без меня! Ира, про директора потом! Наташка, немедленно колись! Я сгораю от любопытства!
– А можно я сначала в туалет? – робко спросила Меланья.
– НЕЛЬЗЯ! – завопили все хором.
– Господи, как в общежитии, ничего не меняется – закатила глаза Меланья, но не смогла сдержать улыбку.
На кухне царил творческий беспорядок: везде мука, формочки для печенья, бутылки вина, какие-то коробки с елочными игрушками и сырная нарезка с медом и орешками.
–Так, я налила всем глинтвейн, – объявила Марина. – А теперь по порядку: Светка – про Пекин, Ирка – про директора, Наташка – про любовь.
– А я? – спросила Меланья.
– А ты будешь слушать и завидовать! – подмигнула Ира. – И может быть, наконец-то поймешь, что пора закончить свой роман с долбанной работой!
– Девочки, а помните, как мы на первом курсе… – начала Света.
– НЕТ – закричали все. – Сначала про Пекин!
– Ой, а у меня тут печенье в форме сердечек почти получились… – протянула Марина с улыбкой на лице.
– МАРИНА! – выкрикнули все.
– Ладно-ладно! Светка, давай про Пекин. Только быстро, а то я умру от любопытства про Наташкину любовь! – уселась на барный стул.
Меланья сидела, потягивая глинтвейн, и думала, как же ей не хватало этого сумасшедшего девчачьего щебетания в последнее время. Может, они и правы, и работа действительно не самое главное в жизни?
– А потом он такой говорит: Светуль, а поехали в Дубай? – Света размахивала руками, чуть не сбив вазу с мандаринами. – Представляете? Мы знакомы всего три недели, а он уже Светуль…
– Погоди-погоди, – перебила Марина, разливая по бокалам остатки глинтвейна. –То есть ты познакомилась с ним в Пекине, и сразу Дубай?
– Девочки, он такой… такой…, что таешь как мороженное в сорокоградусную жару – Света закатила глаза и театрально прижала руки к груди.
– Милый? Красивый? Богатый? – подсказала Ира, запихивая в рот очередное печенье.
– Все вместе! И еще у него такая улыбка…– вздохнула Света.
– А я вам говорила, что Кирилл… – начала Наташа.
– Стоп! – Марина подняла руку. – Сначала дослушаем про Светкиного китайско-дубайского принца!
– Вообще-то он из Питера, – надулась Света.
– Девочки! – вдруг вскочила Ира. – Я вам совсем забыла сказать, Машка-то! Машка! Она же мне сегодня написала – они с Димой пополнения в семействе ждут!
–Да ладно! – хором воскликнули все.
– Хи, тоже мне новость, Оля на четвертом месяце! Вот так вот! – усмехнулась Наташа
– Господи, они что, сговорились все? – засмеялась Марина. – Аня на седьмом месяце, Оля, Машка, с ума сойти!!!
– А ты, Маринка? – подмигнула Света. – Колись давай, что там у тебя с Олегом? Не зря же он у порога топчется полгода?
– Ой, девочки! – Марина зарделась. – Он такой ресторан забронировал на новогоднюю ночь! Говорит, сюрприз какой-то готовит…
– Кольцо! – выпалила Ира. – Точно кольцо!
– Тьфу-тьфу-тьфу! – Марина постучала по столу. – Не сглазьте! Жить без него не могу!
– А я еду к родителям, – вздохнула Ира. – Мама уже все уши прожужжала – целый год не видела, совсем забыла дорожку в отчий дом…
– Зато у тебя будут мамины пирожки! – утешила ее Наташа. – А мы с Кириллом едем к его друзьям на дачу. Представляете, у них там настоящая русская баня, прорубь, караоке…
Меланья молча слушала подруг, чувствуя, как внутри растет какая-то пустота. Все при делах, все с кем-то, у всех планы…
– Мел! – вдруг спохватилась Света. – А ты чего молчишь? У тебя-то какие планы?
– Я.... я еще не решила – виновато пожала плечами Меланья.
– Как это не решила? – всплеснула руками Ира. – Тридцать первое через пять дней!
– Слушай! – вдруг сказала Света. – У нас в этом году дача пустует, помнишь, я рассказывала – новая, в лесу, камин, баня, все дела? Поезжай туда! Отдохнешь от всех, от работы, от суеты, приведешь мысли в порядок…
– Одной? В лес? Так себе перспектива! – скептически приподняла бровь Меланья
– А что такого? – поддержала Марина. – Романтично даже! Как в кино – одинокая девушка в канун Нового года, на даче, одна…
– Звучит жутковато, вам не кажется – огрызнулась Меланья.
– Не обязательно, может быть ты, встретишь там свою судьбу – подхватила Наташа.
– Вы что сговорились? – укоризненно взглянула на подруг Меланья – я как ни будь дома проведу этот праздник, без экстрима.
– Вот! Вот! Арская, в тебе погас дух авантюризма и в этом твоя проблема, ты стала скучной, серой, офисной мышью! – заявила Света
– Кто? Я? – оглядела подруг Меланья – вы все думаете, что меня пугают перемены? – усмехнулась, покачав головой
– А ты хочешь нам сказать, что нет? – спросила Ира
– Ладно, раз вы так настаиваете, от перемены мест, вряд ли что-то случится, я согласна, поеду на твою дачу – кивнула – нашли серую мышь – возмутилась, надув губы.
– Ой, девочки, давайте еще по бокальчику! – воскликнула Ира. – За любовь! Чтоб каждая из нас в этом году встретила свою половину!
– За любовь! – чокнулись все, а Меланья подумала, что, может быть, идея с дачей не такая уж и плохая.
Войдя в пустую квартиру, щелкнув выключателем, в прихожей, где до сих пор стояла та же старая вешалка, которую она помнила с детства – массивная, из темного дерева, с потертым зеркалом. Сняв пальто, Меланья, машинально провела рукой по стене – здесь раньше висели фотографии. Отец любил фотографировать, у него была целая коллекция снимков их семейной идиллии. Потом фотографии стали появляться реже, а после развода и вовсе исчезли.
На кухне Меланья поставила чайник и присела на подоконник – любимое место с детства. Отсюда открывался вид на заснеженный двор, где когда-то была детская площадка, а теперь парковка.
"Мила, детка, прости, но так будет лучше для всех," – вспомнились слова отца в день, когда ее мать собирала вещи в чемоданы. Она тогда не плакала, только крепче сжала кулаки и кивнула, в девять лет она уже понимала, что бесконечная ругань, приводит семью к краху.
Чайник щелкнул. Меланья достала старую чашку – единственную вещь, которую забрала из родительского дома, когда уходила в общежитие. Простая белая чашка, с отколотым краешком, но именно из нее, папа поил ее чаем с малиновым вареньем, когда она болела.