Снеталия Морозова – Там, где ты нужна… (страница 11)

– Лиса, можно тебя!

– Нет, сказали тебе! Нет! – Диран выходил из себя, его собственнический дракон лез наружу.

Медведь заревел внутри на ящера, и Бер схватил за грудки Дирана:

– Успокойся! Дай мне поговорить со своей женщиной!

– С моей женщиной! Мо-ей! Медведь! – зарычал Диран и оттолкнул его руки, ударив в грудь.

Бер дал ему кулаком в челюсть в ответ, они сцепились, началась драка.

Марика увидела волка, что бежал к ее дому и кричал:

– У ворот Бер и дракон дерутся.

Через несколько минут на драку смотрело все ведьмовское поселение.

Агния успокаивала Василису, которая плакала. Драконница не знала, как их разнять, Дракоша ее сжалась, грустила, ей было жалко своего медведя и своего дракона. Мужчины дрались, как за самое ценное, что есть в их жизни, уже выступила кровь на лицах, были разбиты носы, они рычали, обзывали друг друга и били.

– Они оборотни, не реви, заживет все быстро у них! Что случилось – то? – спросила Марика.

– Я их пара, и Бера, и Дирана, они не приняли этот факт, – всхлипывая, сказала Василиса, вглядываясь в мужчин.

Марика напряглась, непроизвольно выпрямив и так свой ровный стан, посмотрела на драконницу и на дерущихся. Впервые за много-много лет она увидела Бера таким: горячим, страстным, рычащим, бьющимся за свое до победы, до крови, увидела его лицо, его мышцы под порванной рубахой. С ней он был равнодушным, всегда спокойным, и она приревновала дико, люто, болезненно.

Агния посмотрела на Марику, она знала, что верховная неравнодушна к Беру, и ей ее взгляд не понравился. Лиса металась по поляне в слезах.

– Агния, позови мне Варка, надо заканчивать это светопреставление, – попросила Марика, делая заинтересованный вид.

Агния побежала за альфой.

– Василиса, пойдем, скажу что-то, – сказала ведьма.

– Не могу, они тут убьют друг друга.

Ведьма взяла за руку драконницу и стала ласково и успокаивающе говорить, вплетая ведьмовское заклинание:

– Не убьют, они дерутся без зверей, это пустяки, тешат своё эго, ты лети домой, пусть они подумают, потом прилетят к тебе, сама успокоишься, видишь, они даже не обращают на тебя внимания, приведешь себя в порядок, я поговорю с ними, скажу, что раньше очень хорошо было в таких союзах, когда мужей было несколько. Бера возьму на себя, он меня послушает, с ректором тоже улажу, лети, моя хорошая.

Марика уговорами вела Василису к обрыву.

– Они успокоятся, я обещаю.

Ведьма плела заклинание, и Лиса уже успокоилась, захотела в дом на утесе.

Ведьма из веревки плела браслет, проговаривая:

– Василиса уходит и исчезает из вида, попадет в место, из которого никто не выбирался еще живым, жизнь будет идти своим чередом без нее, такова моя воля, да будет так.

Ведьма накинула на руку девушки шнурок и толкнула Василису с обрыва, представив опасное место. Василиса лишь успела обернуться, падая, чуть взлетела, и тут же резко стала падать.

15. Горькая ложь

Когда Марика пришла на поляну, альфа Варка с волками уже оттащили друг от друга дерущихся.

Медведь и дракон сплевывали кровь, смотрели друг на друга в упор, отмечая силу и напор противника.

– Василиса улетела домой, просила ее день не беспокоить, она завтра сама сюда прилетит. Она просила это передать вам, – Марика смотрела на Бера и Дирана.

– Я останусь здесь ее ждать, – сказал дракон.

– Как хотите, поляна большая, ректор, – сказала Марика. – Расходимся все, что дел ни у кого нет своих?

Агния не поверила верховной, побежала домой, переоделась и отправилась в дом, где работала почти двадцать четыре года.

Диран обернулся и полетел к озеру, он не слышал Василисы, связь по метке не откликалась.

Бер пошел к себе, он мечтал увидеть Лису, хотел поговорить, но все прошло, как прошло, медведь его ревел, выл, скулил, душу выворачивал. Мужчина сел в траву, положил голову на руки и замычал от недовольства собою, затем обернулся, побежал в лес.

Марика поджидала главу, она была недалеко от его дома, в руках держала зелье иллюзии. Через несколько часов оборотень вернулся, обернулся, вошел в дом.

– Бер!

Оборотень вышел, вдали увидел Василису.

Марика не подходила близко, она пахла по-другому, и иллюзия вблизи выдала бы ее, она не так четко запомнила внешность Лисы и воспроизводила по памяти.

– Лиса! – Бер побежал к ней.

– Стой!

Бер замер, верховная зажала за спиной крученые веревки с заклинанием: слушающий принимает на веру все, что слышит.

– Бер! Не ходи за мной, не ищи меня, я люблю Дирана, он моя пара, на мне его метка, не мешай моему счастью! Прощай! Я надеюсь на твое чуткое сердце, и ты не будешь меня тревожить! Нас тревожить.

Василиса уходила в глубь леса.

Бер стоял, медленно умирая, от этих слов. Есть слова, которыми можно к жизни вернуть, а есть, которые могут убить. Медведь внутри притих, Бер почувствовал, как влага стекает по щеке. Василиса скрылась, а он так и стоял, словно врос в землю, не чувствуя себя живым.

Марика бежала по лесу: «Осталась поговорить с драконом, чтобы и он не искал драконницу у Бера, и тогда жизнь будет, как прежде».

Из-за своей ревности Марика забыла, что мир отдает ровно то, что даешь ты миру, но в разы больше, сейчас ею руководила ревнивая женщина, а не знающая и ведающая ведьма.

Ведьма ждала дракона, лишь к ночи приземлился ящер, он не оборачивался.

Диран всю ночь пробыл в образе дракона, лишь к утру обернулся, рукой расчесывая волосы, надевая чистую одежду.

– Что же вы так прихорашиваетесь перед ней, слетал за тряпками, – Марика завидовала.

– Диран, – произнесла иллюзия Василисы, стоя далеко от дракона.

Диран удивленно стал моргать, не веря своим глазам.

– Любимая!

– Стой там!

Марика крепко захватила пропитанные зельем веревки, покручивая их по часовой стрелке, усиливая действие заклинания, она стала говорить:

– Диран, я только что была с Бером, он моя пара, я выбрала его, не ищи меня, если ты меня любишь, то дашь мне возможность быть с тем, кого я люблю, не ищи меня, дай мне быть счастливой! Прощай!

Василиса побежала в ковен.

– Стой! Лиса! Стой! Не верю, подожди!

Она обернулась.

– Не мучай меня и себя, я тебя не люблю, это было ошибкой, Бера я люблю, метку удалю.

Марика скрылась за воротами, слыша, как ревет дракон, сотрясая землю.

16. Предчувствие оправдалось

– Агния, привет! Ты почему одна, а где мама? – при встрече спросил Эррол мамину подругу.

– Так, все ясно! Эррол, удели несколько минут, мне нужна твоя помощь.

– Что-то с мамой?