Софи Грассо – Аварский волк (страница 14)

– У меня есть план, – её глаза загорелись знакомым огнем. – Но для начала… – она снова потянулась к его губам, – закончим то, что начали?

Он улыбнулся, наклоняясь к ней:

– Как скажешь, Машенька – подхватил ее на руки нежно целуя – какой этаж?

– Седьмой, – выдохнула она, когда его губы скользнули по её шее. – И прекрати делать вид, что ничего не произошло!

– Я? – удивленно посмотрел на нее шагая к лифту – провожаю своего босса, а ты что подумала! – приподнял насмешливо бровь

– Ты прекрасно знаешь…

Её фраза оборвалась поцелуем – глубоким, требовательным, от которого кружилась голова и путались все мысли.

Войдя в квартиру, он не переставал ее целовать, на пол полетела одежда, обнажаясь, они в едином порыве, ласкали губами, руками разгоряченные тела, не в силах остановиться.

Тимур целовал каждый дюйм ее шикарного тела – стройного, гибкого, отзывчивого, манящего, наслаждаясь ее стонами, лаская ладонями ее пленительные изгибы.

– Ты такая красивая, – шептал он, покрывая поцелуями её плечи, упругую грудь, живот. – Я так сильно хочу тебя, Маша

Она выгибалась навстречу его прикосновениям, зарываясь пальцами в его волосы, тихо постанывая от наслаждения:

– Тимур… пожалуйста… простонала она плавясь в его нежных и сильных руках, – ах, умм…

– Да, снежинка – он накрыл её своим телом, врываясь на всю длину толстым, длинным членом и мир взорвался фейерверком ощущений. Они двигались, как единое целое, растворяясь друг в друге, её стоны сводили его с ума, её нежность, страсть, дурманили и будоражили принося удовольствие. Он вколачивался в нее, удерживая за бедра, доставляя ей наслаждение. Закинув ее стройные ножки к себе на плечи, он поменял угол проникновения, любуясь ее телом, острыми, как пики розовыми сосками, белой бархатной кожей, ускоряясь, трахая с упоением. Вбиваясь в нее, заполняя нежное лоно, он ласкал ладонями ее попу, восторгаясь ее чувственностью, женственностью, испытывая непреодолимую тягу. Массируя клитор он довел ее до пика, взрываясь в экстазе, застонал

– Да, аррр – вытащив длинный член, провел по нему ладонью, кончая с рыком – да, бляяя. Он никогда не испытывал ничего подобного, ему показалось, что у него выросли крылья и он поднялся до небес – Я не отпущу тебя, – прошептал он целуя ее в губы – Никогда…

– И не пытайся, – выдохнула она, прижимаясь к нему еще теснее.

Они парили в облаках блаженства, забыв о времени и пространстве. Два человека, чьи судьбы, так неожиданно переплелись в одну, связанные договором, страстью и любовью, хотя оба это признавать, пока не хотели.

Позже, лежа в его объятиях, Маша водила пальцем по его широкой груди:

– Байсаров, ты знаешь, что ты негодяй, соблазнил невинную девушку, обманул и..

– Угу… и опять собираюсь – резким движением, перевернул ее на спину, заглядывая в глаза – или ты сомневаешься – нежно поцеловал ее в губы, щекоча мягкой бородой.

– Тимур! Прекрати… Ах! – простонала поддаваясь чарам

– Что прекратить? Это? – он провел губами по её шее. – Или это? – его руки скользнули ниже, лаская бедра.

– Ты невозможный, – выдохнула она.

– А ты невероятная, – он на мгновение отстранился, любуясь ею. – сводишь меня с ума – поцеловал ее в шею – соблазняешь – провел языком по ключице – искушаешь – обвел затвердевший сосок, прикусывая.

– Байсаров, так не честно! – выгнулась ему на встречу

– Будоражишь, – он снова поцеловал её, лаская ладонями упругое тело – Особенно сейчас, снежинка моя, напрашиваешься на продолжение…

– Ты сам виноват – хитренько ему подмигнула – не даёшь мне заснуть, пристаёшь, возбуждаешь.

– Угу, но тебе же нравится – со всей страстью накинулся на её сладкие губы.

В пять утра, надоедливый звонок будильника заставил их обоих проснуться.

– Ты куда? – сонно пробормотала Маша, когда он начал одеваться.

– На тренировку, – он наклонился поцеловать её. – Магомед Расулович не прощает опозданий.

– Как типично для мужчин, – она потянулась, как кошка. – Соблазнил и сбегаешь…

– Я? – он картинно схватился за сердце. – Да я жертва искушения! Коварная женщина заманила меня в свое логово и вскружила мне голову – чмокнул ее в губы – поспи еще снежинка…

– Кто? – удивилась Маша

– Снежинка моя, кстати, пообедаем вместе? – застегнул молнию на брюках

– Ну не знаю, – она задумчиво покусала губу. – У меня очень плотный график.

Тимур в два шага оказался рядом, нависая над ней:

– Значит так, снежинка. Либо ты обедаешь со мной, либо… – он многозначительно посмотрел на кровать.

– Это угроза?

– Это факт, – он снова поцеловал её, на этот раз глубоко и требовательно. – И учти – я очень, очень ревнивый. Не советую проверять.

– Какой ты грозный, – она обвила руками его шею. – Прямо страшно становится, аж коленки дрожат.

– Я серьезно, Маш, не испытывай меня, не советую – он с трудом оторвался от её губ. – Так что насчет обеда?

– У меня правда весь день расписан по минутам – вздохнула она. – может вместе поужинаем?

– Это даже не обсуждается, дэтка – он подмигнул, направляясь к двери. – В десять я приеду.

– Эй! – окликнула она его. – А поцелуй на прощание?

– Нет уж, – он покачал головой. – А то я точно на тренировку не попаду.

Уже в машине он поймал себя на том, что улыбается, как идиот и почему-то совсем не хотелось это прекращать.

– Так, мешки с мукой! – рявкнул Магомед Расулович. – На стадион! Пятнадцать кругов!

– Пятнадцать? – простонал кто-то. – Обычно же десять…

–Обычно я добрый! – тренер хлопнул в ладоши. – Побежали! И чтоб без халтуры! Я за вами слежу!

Утреннее солнце озарило город, пот стекал по вискам уже на седьмом круге. Тимур бежал, чувствуя, как горят мышцы. Рядом тяжело дышал Валид, за ним – молодые бойцы, стараясь держать темп. Никто не хотел бежать штрафной круг, видя настроение тренера.

– Что, выдохлись, салаги? – тренер бежал рядом, свежий как огурец. – А в клетке, как драться будете? С отдышкой, как у астматика? Давай, давай, веселее, работаем!

После бега – брусья. Мышцы дрожали, пот капал на маты.

– Это что за сосиска тут у нас повисла? – Магомед Расулович подошел к молодому бойцу. – Где амплитуда? Работа мышц?

Растяжка, турник, отжимания – каждое упражнение до отказа, до изнеможения.

– Андреевна и то активнее двигается, уже все залы перемыла! – комментировал тренер. – Давид, где техника? Ты танцор или боец?

В зале тяжелой атлетики он гонял их как проклятых:

– Еще подход! И еще! Что значит 'не могу'? В клетке тоже будешь ныть? Пощадите? – злорадствовав тренер.

Когда все думали, что пытка закончилась, он загнал их в сауну:

– Сейчас будем из вас дурь выгонять! – объявил всем грозным голосом

Жар обволакивал тела, расслабляя мышцы. Тренер орудовал веником, как заправский банщик:

– Я из вас чемпионов делаю! Понимаете? Чем-пи-о-нов! А не мясо для развлечения богатых упырей!

Егор, весь в синяках после воскресного боя, тихо произнес:

– Жить на что-то надо, Магомед Расулович. Где платят, там и дерусь…

Тренер остановился, внимательно посмотрел на него:

– Дерись, Егор. Но в честном бою. Где правила есть, где судьи есть. Где твое мастерство решает, а не толщина кошелька заказчика. Победишь там – и деньги будут, и уважение.