Софи Анри – Спорим, это судьба? (страница 2)

– Куда путь держишь, Питер или Москва?

– Питер.

Влад улыбнулся еще шире.

– Значит, нам по пути. Дай угадаю, собираешься подавать документы на поступление?

– Да. А ты?

– Уже перешел на второй курс. – Он потянулся к столику и, взяв бутылку воды, сделал несколько глотков.

– На кого ты учишься? – спросила я, усаживаясь поудобнее.

– На архитектора.

– А зачем едешь в Питер посреди лета?

Обычно к этому времени студенты закрывали сессию и, наоборот, разъезжались по домам. Не все, конечно. Макс, например, остался в Питере на лето, потому что устроился на подработку.

Стоило мне снова подумать о своем парне, как в кармане завибрировал телефон. Звонил Макс.

Я извинилась перед Владом и быстро вышла в тамбур.

– Привет. – В трубке послышался усталый голос моего парня. – Прости, весь день был на работе, только добрался до телефона. Как ты?

– Все в порядке. – Я прислонилась лбом к прохладному стеклу тамбурного окошка, по другую сторону которого барабанили крупные капли дождя. – Села в поезд, так что послезавтра утром уже увидимся.

Повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь стуком колес и звуками ливня.

– В смысле послезавтра? – после долгой паузы переспросил Макс.

– Я ведь еще на прошлой неделе говорила тебе, что купила билеты.

– Черт, Влада, прости, я с этой работой совсем замотался. Все из головы вылетело. – Его голос стал до жалобного виноватым. – А на сколько ты приедешь?

– На четыре дня. В конце недели возвращаюсь в Ростов.

– Вот черт.

– Что такое? – Я нахмурилась и стала нервно постукивать ногтем по стеклу.

– Я завтра уезжаю на неделю в Москву. Там проходит форум для студентов-медиков. Прости, у меня все из головы вылетело с этой работой и сессией. Мне жаль.

Моя грудь содрогнулась от тяжелого вздоха, полного досады.

– Владу-у-усь? – позвал Макс, и я натянуто улыбнулась, будто он мог меня видеть.

Так меня называла его мама, тетя Марина, а по совместительству и лучшая подруга моей. Собственно, именно благодаря их таланту сводниц мы с Максом, знавшие друг друга с детства, начали встречаться два года назад.

Наша история не похожа на те, что показывают в романтических комедиях и мелодрамах. Между нами не вспыхивало никакой искры, не было непреодолимого притяжения и химии, а когда мы целовались, у меня в животе не трепетали никакие бабочки. Но Макса я знала уже сто лет и доверяла ему. Нам всегда было комфортно вместе, мы понимали друг друга с полуслова, а это, по мнению моей мамы, в отношениях чуть ли не самое важное.

Я не сильно расстроилась из-за того, что не увижусь с ним на этой неделе, хоть и очень соскучилась. Понимала, что Макс болеет учебой и мечтает стать высококвалифицированным врачом, поэтому не может пропустить форум. Вот только я надеялась, что мне не придется проводить время в чужом городе в одиночестве.

– Ладно, ничего страшного, – ответила я обманчиво бодрым тоном. – Ты ведь приедешь в Ростов в следующем месяце. Наверстаем упущенное за год.

– Уверен, ты уже целый список занятий составила, – со смешком сказал Макс, но было в его голосе что-то такое, что не давало мне покоя. Усталость? Тревога?

Мы поговорили еще несколько минут, пока связь не прервалась. Я сделала несколько фото умытых ливнем пейзажей, стремительно проносящихся мимо, чтобы потом выложить в блог, и уже собиралась вернуться в вагон, но мне преградил путь новый знакомый.

В ответ на мой вопросительный взгляд он вытащил из кармана джинсов зажигалку «Зиппо» и щелкнул крышкой. А потом, внимательно посмотрев мне в глаза, нахмурился.

– У тебя все хорошо?

– Да, – недоуменно ответила я. – А что?

– Выглядишь расстроенной.

Я вновь повернулась к окну, за которым простиралась бесконечная лесополоса, тонущая в густых сумерках.

– Все нормально, просто узнала, что парень не сможет встретить меня в Питере и мне придется провести все дни одной.

Влад приблизился и оперся плечом о стену. Он продолжал играть с крышкой зажигалки, но меня это почему-то не нервировало.

– А чего так? Не может взять отгул на работе? Сессия-то по-любому закончилась.

– У него медицинский форум в Москве.

– А-а-а, – понимающе протянул он. – Против науки не попрешь.

– Ты так и не ответил, почему едешь в Питер в разгар летних каникул.

Моя попытка сменить тему не осталась не замеченной Владом. Он растянул губы в снисходительной улыбке, снова привлекая мое внимание к пирсингу.

– Дома скучно: родители работают, сестра поехала в Москву подавать документы, а друзья на морях. Решил вернуться в Питер поработать.

– Понятно.

Мы замолчали, и Влад достал из кармана красно-белую пачку. Я терпеть не могла запах сигаретного дыма, поэтому направилась к выходу.

– Влада, – позвал он, когда я уже открыла дверь в вагон.

– Что?

Влад долго смотрел на меня, пуская в сторону спираль дыма. Его серые глаза отдавали синевой, делая взгляд до того глубоким и пронзительным, что в нем, казалось, можно было утонуть.

– Ты веришь в судьбу? – вдруг спросил он.

Вопрос ввел меня в ступор. Не похоже, что этот парень пытался меня закадрить. Слишком серьезным было выражение его лица, а тон – задумчивым.

– Я верю в свои собственные силы, – после недолгой заминки ответила я и пожала плечами, словно пытаясь стряхнуть со спины неуместные мурашки, вызванные его глубоким голосом.

Глава 2

Факт обо мне номер один: я очень боюсь летать на самолетах. Знаю, что по статистике авиакатастроф в разы меньше, чем автомобильных аварий, – даже поезда с рельс сходят чаще, чем падают самолеты, – но от одной мысли о смерти на высоте в десятки тысяч километров у меня начинается паника.

Факт номер два: я очень плохо сплю в поездах. Бесконечная тряска, стук колес, хождение людей туда-сюда, шумные соседи по плацкарте – все это мне дико мешает. Поэтому в поездки я всегда беру с собой беруши.

Но в этот раз даже они меня не спасли.

Пассажирка с бокового нижнего места, которую, как я позже выяснила, звали Зинаида Георгиевна, храпела так громко, что ее недобрым словом поминали даже в конце вагона.

Проворочавшись целый час, я поняла, что ни за что не усну под эти утробные звуки, и свесила голову, чтобы разведать обстановку внизу. Сосед с противоположной нижней полки лежал в наушниках и смотрел что-то на телефоне. Свет от экрана позволил мне разглядеть его худое лицо с тонкими обветренными губами и почти черными глазами. Его темно-русые волосы были сальными, да и он весь выглядел таким неопрятным, что я сразу потеряла интерес. Не люблю нерях.

Мой взгляд переместился к полке Влада. Он тоже не спал: сидел за столом с планшетом и стилусом и… рисовал!

На мгновение меня это поразило, но я быстро вспомнила, что парень учится в архитектурном, и в этом нет ничего удивительного.

Прищурившись, я разглядела на белом экране рисунок. На нем красовалась Нюша, свинка из «Смешариков», в очень экстравагантном наряде: кожаной косухе, черной короткой юбке, колготках в сетку и высоких сапогах на тонких копытцах. Довершал образ ядерный макияж с оттенками розового и фиолетового.

Меня вдруг осенило, что принт на футболке Влада был создан им самим.

Я громко фыркнула от смеха, привлекая внимание Влада.

– Не спится? – спросил он, вытащив из уха беспроводной наушник.

– Уснешь тут… – отозвалась я, с недовольством покосившись на храпящую, как трактор, Зинаиду Георгиевну.

Влад хмыкнул и, свернув программу для рисования, убрал планшет в рюкзак.