Содзи Симада – Детектив Киёси Митараи (страница 322)

Митараи с трудом полез в тесное отверстие в нижней части черной скалы, Леона — за ним. Прежде чем последовать их примеру, я осмотрел место, в которое мы попали. Оно выглядело совершенно так же, как то, откуда мы прибыли.

Двигаясь вслед за спутниками, я все явственнее ощущал маслянистый запах. Ход был в точности как канализационный канал, гораздо у2же, чем подводный туннель, по которому мы сюда добрались. Луч фонаря освещал совершенно черный потолок и стены длинного хода, который к тому же шел на подъем. Леона пыталась расспросить, что же это был за монстр, но ее голос становился все тише.

Сколько же мы прошли? Распрямиться во весь рост было невозможно, от этого усталость только нарастала. Плавание под водой дает очень большую нагрузку на человеческий организм, и я временами чувствовал головокружение. Да еще и этот сильный запах. К тому же под ногами была неровная поверхность. Весь пол покрывало что-то вроде черной грязи, вязкой, как на заливном рисовом поле.

Временами я останавливался отдохнуть. Леона то и дело, вздыхая, поступала так же. Только Митараи — что за сердце у этого человека — продолжал двигаться вперед как ни в чем не бывало.

— Эй, Митараи, подожди немного! — крикнул я.

— Давайте быстрей, — только и отвечал он, не думая останавливаться.

Нам ничего не оставалось, кроме как торопиться за ним.

Я направил луч фонаря вперед — и поразился. Митараи исчез. Перед нами встала стена, преграждавшая путь.

— Эй, Митараи, ты где?!

— Господин Митараи!

Мы с Леоной кричали в один голос.

— В чем дело, что вы кричите? — послышался откуда-то его голос.

— Где ты?

— Поверните, не доходя до тупика. Вам осталось еще немного.

Похоже, коридор делал здесь поворот.

Мы добрались до него. Я рассчитывал, что дальше пойдет ровная дорога, и с разочарованием увидел, что за поворотом продолжался тот же тесный подъем.

Продвигаясь дальше по неудобному проходу, я понял, что это за вязкая субстанция у меня под ногами. Это был пепел. Скорее всего, от сгоревшего здесь дерева. Кто-то разводил костры по всей площади коридора, а потом залил их водой. Значит, в коридоре пахло копотью с примесью бензина.

Копоть покрывала потолок и стены. На стенах она была немного влажная.

Я продолжал подъем, наклонив голову. Где мы оказались, что тут происходило?

Меня охватило странное ощущение. Чувство дежавю. Как будто я не в первый раз иду по этому коридору. Когда-то это уже со мной происходило…

Впереди раздался вскрик Леоны. Она стояла во весь рост, выйдя на более просторное место. Я поспешил вперед. И вскрикнул совершенно так же.

Мы вышли в странную просторную комнату с высоким-высоким потолком. Стены ее были наклонены вовнутрь и сходились у потолка. В свете наших с Митараи фонарей мы увидели, что они густо покрыты копотью.

— Так это же большой коридор! — закричала Леона.

— Верно, это выглядит совершенно так же, как большой коридор пирамиды Хуфу.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы заметить это, потому что вдоль обеих стен стояли два ряда черных столбов. Из-за них общий вид помещения производил несколько иное впечатление, чем настоящий коридор в пирамиде. Столбы были деревянные, и все, как один, обгоревшие дочерна.

Большой коридор и туннель, по которому мы только что поднимались, ничем не отличались от тех, что мы видели в Гизе. Вот откуда у меня появилось чувство дежавю.

— Да, это похоже на Гизу…

— Добро пожаловать.

С этими словами к нам из дальнего угла коридора неторопливо подошел Митараи. Он шел не по несколько приподнятому краю коридора вдоль стены, а по углублению в его середине. Поэтому идти приходилось медленно из-за загромождавших проход остатков сгоревшего дерева. Здесь под ногами было заметно суше, чем в туннеле, но выглядело все так, будто в этом месте бушевал сильный пожар. Влажная копоть под ногами превратилась в густую грязь.

Леона, осторожно ступая между обломков на полу, подошла к правой стене. Я беспокоился, что она в одном купальнике, но пол покрывали только остатки сгоревшего дерева, которые не могли ранить ее босые ноги.

— Если я правильно рассуждаю, то стены здесь стеклянные, — сказал Митараи, разгребая пепел на полу ногой в обуви для подводного плавания.

— Стеклянные?! — закричал я, как безумный.

Что значит стеклянные? Мы попали сюда, пробираясь по длинным туннелям в скалах, и откуда здесь взяться стеклу?

— Стекло! — крикнула Леона, повернувшись ко мне. — Гладкая стеклянная стена! Она прозрачная?!

Леона рукой стерла со стены копоть. В этом месте та была уже сухая.

— Была.

— За ней что-нибудь видно? — Она усердно продолжала вытирать копоть.

— Нет, ничего не видно.

— Совершенно ничего не понятно! Что происходит? Где мы?

— Я же сказал, в Гизе. Подробности позвольте объяснить позже.

— А монстр?

— Это тоже потом. Здесь должна быть комната царицы. Но она забита сгоревшим деревом, и войти не получится.

— То есть здесь все устроено так же, как в пирамиде в Гизе?

— Только из стекла.

— Почему?

— Исиока, не заставляй меня по нескольку раз повторять одно и то же. Все объяснения потом. Иди быстрее сюда. Осторожно, смотри под ноги. По приподнятой части вдоль стены не пройдешь, там в дырах в полу установлены деревянные столбы. По углубленной части идти тоже тяжело, но все-таки лучше.

Митараи пошел вперед, прокладывая путь по углублению в середине большого коридора, то переступая через обгоревшее дерево, то давя головешки ногами. Я, подражая Митараи, двинулся вслед за ним, впереди босой

Леоны.

От головешек, по которым мы шли, поднималась новая волна запаха горелого дерева. Леона молча шла следом по проложенной нами тропе.

Копоть покрывала стены неравномерно. В некоторых ее слой был толстым, а кое-где сквозь нее проглядывала поверхность стены. В этом тоже была какая-то загадка. Если огонь горел здесь повсюду, то и копоть должна была лежать всюду одинаково. Но в некоторых местах на черной стене просматривались следы, как от прибоя. Откуда взялась такая разница?

Мы завершили подъем по большому коридору. Меня не покидали мысли о том, что, проплыв в водолазных костюмах над красивейшим морским дном, мы, попав в какой-то сдвиг пространства и времени, вернулись в Египет.

Впереди должна была быть царская комната. Митараи, согнувшись, вошел в ведущий к ней туннель. Под резиной на его ногах скрипели головешки.

И в коридоре, который вел к царской комнате, и в ней самой повсюду были следы большого пожара. Мы втроем вошли в комнату с черными от копоти стенами. Мы с Митараи осветили своими фонарями углы, потолок и заваленный слоем сгоревшего дерева пол помещения. От запаха начинала болеть голова.

— Митараи, объясни хоть немного, — сказал я.

— Как видишь, здесь горело, — ответил мой друг, светя себе под ноги.

— Горело, и что?

— Это следы костра.

— Кто мог устроить костер в таком месте? — спросила Леона. Вопрос был совершенно логичный. Я тоже хотел бы получить на него ответ.

Митараи присел над полом, покрытым влажными головешками, и ответил нам с издевательским выражением:

— В мире много странных людей. Некоторые думают о том, не геи ли их знакомые, в то время, когда их хватает ужасный монстр. По сравнению с этим не так уж и странно развести костер в туннеле.

— А почему здесь все мокрое? — спросил я.

— Может быть, хотели залить огонь водой, — сказал Митараи явно несерьезным тоном.

— А где вода?

— Была.

Митараи встал. В испачканных черным руках он держал покрытую черной копотью толстую палку. Стукнул ей по стене. Раздался металлический звук. Палка оказалась железной.