Софи Баунт – Душа без признаков жизни (страница 97)
— Очнулся, — простонала Этель, целуя его.
— Дарис… — прошелестел Феликс. — Он хотел меня убить?
Этель закрыла лицо ладонями.
— Когда вы прибыли на Акхету, темный учитель предложил мне сделку.
— Это какую, интересно?
— Я убиваю вас при помощи роков, а взамен — он помогает мне стать асуром.
— И ты, как дура, поверила ему? Уму непостижимо. Да, Этель... отхлестать бы тебя. Подвергла опасности всю свою планету! Это ведь Дарис притащил к вам гуватскую нечисть, да? Как ты могла поверить ему?!
— Он делает это ради ракшасов! И я тоже хочу быть
— Дарис делает это ради себя любимого, ради своей гордости! Как и ты!
Этель отвернулась. Кажется, заплакала. Феликс выдохнул и притянул девушку к себе, взял ее голову в ладони. Ему льстило, что она проявляет слабость только перед ним, перед другими Этель — боевой капитан, неукротимая бестия и искательница приключений, никогда не плачет, никого не боится, но стоит ей остаться наедине с ним, как она превращается в ласковую, чувствительную кошечку.
Он поправил черную бретельку на ее плече и взял девушку к себе на колени. Искры в медных радужках задрожали в свете огня.
И какой смысл злиться на нее?
Феликс обнял демонессу и задумчиво гладил по рубиновым волосам, пока она не успокоилась — а когда успокоилась, то с надеждой посмотрела в его глаза. На что, интересно, она надеется? Феликс поцеловал ее в губы и отстранился. Не до этого ему. Хотя, после капсулы грез, ниже пояса всё зудит желанием.
— Дарису не сделать тебя асуром, Этель. Это невозможно. Если выпьешь из грааля, твоя душа разорвется, потому что внутренней энергии недостаточно. Но когда-нибудь…
— Нет, Фел, — всхлипнула Этель. — Ты даже не представляешь, на что он способен. Твой друг… Андриан. Дарис его создал.
— Чего? — рассмеялся Феликс.
— Из нескольких душ.
— Андриана в прошлой жизни убил мой брат Марк. Он был…
— Андриан и есть Марк, — перебила она. — И твоя собака. Они одно целое, понимаешь? Это сделал Дарис.
— Но зачем? Почему он выбрал моего брата и какую-то там собаку, причем мою собственную? Что за символизм?
— Не знаю. Наверное, была причина, темный учитель любит тайные смыслы.
Феликс притих.
Прародители его обманули? Или Этель пудрит мозги? Марк совершил самоубийство и должен был остаться на Земле призраком. Андриан родился в тот же год, в который Марк умер… Как он мог переродиться без возвращения в Обитель?
— Феликс, — Этель лихорадочно оглянулась. — Дарис хотел избавиться от тебя с помощью Андриана. Когда он его создал, то вложил часть и своей души. Этот парень опасен для тебя. Дарис умеет проникать в его голову. Так он тебя и убил. Но после первого выхода Андриана из тела, скорей всего, потерял контроль над ним. А тебя он не смог найти. Ты ведь вселился в птицу. Я не знаю, кто помог тебе, но этот кто-то спас тебя. Твоя душа не подавала признаков жизни в человеческом теле или в мире духов, и Дарис не знал, что ты жив. Он не смог тебя найти.
— Но зачем он пытался меня убить?! Он мой наставник!
— Он… Фел, я понимаю, как это звучит, но Дарис не ужасен. Он живет ради своих братьев. Дарис для нас — всё. Пойми, демоны любят и уважают его. Я тоже не желаю его гибели или ареста.
— Этель…
По залу разнесся женский крик. Затем — бряцанье сапог.
Феликса окружили стражники.
— Он не может покинуть редут, — заголосила Триша. — Еще рано. Он не в себе!
— Приказ Трибунала! Этот человек подлежит аресту.
Тонким металлическим голосом запели кинжалы, которые вмиг выскочили из ножен стражи. Триша поджала губы и отступила в испуге.
— Беспредел! — запищала она. — Это место восстановления душ. Место с очень нежной энергетикой. Как сюда смеют пускать вооруженных солдат?!
— Я в порядке, — успокоил Феликс. — Надеюсь, мой суд станет правосудием для обвинителя.
ГЛАВА 36. Стас
Стряхнув пепел, Стас еще раз затянулся и выбросил сигарету с балкона, после чего спустился по лестнице к общей вечеринке. Андриан должен был уже прибыть.
С недавних — очень белобрысых — пор Кот приобрел привычку опаздывать. И бог с ним. Но не сегодня ведь! Немыслимо. Опаздывать на собственный праздник!
День рождения друга Стас предложил отпраздновать у себя на квартире. Со всеми старыми друзьями. Места в ней, к счастью, достаточно, отец не пожалел для сына новой шикарной квартиры в несколько этажей, учитывая достижения в бизнесе.
После возвращения из Обители Стас активно работал и отлично преуспел. И не удивительно, на самом-то деле. Он перестал кутить, да и занимается тем, в чем хорошо разбирается: ночными клубами, барами… В голове миллион бизнес-идей! Стас подолгу размышлял о своей жизни, о том, что нужно успеть сделать, до того как уйдет на тот свет.
Возможно, он просто отвлекался от мыслей о наставнице. Стас запрещал себе думать о Гламентиле, ведь ничем не способен помочь, надеялся, что Дариса арестовали и ругал Лилиджой. Могла бы хоть на секунду явиться! Успокоить, сказать: всё обошлось, я жива. Когда Стас оставался один, то бранил наставницу во весь голос, надеясь, что она откликнется. Но она не отзывалась.
В кармане завибрировал телефон. Стас поднял трубку и направился к выходу.
Дан хотел его видеть.
***
Ступив в гостиную отца, Стас прокашлялся. Помещение проел густой дым сигар. Отец не один — со Ждахиным и Кирой.
— Я опоздала на твою вечеринку? Уже бегу, — засмеялась Кира.
— Чтобы не видел тебя там, — прорычал Стас. — Не нужны мне сопливые сцены по Андриану.
— Мои сцены, говоришь? А что насчет его новой подружки, за которой ты ушиваешься? Думаешь, я не заметила, что рядом с ней ты ведешь себя, как кретин?
Грозные мужчины посмотрели на Стаса немигающими глазами, но потом обменялись ироничными взглядами и одновременно затянулись сигарами.
Кира продолжала щебетать:
— Был бы мужиком, уже бы отбил Марлин у него, — закончила сестра, злорадно усмехаясь.
— Вот как? Ствол тебе сильно помог Андри вернуть?
— Да пошел ты, — прошипела она. — Иди дальше дрочи на свою белобрысую подстилку.
— Хватит, — рявкнул Дан, ударив кулаком по подлокотнику кресла, отчего коричневая кожа захрустела.
Ждахин начал исследовать пепельницу с таким серьезным видом, будто в трухе прячутся секреты мироздания.
— Кира, оставь нас, — потребовал отец.
Алые губы сестры слились в одну нить, она вышла с гордо вздернутым подбородком. Стас набрал в грудь побольше воздуха.
— Знаю. Можешь не мусолить. Кира моя сестра, мы должны быть друг к другу терпеливы и…
— Нет, — осек Дан. — Она обнаглела и ее надо наказать. Теперь у меня будет время на воспитание дочери, когда сын взялся за ум.
Подняв бровь, Стас плюхнулся в кресло напротив отца.
— Ты меня радуешь. Трезво рассуждаешь, поручения выполняешь в лучшем виде, а развлечениям предпочитаешь работу.
Отец выпустил длинную струю дыма в пол.