Софи Джордан – Исчезновение (ЛП) (страница 35)

Когда вместе с Северином я зашла в свой дом, то увидела лишь мертвую бездну в глазах своей мамы, в них едва теплилась жизнь. Остальные остались на крыльце. Кроме Кассиана. Он куда-то пропал.

Мама смотрела так, как будто не знала меня и не видела.

— Мама. — Я присела рядом с кроватью.

Её стеклянный взгляд скользил сквозь меня. Она подняла руку и поправила прядь моих волос.

— Мама, это я, — произнесла я. — Я вернулась. Со мной все хорошо.

Наконец-то её губы зашевелились. Она пробормотала моё имя. Запах ударил мне в нос. Я бросила взгляд на тумбочку и заметила бутылку верда-вина.

Северин фыркнул:

— Сомневаюсь, что она заметила твоё исчезновение.

Я перевела взгляд на его жесткое лицо, затем снова посмотрела на маму. Это все я натворила? Из — за меня все стало настолько плохо, что она утопила себя в бутылке?

Торопливые шаги послышались снаружи. Раздались голоса.

В комнату ворвалась Тамра, Эз следовала за ней по пятам. Я поднялась, у меня перехватило дыхание, ведь я не знала, чего мне ожидать от неё, от них обоих.

— Ты жива, — задыхаясь, проговорила Тамра.

Её волосы не были уложены в привычную идеальную прическу. Серебряно-белая кудрявая грива так же спутана, как и мои волосы. На самом деле, весь ее внешний вид — сплошной беспорядок с головы до пят. Совсем как я — в рваных джинсах и футболке.

Я кивнула:

— Я жива.

Время шло, но она не двигалась. Молчала, и мы просто смотрели друг на друга. А затем бросились друг к другу в объятия. Разрыдались.

Сначала я подумала, что это её слезы, что это Тамра издавала эти неприятные, хлюпающие звуки. Но затем я почувствовала влагу у себя на щеках, дрожь в горле и грудной клетке. Я плакала вместе с ней.

Эз тоже здесь, её тонкие руки гладили мою саднящую спину.

— Мне так жаль, Тэм, — говорила я.

— Нет, это мне жаль! Я всегда виню тебя во всем, а ты миришься с этим! Я так рада, что ты не умерла… так рада, что ты вернулась.

Я с облегчением закрыла глаза. Вот почему мне нужно было вернуться. Потому, что часть меня всегда будет связана с Тамрой. Я не могла её покинуть в раздумьях и мучениях о загадке моего исчезновения…

— Да, она жива, но Мириам пропала. Моя дочка.

Голос Северина прервал нас, и мы втроем выпустили друг друга из объятий. Я смотрела на него настороженно, как на зверя или хищника. Он переключил внимание на меня.

— Безнаказанной ты не останешься. Не в этот раз. Тогда был твой последний шанс, Джасинда.

Скрип досок привлек моё внимание к двери спальни. В проёме стоял Кассиан, не заходя внутрь. Но он был здесь. Он пришел. Что-то затрепетало у меня в груди.

— Стая соберется на совет через час.

Я перевела взгляд, услышав голос Северина.

— Ты расскажешь о своём проступке во всеуслышание.

Я должна была предстать перед общественным судом?

Такие вещи несвойственны обычной жизни Стаи. За свою жизнь я могла припомнить лишь один или два публичных суда, но редко кто совершал серьезные проступки.

Зрачки темных глаз Северина сузились.

— Не опаздывай. Не заставляй меня приводить тебя под конвоем.

Он развернулся, чтобы уйти. Но остановился в дверях, обращаясь к своему сыну.

— Вообще-то, Кассиан, я тут подумал, а почему бы тебе не убедиться, что она придет вовремя?

Северин подразумевал — убедиться, что я не сбегу.

Чувство облегчения, которое я испытала при виде Кассиана, испарилось. Он будет моим надзирателем.

— Все будет хорошо. — Тамра сжала мою руку, привлекая внимание к своему решительному лицу. — Я постою за тебя.

— И я, — протяжно вторила ей Эз.

Я улыбалась им обеим.

— Мне повезло, что вы у меня есть.

Я бросила взгляд на маму. Удивительно, но она приподнималась на кровати. Я взяла её за руку, чтобы помочь сесть прямо.

— Я заварю чаю, — поспешно вызвалась Эз и торопливо вышла из спальни.

Кассиан молчаливо наблюдал в дверях, как мы с Тамрой склонились над нашей мамой.

— Пожалуйста, нам нужно побыть наедине, — резко обратилась к нему Тамра, даже не смотря в его сторону. В ту же секунду я вспомнила последний раз, когда мы втроем были в этой комнате. Те отвратительные слова… Очевидно, моя сестра тоже не забыла про это.

Боковым зрением я наблюдала, как он выходил. Прислушивалась к его шагам. Он ушел совсем недалеко. Всего лишь в гостиную. У него был приказ. Он был моим конвоиром до собрания, в конце концов. И он не уйдет.

Словно прочитав мои мысли, Тамра сказала:

— Мы будем с тобой, Джэс. Мама и я. Мы ведь одна семья.

Я глядела на Тамру, пока она сидела рядом с мамой. Мама тоже смотрела на меня: её взгляд казался более ясным, знакомым, чем взгляд той незнакомки, которую я видела в течение последних недель. Сейчас она была похожа на ту маму, которую я знала.

— Ты вернулась. Вернулась по собственному желанию. Это многое значит, — проговорила она, и я ощутила, что моё беспокойство уменьшилось. И расслабилась. Она знала, что я уходила. Она знала и переживала.

— Ты не отступница. Северин не может мыслить здраво. Они это еще увидят. Никого еще не наказывали несправедливо.

Мне так и хотелось спросить: «А если справедливо?»

Я виновна. Я сделала то, что не должна была.

Но тут мама взяла меня за руку, её пожатие было теплым и твердым. Точь-в-точь как в моём детстве, когда она была для меня целым миром. Когда мама и папа могли решить все проблемы одним прикосновением руки.

Неожиданно я больше не чувствовала себя одинокой. Неважно, что меня ждало, но теперь я знала, что у меня была семья. Они — моя поддержка, с ними я справилась бы с чем угодно.

Глава 22

Пока мы шли в центр города, Тамра держала меня за руку. Остальные отделились от нас и шагали организованным потоком в том же направлении. Они открыто таращились на меня сквозь просветы в тумане — даже показывали пальцем. Казалось, им было все равно, что я это видела. Да и к чему им было волноваться об этом? В их глазах я была той, кто совершила что-то плохое и теперь должна лицом к лицу встретиться со Стаей на публичном суде.

Тамра стиснула мою руку в ободряющем пожатии.

Мы старались двигаться помедленнее, чтобы маме было легче поспевать за нами. Она шла рядом со мной, щурилась от лучей приглушенного света, которые пробивались сквозь туман. Словно крот, который вылез на солнечный свет.

Когда мы добрались до зала Совета, то увидели, что он уже полон народа. Глухой гул разговоров тут же прекращался, как только я появлялась в поле зрения.

Присутствующие расступались, отступали назад, чтобы я могла пройти вперед.

Там стоял Северин, позади каменных перил. Здесь собралось около десятка старейшин вместе со своими марионетками. Я же не дура. Народ ничего не решал. Все, что случится — будет по его приказу.

Кассиан не пытался присоединиться к старейшинам. Думаю, просто не мог. У него пока что не было на это официального права. Вместо этого он занял место в толпе собравшихся зрителей.

Я ослабила пальцы, чтобы выпустить руку Тамры и подняться по ступеням, но она усилила свою хватку. Просто не отпускала меня.

— Я пойду с тобой, — сказала Тамра.

Позади неё Эз одобрительно кивнула. Как будто соглашалась с тем, что так было бы лучше всего.