Снежана Каримова – Растущая луна (страница 28)
Лисичка перебежала через мост. Алиса за ней.
Артур тоже выскочил из машины и заметил только, как мелькнула ярко-жёлтая юбка его невесты. И всё. Туман поглотил её.
Хлопнув дверью машины, он бросился следом, пытаясь одновременно позвонить сестре.
Алиса бежала за корги, стараясь не упустить из виду маленькую собачку. Ей казалось, что Артур звал её, но она боялась обернуться и отозваться. Ей было страшно отвести взгляд от рыжего хвоста и потерять Лисичку в тумане.
Наконец Лися подустала и сбавила шаг. Алиса тоже смогла отдышаться.
Они шли тропинкой, окружённой деревьями. Клёны, берёзы и вязы шевелили тонкими голыми ветвями, словно тянулись к ним. Дубы скрипели корявыми сучьями, а сосны шуршали и роняли иглы прямо на их головы.
– Не смотреть по сторонам, – ободряюще шептала себе Алиса, идя за рыжим хвостом. – Здесь явно замешана магия.
Неожиданно Лисичка остановилась и, шумно принюхиваясь, зашевелила чёрным носом, а потом зарычала.
– Что случилось? – спросила Алиса.
И тут в тумане показались смутные очертания огромной фигуры, которая двигалась к ним.
Глава 15
Тыквенный суп
Когда Мши вытащила Лисичку из колодца и поставила на землю, корги не собиралась спасаться и бросать подругу в беде. Она грустно заскулила, оглядываясь по сторонам, а потом забегала вокруг колодца, пытаясь понять, как вернуться обратно. Лися вставала на задние лапы, заглядывала в туман колодца и снова, жалобно воя, бегала вокруг.
Мши наблюдала за собакой, сидя на кирпичной колодезной кладке. Но на очередном беговом круге Лисички дракониха преградила корги путь хвостом. Лися остановилась и вопросительно посмотрела на неё, а Мши наклонила голову и прислонилась своим мягким плюшевым лбом к собачьему. В тёмных, золотисто-коричневых глазах драконихи блеснули зелёные всполохи. Они отразились в карих собачьих глазах.
Мши отстранилась.
Лисичка тряхнула головой и вдруг сорвалась с места и со всех ног побежала вон из сада.
День во второй половине осени совсем короткий, но она должна была успеть.
Мши вернулась в подземелье и юркнула в нишу за тыквой. Она свернулась на куче из желудей, шишек, ягод шиповника и листьев. Все эти природные дары она любовно собирала в течение осени. Следила, чтобы орехи были без червоточинок, переворачивала каштаны, чтобы они не плесневели в сырой колодезной пещере.
Мши закрыла глаза. Лу удивлённо смотрела, как засыпающая дракониха всё меньше походила на зелёного ящера. И вот перед глазами Луны остался только садовый камушек в ворохе листьев, густо поросший бархатистыми плотными островками мха. Такой она и видела раньше в колодце, только побольше.
– Устала защищать твою собаку, – прошелестела Гало. – Перед зимой у мшистых драконов совсем не остаётся сил. Но скоро они появятся у меня. – Гало в предвкушении по-мушиному потёрла ручки. – А я ей сразу говорила, чтобы не привязывалась к собаке. Это всего лишь еда. Ох уж эти драконы… Понять их ещё сложнее, чем людей.
Гало перевела взгляд на тыкву.
– Как она тебе? – спросила принцесса у Луны. – Вырастить такую большую за месяц не так-то просто! Требуется много заботы и сил. Детки старались, приносили несчастья и творили их сами. Лунные и туманные тыквы хорошо растут на человеческих чувствах.
– Так почему бы не наполнить город радостью? – скептически заметила Луна и посмотрела на свою укушенную руку. – Раз дело в человеческих чувствах.
Кровь на ранках запеклась и больше не текла.
Гало развела тонкими ручками.
– Потому что обидеть ведь легче, согласись, чем поддержать или обрадовать. Я сразу решила, что для тебя буду откармливать эту белоснежную лунную тыкву, а не туманную. Мы же с тобой любим ночь, звёзды, луну. Даже имена наши связаны. Ты Луна, а я Гало.
– Ты тоже сама себе выбрала имя? – спросила Луна.
– Догадливая, – кивнула Гало. – А теперь полезай в тыкву.
– В тыкву? – удивлённо переспросила Луна.
– Конечно. Как же я буду варить суп в тыкве из девочки без девочки?
– А если я не полезу? – не сдавалась Луна.
– Тогда детки тебе помогут, они кусаются очень больно, – предупредила Гало. – Ещё больнее, чем я.
Лу с опаской бросила взгляд на глиняные головы, которые сидели тут и там и смотрели на неё глазами-ямками. Почему-то они выглядели более зловеще, чем раньше.
Гало тоже посмотрела на них.
– Почуяли кровь. Насторожились. Так что давай в тыкву. – Гало погрозила пальчиком деткам: – Это для пира.
– Это на Новый год, – передразнила Луна.
Гало глянула на неё и кивнула:
– Да, для нас наступает новый год. Новое время.
Луна вздохнула и подошла к тыкве, поправила на голове гномью шапку и забралась внутрь. Тыквенные стенки, тщательно выскобленные от мякоти, ещё не подсохли и оказались неприятно влажными.
Гало что-то тихо просвистела, глухо, словно в шарф. Так обычно свистят снегири, которые появляются на окраине города с первым снегом.
Глиняные головы задвигались и принялись таскать дрова из соседней кладовой. Тонкие хворостинки они толкали перед собой или подбрасывали вверх, словно играли друг с другом в волейбол.
А Гало складывала костёр. Потом она махнула лапками, и тыква с Луной, воспарив над земляным полом, перенеслась на сложенные дрова.
Гало, довольная своей работой, потёрла ручки и улыбнулась. Мохнатые усики на макушке шевелились от предвкушения.
Детки окружили тыкву, но пока всё-таки сохраняли расстояние.
– Если начнут кусаться, кричи, – предупредила Гало. – Им запрещено трогать тебя до пира, но дети, они ведь такие непоседы, за ними только глаз да глаз!
– Они отвратительны! – не выдержала Луна и невольно посмотрела на свою укушенную руку.
Гало оглядела деток.
– Возможно, я ещё не очень хорошо их леплю. Хотя вон та получилась симпатичной.
Лу посмотрела на любимицу Гало. У избранной детки на макушке в глину венком были вдавлены маленькие стёклышки бутылочного цвета.
– Зато какие чудесные из них вылупятся бабочки! – продолжила Гало. – Лучше тех, которые есть у меня сейчас. А мне нужно много тумана!
Луна вспомнила, какой густой туман был сегодня на пустыре.
– У тех твоих мотыльков тоже хорошо получается, – буркнула она.
– Есть до первой звезды суп нельзя, но приготовить заранее можно, – прошелестела Гало и вылетела в кладовую. Детки тут же чуть подкатились к тыкве и окружили её со всех сторон.
– Гало-о-о! – в ужасе позвала Луна.
Принцесса мотыльков и голов уже снова была в пещере. Перед ней летело несколько картофелин. Они опустились на стол. Гало встала на маленькую скамейку и начала скрести картофелины бутылочным стеклом.
– Этого можно было бы и не делать, – прошелестела Гало. – Детки неразборчивы в еде, но раз надо как-то скоротать время, почему не заняться изысканной кулинарией? Обычно днём я сплю… но чувствую, как только закрою глаза, детки закусят тобой, увы. Я бы поручила твою охрану Мши, но, видишь ли, у нас с ней пока небольшие разногласия, да и устала она за ночь, отбивая от деток твою собаку. Так что придётся мне приглядывать за тобой самой. Ты мне пока нужна целая.
– Почему я? – спросила Луна, ковыряя стенку лунной тыквы.
Гало закончила чистить картошку и стала пробовать нарезать её.
– Потому что тебя не должно было быть. Я же уже говорила.
Лу призадумалась, но всё равно ничего не поняла.
– Это как?
Гало оставила картошку в покое, подлетела к люльке и снова взяла на руки грязный окровавленный свёрток, который пульсировал, словно живое сердце.
– Это кукла Недоля, – сказала Гало. – Ваше человеческое колдовство. Ты называешь себя ведьмой и не знаешь таких простых вещей.
– Я зелёная ведьма, – тихо сказала Лу и добавила: – Скажи, почему ты меня ненавидишь?
Гало призадумалась.
– Нет. Я не испытываю к тебе таких чувств. Ты мне даже нравишься. С тобой интересно. – Гало поглядела на куклу в своих руках. – Я даже рада, что твоя душа перейдёт ей. Твоя мать до рождения ребёнка, то есть тебя, сделала эту Недолю. Внутри у куклы записка с пожеланием, чтобы ты не появилась.