Содзи Симада – Детектив Киёси Митараи (страница 33)
В дверь кто-то постучал. Стук был какой-то особенный, угрожающий. Не дожидаясь нашего ответа, дверь резко распахнулась, и на пороге возник хорошо сложенный здоровяк лет сорока, облаченный в неброский, скромный костюм.
– Вы Митараи? – обратился ко мне незнакомец.
– Нет, – растерянно ответил я.
Тогда вошедший повернулся к Митараи и жестом, каким скороспелые богачи достают из кармана пачку денег, извлек черную корочку с полицейским значком.
– Моя фамилия Такэгоси, – глухо представился он.
– Редкий гость к нам пожаловал, – невозмутимо отреагировал Митараи. – Кто-то неправильно припарковался? В первый раз вижу настоящий полицейский значок. Можно посмотреть, раз уж выпала такая возможность?
– А ты, похоже, не из тех, кто умеет разговаривать со старшими, – с редко встречающейся у полицейских едкостью парировал нежданный гость. – Нынешняя молодежь не знакома с хорошими манерами и доставляет нам много хлопот.
– Хорошие манеры – подождать ответа на стук в дверь, а не врываться без приглашения. Надеюсь, вы это запомните. Так какое у вас к нам дело? Давайте поторопимся, чтобы не занимать чужое время.
– Ну ты даешь! Хочешь сказать, что не знаешь, кто я? Ты со всеми так разговариваешь?
– Нет, только с такими великими людьми, как
Полицейский, представившийся Такэгоси, явно не ожидал такого приема. Несколько секунд он не мог подобрать слов, чтобы сбить спесь со стоявшего перед ним молокососа. Все это время с его лица не сходило угрожающее выражение.
– Сюда моя сестра приходила? – наконец произнес полицейский. – Я знаю, что Мисако была здесь. – Было видно, что он еле сдерживается.
– А-а! – с насмешкой протянул Митараи. – Так это твоя сестра? Я не сразу понял. Ничего общего. Совершенно другой человек. Вот какое влияние оказывает на людей среда… Скажи, Кадзуми?
– Не могу понять, зачем сестра потащилась к такому недоделанному звездочету. Мисако приносила тебе записки нашего отца? Только не надо отпираться!
– А я и не отпираюсь.
– Мне свояк сегодня сказал. Ее муж. Это очень важный документ для полиции. Прошу вернуть!
– Мы уже с ним ознакомились, так что нет проблем. Только не знаю, как к этому отнесется твоя сестра.
– Ее это не касается, раз старший брат сказал вернуть. Она не будет в претензии. Как я сказал, так и будет. Так что выкладывай поскорее!
– Выходит, мнения сестры ты не спрашивал и все слышал только от ее мужа? Ты ставишь меня в затруднительное положение. Я не знаю, хочет ли она, чтобы я отдал тебе записки. Отвечает ли это воле вашего покойного отца? И вообще, где ты так замечательно научился просить?
– Тебя, конечно, следовало бы поучить вежливости. Потому что ты нахал. Ничего! Есть у меня кое-какие мысли…
– Это какие же? Многообещающее заявление. Очень хотелось бы послушать. Как думаешь, Кадзуми, может, он собирается нас арестовать, заковать в наручники?
– Ну ты и наглый тип, как я погляжу! Что за молодежь пошла… Только и можете хамить.
– Я не такая уж молодежь, как тебе кажется, – проговорил Митараи, позевывая.
– Больше я с тобой шутить не собираюсь. Отец перевернулся бы в гробу, если б узнал, что ты разыгрываешь из себя детектива, используя его записки. Расследование преступления – это не игра. Это тяжелейшая работа, сбор сведений, и всё ножками, ножками, пока подметки не сотрешь…
– Имеется в виду расследование «убийств по Зодиаку»?
– «Убийства по Зодиаку»? Это еще что? Для комиксов название в самый раз. Профаны вроде тебя падки на все, что хоть чуть-чуть попахивает сенсацией, и сразу начинают изображать из себя сыщиков. Детективное расследование – не веселая прогулка, а серьезное дело. Настоящие детективы не жалеют ног, добиваются результата потом и кровью… Короче, эти материалы необходимы для расследования. Это ты способен понять?
– Тебя послушать, так самые лучшие детективы получаются из сыновей сапожников… Но ты забываешь одну вещь. Что самое важное для детектива? Мозги. Судя по тому, что я вижу, ты от их избытка явно не страдаешь. Для таких, как ты, эти записки – бесполезное сокровище. Я подумаю, отдавать их тебе или нет, хотя, бьюсь об заклад, это дело тебе не по зубам, с записками или без них. Как ты собираешься расследовать преступление сорокалетней давности? Ножками, пока подметки не сотрутся? Тебе такие дела еще не встречались. Готов им заняться? Смотри не опозорься.
– Что-о? Кому ты это говоришь?! У нас и подготовка, и опыт. Мы – профессионалы. Дилетантам вроде тебя тут вообще делать нечего.
– Ну сколько можно повторять одно и то же? Разве я говорил, что расследование – ерунда? А вот ты считаешь, что головой работать легче, чем ногами.
– У меня с головой тоже всё в порядке! – прорычал полицейский, явно не собираясь уступать. – Таких уродов, как ты, я еще в жизни не встречал. Ты – типичный люмпен, мелкий гадалишка, которого никто не признает. Только и можешь, что языком чесать, как баба. За счет этого и живешь. А мы себе такого позволить не можем. От нас требуются точные факты, а не болтовня. У нас есть ответственность перед обществом. Если ты такой умный, скажи: ты разобрался в этом деле?
Впервые в этой словесной дуэли Митараи замялся. Я понял: в душе он сожалел, что разговор принял такой оборот.
– Пока нет.
На лице Такэгоси тут же появилось победное выражение, и он впервые улыбнулся.
– Ха-ха! Ничего другого я и не ждал. Только говорить умеешь, и больше ничего. Зелен ты еще для таких дел!
– Ты лучше на себя посмотри, бездарь! Отдам я тебе эти записки, ты их прочитаешь – и что толку? Все равно что дать обезьяне калькулятор и ждать, что она на нем решит задачу. Кончится тем, что ты принесешь записки к себе в управление, и вы всем коллективом станете ломать над ними голову. Ты же на службе, по-другому поступить не можешь… А в управлении народ вроде тебя, особым умом не блещет. И дело, скорее всего, кончится позором для твоего отца. Молодые сотрудники узнают, что с ним произошло. Не вижу в этом никакого смысла. Твоя сестра с ума сходит, думая, как избежать позора. Ваш отец ведь мог сжечь свои записки, но не сделал этого. Выходит, он ошибся.
Записки Бундзиро Такэгоси – ключ к разгадке всего дела, и не будет большим преступлением, если мы их больше никому не покажем. Предположим, сегодня я отдам тебе записки, и ты завтра же побежишь с ними в управление? Опозоришь отца? Несколько дней ничего не решают. Прочитай, что написал отец, и попробуй подумать. Сколько дней ты можешь продержать у себя записки?
– Ну дня три…
– Там много страниц. Едва успеешь прочитать, а подумать времени не останется.
– Неделю. Больше не могу. Кроме свояка, еще есть тип в управлении, который догадывается об их существовании. Так что больше никак невозможно.
– Неделя? Понятно.
– Постой, постой! Ты хочешь сказать…
– Я хочу сказать, что через неделю раскрою это дело. Или, по крайней мере, продвинусь вперед настолько, что можно будет не выставлять записки твоего отца на широкий суд.
– Ничего не выйдет. Ты же понятия не имеешь, кто преступник.
– Ты слышал, что я сказал? Раскрыть дело – это и значит установить преступника. Хотя вряд ли я смогу доставить его к тебе на порог… Сегодня пятое, четверг. Можешь подождать неделю, до следующего четверга?
– Тринадцатого я отнесу записки в управление.
– Тогда не будем терять время. Где дверь, ты знаешь. Кстати, ты родился в ноябре, верно?
– Верно. Это сестра сказала?
– В этом не было необходимости, я и так знаю. Скажу больше: между восемью и девятью часами вечера. Вот бумаги, смотри не потеряй. В следующий четверг мы должны будем их сжечь.
Дверь захлопнулась. Шаги Такэгоси прогрохотали по лестнице и стихли.
– С тобой всё в порядке? Что ты ему наговорил? – встревоженно поинтересовался я у Митараи.
– А что?
– Ты в самом деле собираешься вычислить преступника до следующего четверга?
Митараи молчал. Вид у него был торжественный. Это добавило мне волнения. Иногда из-за чрезмерной самоуверенности ему изменяло чувство реальности.
– Я, конечно, признаю, что голова у тебя работает лучше, чем у этого полицейского. Но что ты имел в виду, когда говорил о ключе к разгадке?
– Понимаешь, еще когда я расспрашивал тебя об обстоятельствах этого дела, меня что-то зацепило и не отпускает. Сейчас не могу сказать, что именно, словами не передать… Но не идет из головы. Что-то напоминает… Что-то мне известное, совсем простое. Если бы вспомнить… Хотя, может быть, я ошибаюсь и все совсем не так… Ну да ладно! Хорошо, что у нас есть неделя. Можно хотя бы попробовать. Кстати, у тебя кошелек с собой?
– С собой, а…
– Значит, деньги есть?
– Ну есть.
– Много? На несколько дней хватит? Я сейчас еду в Киото. Ты со мной?
– В Киото? Прямо сейчас? Но у меня дела, по работе позвонить надо… Так сразу я не могу.
– Тогда пока. Меня не будет дня четыре или пять. Жаль, конечно, что ты не можешь.
С этими словами Митараи повернулся ко мне спиной и вытащил из-под стола сумку, которую обычно брал с собой в поездки. Мне ничего не оставалось, как крикнуть ему в спину:
– Еду! Я с тобой!
Антракт
Бактерия в скором поезде
Я думаю, что именно с той минуты Митараи занялся этим делом по-настоящему. Как только он чем-то загорался, тут же начинал действовать быстро, как молния. Мы, а точнее я, схватили карту Киото, книжку «Семейство Умэдзава и убийства по Зодиаку» и через полтора часа сидели в вагоне скоростного поезда, направлявшегося в Киото.