Софи Анри – Двойной латте в дождливый день. Горячий шоколад в зимнюю ночь. Комплект из двух книг (страница 14)

– Прости, Айви, там сейчас наверняка весь кампус соберется, а я не смогу сосредоточиться в таком шуме. Лучше останусь здесь.

Я пожала плечами и не стала настаивать.

Надев старые джинсы с прорезями на коленях и серое худи, я закинула рюкзак на плечо, взяла корзинку в руки и направилась к двери. Не успела спуститься в вестибюль, как у меня завибрировал телефон:

Дирк

Привет, сестренка! Как твои студенческие будни? На этих выходных у нас состоится вечеринка в доме братства в честь первокурсников. Угадай, кто пойдет туда со сногсшибательной чирлидершей? А ты пойдешь на вечеринку? Или тетушка Мариса установила на них мораторий?

Айви

Привет, братишка! Вечеринка только на следующих выходных, так что буду уговаривать маму, чтобы она отпустила меня. Или придется наврать ей про кучу домашних заданий и под этим предлогом остаться на выходные в общежитии. Сочувствую сногсшибательной чирлидерше!

Я нажала «отправить» и уже начала убирать смартфон в карман худи, как вдруг врезалась в высокую фигуру, стоявшую прямо у выхода из общежития. Телефон выскочил у меня из рук, и я лишь чудом успела поймать его в воздухе.

– Кнопка! Ты не ушиблась?

Раздавшийся голос заставил мои внутренности сжаться, а сердце забиться еще громче и чаще.

– Что ты здесь делаешь? – вместо приветствия спросила я, потирая лоб.

– Живу, – улыбнулся Рэйден. – Полагаю, ты тоже. Вот так совпадение!

– Ага, – промямлила я, тая от его улыбки, как мороженое на солнце.

На Рэйдене были ослепительно-белая футболка, поверх которой накинута джинсовая куртка, и синие джинсы. Я заметила, что он всегда одевался просто, но стильно. Под тканью слегка просвечивали очертания татуировки на животе. Я могла мысленно воспроизвести ее в мельчайших подробностях – настолько долго разглядывала селфи плейбоя-бариста с голым торсом.

– Ты чего так покраснела, Кнопка? – удивленно спросил Рэйден, возвращая меня с небес на землю.

– Прости, задумалась. – Я неловко откашлялась и перехватила корзинку с сэндвичами и пледом другой рукой.

– Собираешься на пикник?

– Да, надоело сидеть в четырех стенах. И погода сегодня на редкость теплая. Решила воспользоваться моментом.

Рэйден почесал затылок и прикусил губу. Он выглядел смущенным.

– Могу я присоединиться к тебе? – Не успела я и рта раскрыть, как он затараторил: – Если ты хотела побыть одна или договорилась о встрече с кем-то другим, то все нормально, прости. Наверно, я тебя задерживаю… Не хочу казаться навязчивым. – Рэйден облизнул нижнюю губу и отступил на пару шагов: – Черт, я лучше пойду. Пока, Кнопка.

Мимо нас проскользнули две девушки, которые окинули Рэйдена взглядом, кричащим: «Офигеть, какой ты сексуальный!» – но он даже не заметил их. Просто повернулся ко мне спиной, собираясь уйти.

– Рэйден! – позвала я после нескольких секунд ступора, когда он уже спустился по ступенькам. Он обернулся, и в его глазах отчетливо читалась надежда. – Ты мне не помешаешь, я буду рада твоей компании.

Рэйден одарил меня по-мальчишески счастливой улыбкой. Он снова поднялся на крыльцо и забрал из моих рук корзинку, после чего мы направились к лужайке на берегу озера, в котором плавали утки и парочка лебедей. В парке было тихо и спокойно, несмотря на большое количество людей, которые пришли сюда отдохнуть: кто-то в одиночку, а кто-то парами и шумными компаниями.

Я подошла к берегу и достала из рюкзака булочку, которую не доела в университетском кафетерии, а потом благополучно про нее забыла. Рэйден расстелил плед неподалеку от берега и подошел ко мне. Я раскрошила булку и начала бросать ее в озеро. По зеленоватой водной глади к нам подплыли три утки и устроили между собой борьбу за разбухшие хлебные крошки. От воды пахло тиной и влажной древесиной, и этот запах навеял непрошеные воспоминания. На глазах внезапно навернулись слезы, и я закусила губу с глубоким вздохом, не давая им пролиться.

– Айви, ты в порядке?

Рэйден сделал шаг ближе ко мне, но потом замер, словно боялся нарушить незримую границу. И я была ему за это благодарна.

– Да, вспомнила кое-что… Пустяки.

Я бросила остатки крошек в воду, небрежно смахнула рукавом непрошеную слезинку и направилась к пледу.

Рэйден последовал за мной. Он не допытывался о причинах внезапной перемены моего настроения – просто молча шел рядом, и я чувствовала исходящие от него спокойствие и безмятежность, которые окутывали меня словно теплый плед.

Я села и начала выкладывать книги, взятые в библиотеке, чтобы написать доклад к следующему семинару по социологии. Рэйден устроился рядом и, сняв белые конверсы, скрестил ноги. В белых носках с желтыми смайликами, корчащими рожицы, он выглядел по-домашнему уютно.

– Мне нужно немного позаниматься, ты не против? – спросила я, приподнимая книгу.

– Нет, конечно. – Он вытащил айфон из кармана.

Пока я читала скучнейший справочник, Рэйден что-то усердно печатал на экране. Я всеми силами старалась не обращать на это внимания, но вопрос, с кем он так активно переписывается, не давал мне покоя. Неприятное чувство, словно в груди скребся дикий зверь, усиливалось с каждой минутой. Неужели это ревность?

Не выдержав, я посмотрела на Рэйдена. Он выглядел таким сосредоточенным и задумчивым. Наконец любопытство взяло верх, и мой взгляд опустился на экран его смартфона. Из-за яркого солнца было тяжело разобрать текст, но я сумела разглядеть, что у него были открыты «Заметки», а не мессенджер.

– Что ты там так усердно пишешь? – не удержалась я от вопроса.

Рэйден вздрогнул и отчего-то смутился, как будто я спалила его за просмотром порно.

– Я… э-э-э… пишу… – Рэйден прикусил щеку изнутри, а потом тряхнул головой и натянуто улыбнулся. – Эссе по литературе. Да. Решил не терять время даром. Дома перенесу все на ноутбук.

– Понятно.

Мне показалось, что он что-то недоговаривает, но давить не стала. Он ведь не лез ко мне с расспросами, когда я чуть не расплакалась у озера.

Я снова вернула внимание на учебник, а Рэйден продолжил печатать. Так мы и просидели почти час. За это время неподалеку от нас расположилась шумная компания из четырех парней атлетического телосложения и трех девушек, которые больше напоминали фотомоделей. Они громко болтали, смеялись, а потом и вовсе врубили музыку.

Я отложила учебник и стрельнула недовольным взглядом в сторону нарушителей спокойствия.

– Пойти поговорить с ними? – поинтересовался Рэйден.

– Не стоит, ты один, а их четверо.

Рэйден фыркнул:

– Я ведь не собираюсь с ними драться или хамить. Просто попрошу их вести себя потише или найти другое место – в конце концов, мы пришли сюда первыми.

С тоской взглянув на учебник, я отбросила его на край пледа и легла на спину, уставившись на голубое небо.

– Не надо. Все равно надоело читать.

Я прикрыла глаза, наслаждаясь тем, как теплые лучи солнца ласкают мое лицо и оголенную шею. Заиграл трек Young and Beautiful Ланы Дель Рэй, и я уже было подумала, что этот день не может стать лучше, как вдруг почувствовала какое-то движение сбоку от меня. Я открыла глаза и обомлела, обнаружив, что Рэйден лег на спину рядом и повернул голову ко мне. Наши руки лежали на пледе на расстоянии в несколько дюймов друг от друга. Почти столько же разделяло наши лица. Я ощутила на своем лице его теплое дыхание с нотками лайма и мяты и едва не подавилась собственным вздохом.

Вблизи Рэйден был еще красивее. В его серых глазах мерцали голубые вкрапления, а радужку словно окаймлял тонкий темный обруч. Длинные ресницы слегка подрагивали, когда Рэйден щурился от яркого света, а на полных губах играла мягкая полуулыбка.

– Расскажи что-нибудь о себе, Кнопка, – попросил он, и мне на грудь словно опустили свинцовую гирю – так проникновенно звучал его голос.

– Что рассказать?

– Не знаю, – ответил он. – Мы постоянно обсуждаем книги и фильмы, но никогда не говорим о себе. Хотя ты гораздо интереснее выдуманных историй.

Я почувствовала, как загорелись мои щеки.

– К сожалению, не могу согласиться с тобой. Порой мне кажется, что я просто пытаюсь спрятаться за всеми этими книгами и фильмами с невероятными сюжетами. Мечтаю, чтобы моя жизнь была похожа на приключения Джека Воробья, а на самом деле могу похвастаться только тем, что переезжаю с места на место с периодичностью в пару лет.

– А кто-то прозябает в одном городе на протяжении всей жизни, – парировал Рэйден. – Вы переезжаете из-за работы родителей?

– Мои родители в разводе.

– Сожалею.

Я поджала губы, вспомнив, как час назад кормила уток. Волна воспоминаний накрыла меня, и слова полились сами собой:

– Когда я была маленькой, мы с папой часто ходили по выходным в городской парк. Он покупал мне хот-дог, а я съедала сосиску и оставляла булочку. Потом мы всегда отправлялись к озеру, чтобы покормить уток. Папа шутил, что я чем-то похожа на уточку. Такая же маленькая и шумная, – я грустно усмехнулась. Я не знала, почему заговорила при Рэйдене на тему, которая у нас с мамой была под запретом. Он лежал рядом и слушал, не перебивая. – Родители развелись, когда мне было десять. Помню, тогда разразился крупный скандал.

Я замолчала.

В воспоминаниях всплыл тот вечер, когда мама плакала, а папа громко кричал. Потом он опрокинул стол… Все это время я пряталась за диваном и слышала каждое слово… Слышала удар, как от пощечины… Папа тогда впервые поднял на нее руку.