Софи Джордан – Герцог покупает невесту (страница 38)

– Я не понимаю.

– Понимаешь. Этот ублюдок, который обещал, что выкупит тебя на аукционе… Он обещал это, когда приходил к тебе?

Почему он так разозлился? Ведь это ее обманули.

Она густо покраснела. Внезапно еда, которую она съела, встала комом в горле.

– Я никогда не изменяла мужу.

Действительно, она целовалась с Ярдли, но когда он захотел большего, обещая, что они скоро поженятся, она отказала. Не потому, что она ему не поверила. Просто это показалось ей неправильным.

Несмотря на то что она и мистер Бирд в действительности не являлись мужем и женой, она дала обет супружеской верности. Обет, который теперь перенесла на этого мужчину, стоявшего перед ней. Но он не нуждался в ее верности. Потому что не хотел ее.

Он сделал еще глоток из фляги с виски.

– Какая преданность. Очень жаль, что ты так плохо разбираешься в людях, раз выбрала не самого надежного мужчину.

Элис выдохнула. Это ее задело. Ей показалось, что он пытается обидеть ее.

Он продолжил:

– Тогда тебе не пришлось бы морозить задницу здесь вместе со мной.

– Вы хотите оскорбить меня?

– Нет. Просто так получается. – Он сделал еще один глоток. – Особенно после виски. Возможно, ты слишком многого ожидаешь от меня.

– Возможно, вы правы, – ответила она, слегка повысив голос. – Я действительно плохо разбираюсь в людях. И я многого ожидаю от вас. Вы пьяница. И грубиян…

Она всхлипнула и огляделась, гадая, когда же они наконец доберутся до Килмарки-Хауса. Наверное, осталось немного. Она снова посмотрела на него, чувствуя, как в ней растет ярость.

Он усмехнулся и отхлебнул из фляги.

– Леди, все намного хуже… Я герцог. А этот факт гарантирует то, что я настоящий мерзавец.

Она замерла.

– Что?

– Настоящий…

– Нет, нет. Не это! То другое, что вы сказали.

– Ох! То, что я герцог?

– Но ваше имя… Вы сказали, что вас зовут Маркус Уэзертон.

– И это правда. – Он пожал плечами. – Это мое имя. Но мой титул – герцог Отенберри.

Элис покачала головой. Его ужасные слова теперь казались ей очень логичными. Все в его поведении подтверждало его статус. Его манеры. Его категорический отказ признать ее своей женой. Герцог не женится на девушке вроде нее. Если прежде ей казалось, что он недостижим для нее, то теперь и подавно. Она его потеряла. Да он никогда ей и не принадлежал.

Однако Элис тут же опечалилась, ощущая в груди лишь пустоту и тупую боль.

Она подозревала, что Маркус хотел этого. Он хотел, чтобы она знала правду, чтобы она почувствовала пропасть, которая разделяет их. Чтобы не осталось никаких сомнений. Чтобы не только он знал это, но и она тоже. Огромная пропасть, которую ей никогда не суждено пересечь. Обычному человеку это не под силу.

– Почему вы раньше мне этого не сказали?

До того, как у нее появились к нему чувства… До того, как она начала надеяться, что между ними что-то может быть. Да. Это правда. Она надеялась вопреки всему. У нее были… чувства. Эмоции. Желания. Она надеялась, потому что, когда он целовал и касался ее, она думала, что он испытывает что-то, кроме чувства долга.

Теперь же она знала. Теперь, когда их путешествие близилось к концу, он рассказал ей, кем является на самом деле. Пропасть между ними огромна.

Где-то возле рощи заржала лошадь, но это был не Баки и не мул. Нет. Они замерли, стараясь не шуметь.

– Маркус?

Он резко махнул рукой, чтобы она замолчала. Внезапно он напрягся и начал озираться по сторонам.

Элис прикусила язык, надеясь, что все обойдется. Возможно, это какой-то путник едет на лошади через лес. Нечего бояться.

Но она ошиблась.

Из-за деревьев появились несколько всадников. Они двигались, словно призраки, не издавая ни единого звука, окружая их со всех сторон.

– И что же это у нас тут? – спросил один из всадников, посмотрев на Элис и Маркуса. – Милые бранятся?

Элис окинула взглядом чужаков. Горцы. Определенно. Их выдавала традиционная одежда шотландских горцев. Словно они сошли со страниц какой-то исторической книги. Такое явно носили еще до битвы при Каллодене[3].

Маркус стоял рядом с ней, крепко держа ее за руку.

– Нам не нужны проблемы. Мы обычные путешественники и скоро покинем эти места.

– Путешественники, – повторил темноглазый горец. Он, возможно, был самым молодым в этой шайке. Ему было примерно столько же, сколько Элис, однако он сидел на коне с важным видом. – У тебя неплохая конина, англичанин.

Он кивнул в сторону Баки, который спокойно ел траву.

Элис обеспокоенно посмотрела на мерина Маркуса. Боясь, что они могут потерять Баки, она выпалила:

– Он не продается.

Горец переключил внимание на нее:

– Ох, я не собираюсь покупать это животное. Я с радостью освобожу это прекрасное существо от англичанина. Вообще-то, это мой долг как шотландца.

Рука Маркуса, сжимавшая ее ладонь, напряглась. Элис вздрогнула.

– Оно того не стоит.

Это не стоило его жизни. Маркус посмотрел на нее сверху вниз блестящими глазами.

– Послушай свою жену, – посоветовал горец.

– Я не его жена, – не подумав ответила Элис.

– Нет? – Мужчина переглянулся с другими бандитами.

– Нет, не жена, – медленно произнес Маркус, словно впервые жалея, что это не так.

Он внимательно смотрел на нее, словно пытаясь запомнить черты ее лица и не желая отворачиваться от нее.

– Нет? Тогда кто она тебе?

Элис задержала дыхание, стараясь не смотреть на Маркуса, хотя ей было интересно, какой ответ он даст на этот вопрос. Она пыталась убедить себя, что это не важно. Его ответ ничего не значил, ведь их ничто не связывало. Он мог сказать все что угодно, описать их отношения как угодно, но это не имело значения.

Маркус ответил не сразу. Когда пауза затянулась, Элис решила заполнить ее и ответить за него:

– Я его домоправительница.

– Домоправительница? Ох… так это теперь называется?

Мужчины рассмеялись шутке юноши.

Элис покраснела. Маркус выругался и дернулся, готовый напасть на горца. Элис прижалась к нему и бросила шотландцу:

– Следи за языком.

Бандиты весело рассмеялись, нисколько не испугавшись Элис.

Темноглазый шотландец уставился на нее, словно увидев перед собой что-то занятное. Элис стало не по себе.