Софи Баунт – Волаглион. Мой господин. Том 2 (страница 44)

Выдыхаю пламя. Стараюсь угомонить звериные инстинкты, после чего притягиваю Сару за талию к себе. Сжимаю ее подбородок, заглядываю в задумчивое, но порозовевшее лицо.

— Тебе плохо со мной?

— Я тебя не понимаю, — скулит она, вгоняя меня в смятение.

С каких пор Сара умеет издавать настолько... жалкие звуки?

— Ты знаешь меня с самой отвратительной стороны и… говоришь…это…

— Понимать меня не обязательно, — отвечаю заплетающимся языком.

Пожар во мне еще полыхает. Сложно соображать.

— Я убила тебя!

Закатываю глаза. Девочка есть девочка — даже Сара, — любит ковыряться в смыслах, вместо того, чтобы заняться делом.

— В этом доме ты убила всех.

— Нет, Рекси. Рона убила его жена, — Сара указывает на соседний угол. — Прямо на этом самом месте. Я забрала душу.

— Семейная жизнь, она такая, — тихо смеюсь.

— Ингу я не убивала, как и Олифера.

— А Лари? Он ведь и не мужчина, а девушка. Ее заказал ревнивый дружок или Волаглион?

— Лари особенный случай. И хватит, Рекс. Вставай!

Сара щипает нежную кожу ниже живота. Я подпрыгиваю от неожиданности. Ведьма норовит удрать. И почти справляется.

Я на лету подхватываю ее и усаживаю на свои колени.

— Так не может продолжаться, слышишь? — яростно выдыхаю.

— О чем ты?

— Мы убьем его.

— Ничего не выйдет.

— Это не ответ.

— Рекс… я не могу идти против Волаглиона.

Она снова намеревается подняться, но я удерживаю.

— А я могу.

— Ты мертв.

— Именно. Назовем это преимуществом.

Сара ухмыляется.

— Ох, Рекси…

— Ты не веришь в меня.

— Я ни в кого не верю.

— Мы справимся, — я целую костяшки ее пальцев и выговариваю: — Он высосал тебя до капли, забрал все, что в тебе было. Он сломал тебя, понимаешь? Хватит! У любого есть уязвимая сторона. И ты ее знаешь. Скажи. Доверься мне, Сара! Я не подведу.

— Не надо внушать людям надежду, которой не существует. Волаглион уязвим, но… я не пойду против него.

— Объясни!

Сара качает головой и встает с моих колен.

— Пора завтракать, Рекси… ты голоден.

— Да на кой черт мне твои завтраки?! — ору я, хватая ведьму за локоть. — Я мертв!

Кровать скрипит, когда я играючи скручиваю Сару и возвращаю в постель.

— Хотя нет. Ты права. Очень хочу съесть… тебя.

— Еще варианты, чем заняться, имеются? — возмущается.

— Пусть ты не можешь сопротивляться демону, но я-то могу! Ты могла бы рассказать мне правду о том, как избавиться от Волаглиона, но зная твой ответ наперед, лучше займу язык чем-нибудь другим... у нас с тобой осталось невыносимо мало времени.

Слишком много чувств.

Нельзя испытывать столько всего одновременно. Желание и страх, отчаяние и надежду, ненависть к демону и симпатия к Рексу... Симпатия? Или... нет, ни за что!

Чувства. Они выедают изнутри. И все из-за него!

В голове шум.

Ощущаю себя сбрендившей, но... счастливой?

Рекс стягивает мой халат, целует грудь, втягивает соски, жадно водит горячим языком и пальцами... да, его пальцы тоже гуляют, где не надо, губы шепчут бархатные слова, вроде «расслабься, сладкая...», а еще ругательства, много-много пошлых ругательств сыплются из его уст звездопадом, сбивая друг друга.

И дьявол... мне это нравится. Проклятье! Нужно остановить его. Но... не могу. Не хочу.

Его взгляд проносится по моему телу, выражение лица и потемневшие глаза рождают внутри знакомое ощущение — то которое я успела полюбить и возненавидеть всей душой, которое рассыпает во мне лепестки роз и ароматы весны.

А еще дикое желание!

Рекс рывком переворачивает меня на живот. Прижимается. Скользит языком по позвоночнику, оставляя влажный след — до мурашек. Неисправимый. Вспыльчивый. Неукротимый. Берет меня за горло. Вдавливает в матрас. Ласкает поверх нижнего белья, хрипло посмеивается — дразнит сволочь, предвкушает, ведь я плавлюсь в его руках, выгибаюсь навстречу, растекаюсь и ничего не могу поделать.

Я готова отдать ему — всё. Выполнить любой каприз — и ненавижу себя за это! Если он сорвет с меня саму кожу, я не буду сопротивляться. Лишь бы ощутить его. Наполниться его вожделением.

Ахаю. Сжимаю подушку. Рекс проникает ладонью под белье, гладит меня пальцами, заставляя поддаваться навстречу.

— Ты невероятно прекрасна, когда стонешь, когда так... хочешь, — шепчет в ухо. — Зачем сдерживать это? Чего ты боишься?

— Я ничего не боюсь.

— Ты боишься... его.

Жмурюсь. И тебя.

— Рекс...

— Сара…

Вновь переворачивает на спину, прикусывает мою нижнюю губу и облизывает, смотрит в глаза.

Дьявол, какие у него красивые глаза! Неистовые волны в радужках играют оттенками аквамарина. В них — голод. Всепоглощающий! Бесконечный!

Я кладу ладони Рексу на спину и веду вниз... по мышцам, к пояснице. Напряженный. Жаждущий. Сильный. Я схожу с ума. Почему штаны еще на нем? Сними же их, идиот!

О, преисподняя, о чем я думаю?

Рекс вздрагивает. Словно читая мысли, стягивает штаны и за ягодицы подтягивает меня. Яростно выдыхает. Левая ладонь касается моей щеки. Кажется, у него дрожат руки. Перевозбудился?