Снежана Каримова – Омут (страница 20)

– Это комплекс какой-то – непременно иметь ноги? Обчиталась «Русалочки»?

Подменыш пошевелила ступнями в зеленых носках и довольно улыбнулась.

– Мне просто так привычнее, – в оправдание сказала она. – Да ведь и ты сама хочешь иметь ноги? Иначе бы не сидела тут…

Подселенка пропустила замечание Цветы мимо ушей и кивнула на куклу-марионетку.

– Тебя не смущает, что вас тут теперь двое?

– Смущает, поэтому буду признательна, если ты ее уберешь, – пробурчала Цвета.

– И правда, пора заняться делом, – согласилась Бесена. – Знаешь его?

Она хлопнула ладонью по коленке, и кукла-марионетка сменила внешность. Теперь это был симпатичный парень с вьющимися светлыми волосами.

Цвета от удивления приоткрыла рот, кинула взгляд на подселенку и отрицательно помотала головой.

– Нет. Думаю, он не из моей школы… – она осеклась и замолчала.

– Что? – покосилась на нее Бесена.

– Кто он тебе? – спросила Цвета.

– Пока никто, – пожала плечами Бесена.

– А зачем ты его ищешь?

– Слишком уж ты любопытная, – шкодливо улыбнулась подселенка.

– Ты не навредишь ему?

– С чего ты это взяла?

– Действительно, с чего? – Цвета снова рассердилась. – Может, потому что ты бес?

– Ох, ну началось! – закатила глаза Бесена. – Ты вся в свою бабулю, хоть она тебе и не родная. Не так уж много у вас, людей, проблем от бесов. От автомобилей и то больше: воздух загрязняют, кругом аварии, куча денег на тачки тратится, – подселенка изобразила джойстиком повороты руля. – Мы же, бесы, лишь иногда чуток щиплем души, причем только тех, кто нам это позволяет.

– Лишь чуток щиплем души! – передразнила соседку по домику Цвета.

Бесена удивленно вскинула брови.

– Ты становишься такой же вредной, как я, и мне это не нравится! – пропыхтела она. – Вроде робкая и мягкая, а потом как выдашь что-нибудь! Оставайся лучше милой. И вообще-то я тебе помогаю! Без меня ты бы до сих пор терялась в догадках, почему для всех чужая. Растила бы в себе и дальше омут имени Комплекса Неполноценности…

– Заладила со своим омутом! Пока я еще не решила, радоваться ли мне твоей помощи или плакать, – вздохнула Цвета. – Чужой я так и осталась.

– Потому что своих ищешь не там.

– Ну а ты? – Цвета кивнула на маленькую копию парня.

Бесена щелкнула пальцами, и марионетка снова перевоплотилась в Цвету.

– Как-то жутковато, – пробормотала подменыш, глядя на маленькую копию своего тела.

– Возвращайся к себе, – посоветовала Бесена. – Становись собой.

– Собой… – безнадежно вздохнула Цвета.

Но как стать собой, если ничего о себе не знаешь?

– Эй, все хорошо? – окликнула старуха девушку на скамейке и постучала клюкой по железной урне, привлекая ее внимание. – Нанюхалась чего, что ли?

Цвета-с-бесом распахнула глаза и мигом вскочила.

– День тяжелый. Просто пытаюсь собраться с мыслями, – протараторила она на автомате.

– Ты внучка Глафиры? – спросила старуха, и глаза ее блеснули интересом.

– Мне пора! – отрезала любопытство соседки Цвета-с-бесом и быстрым шагом отправилась на остановку.

Трамвай пришел полупустой, и девушка плюхнулась на одиночное кресло. Сиденье было обито мягкой темно-синей тканью с желтым узором, не то что в автобусе, на котором Цвета-с-бесом приехала к Глафире, – там был коричневый вытертый дерматин.

Трамвай покатил по рельсам и уютно зазвенел.

– Как здорово! – прошептала Бесена.

– Давно не каталась на трамваях! – откликнулась из сердечного домика подменыш.

Цвета-с-бесом достала из кармана телефон и приложила к уху, сделав вид, что разговаривает:

– Почему? Мне очень нравится! Кажется, это теперь мой любимый вид транспорта!

– Не по пути. А просто так кататься было некогда, – ответила Цвета. – Наверно, я слишком была занята мыслями о том, как понравиться другим, и совсем не думала о том, что нравится мне самой. – Она растерянно засмеялась и добавила: – Никогда не приходило в голову просто сесть и покататься на трамвае.

– Видишь, иногда совсем не плохо отправиться с незнакомкой в маленькое приключение, – весело заметила Бесена.

Девушка положила телефон в карман и открыла сумку, чтобы достать деньги на билет. Утром Бесена проехала зайцем, к своему восторгу и к возмущению Цветы. Сейчас же кондуктор нависла прямо над ней, так что делать было нечего. Отсчитывая мелочь, Цвета-с-бесом заметила в сумке какую-то любопытную бумажку. Она расплатилась, получила билет и занялась находкой.

Это была распечатанная на цветном принтере фотография парня. Та самая, для приворота. Парень был крепким, коротко стриженным, в спортивной форме. Он держал в руках футбольный мяч и широко улыбался.

Бесена, окутанная телесной памятью, знала в общих чертах, как выглядит Антон, и знала, что эта фотография была сделана до его травмы. Она хмыкнула и убрала фото обратно в сумку.

– И что ты хмыкаешь? – пропыхтела подменыш в сердечном домике. – Не всем нравятся смазливые блондинчики.

Цвета-с-бесом прикусила губу, но отвечать не стала – было бы странно ни с того ни с сего хватать телефон и начинать возмущаться, а в сердечный домик она спускаться не хотела, поскольку сторожила свою остановку. Да и с бдительностью окружающих она уже столкнулась в лице соседки Глафиры, а ведь думала, что надежно спряталась на той скамейке, заросшей «золотыми шарами».

Выйдя из трамвая, Цвета-с-бесом закоулками пропетляла до пустынной дорожки.

– Ты тут так хорошо ориентируешься, – заметила подменыш.

– Это же мой район, я все тут знаю, и даже чужое тело мне не помеха, – ответила Бесена.

Бурая жухлая трава на пустыре походила на всклоченную шерсть старой собаки. Цвета-с-бесом шла дачными улицами, бахромой прилепившимися к городу. Над железными заборами, словно большие диковинные звери в зоопарке, выглядывали яркие и странные домишки. Видно, устав от однотипных квартир человейников, здесь каждый творил от души.

На одном из заборов распласталась надломленная, тяжелая от крупных плодов ветка антоновки.

Цвета-с-бесом подпрыгнула, ухватила яблоко и с силой дернула. Яблоко было огромным, во всю ладонь. Бесена с усилием откусила и поморщилась:

– Кисло…

А потом счастливо повторила:

– Кисло!

– Надо те собирать, которые легко отделяются от плодоножек и сами в руку падают. Вроде так, – поделилась теорией подменыш, – но у нас дачи нет.

– Знаешь, – сказала Бесена, разглядывая надкусанное яблоко. – Оно сначала было холодным, но тут же потеплело.

– Конечно, нагрелось от твоей руки.

– Здорово! – удовлетворенно выдохнула Бесена.

И Цвете тоже нестерпимо захотелось взять в руки прохладное яблоко, надкусить его и почувствовать, как от кислоты щиплет язык. Хотя нет, она бы сорвала вон то, желтое, ароматное, под кожицей которого скопился солнечный свет… Сколько она всего упустила, оказывается, пока пыталась разобраться, что с ней не так. Не успела порадоваться таким вот мелочам. Все-таки хорошо, что появилась Бесена и показала ей, как наслаждаться жизнью. Скоро тело вернется к ней, и уж тогда Цвета больше не будет грустить.

Цвета-с-бесом вышла к Холодной канаве. Она вбежала на мост, свесилась через перила и заглянула в Омут. На нее в ответ уставилась девушка с родинкой на щеке.

Подменыш в сердечном домике недовольно проговорила:

– Мне не идет такая прическа.